В тени экватора - Евгений Никитин

– А ваша раса способна?

– Разумеется! Впрочем, давайте закончим обед, а после мы вам покажем и биополе, и все остальное. Кушайте, может, еще шашлычку? Это свежий барашек из Грузии. Ребята, вы как? – Он лихо подмигнул продолжавшим сосредоточенно поглощать пиццу Виктору и Илье.

– Нет, Мастер! – Парни замахали руками. – С нас достаточно! Спасибо!

– Так, все, Мастер, я сыт! – Кремнев легонько похлопал себя по заметно округлившемуся животу. – Огромное спасибо, все было очень вкусно.

– Пожалуйста! Раз вы наелись, напились, желаете теперь пару часиков вздремнуть?

– А что, и это у вас предусмотрено?

– Обижаете, сончас после обеда – святое дело.

– Ну, если пару часиков, – неуверенно произнес Михаил, посмотрев на напарников, те решительно замотали головой. – Хотя давайте в другой раз, хочется поскорей начать занятия, если остальные, конечно, не против? – Остальные были за.

Зал, куда привел лейтенанта и компанию повеселевший бариец, выглядел практически братом-близнецом предыдущей столовой, но без всякого намека на мебель. Те же бросающиеся в глаза голые, невзрачные на вид розоватые стены, овальный, не шибко высокий потолок, шероховатый, застеленный розовым же покрытием теплый пол. Хотя нет, отличие все же имелось: совсем отсутствовали окна.

– Смелее, смелее, проходите вперед! – легонько подтолкнул их к середине комнаты Мастер. – Располагайтесь удобней! – Непринужденный взмах правой рукой, и точно из пола взошли ажурно сплетенные кресла из розовой акрониевой проволоки.

– А вы? – поинтересовался у инопланетянина лейтенант, утопив свое стройное тело в подогнанном точно по его фигуре удобном стуле.

– Пока никак не выходит. Мне, к огромному сожалению, необходимо вас на какое-то время покинуть, а с вами останется Глот, он, кстати, и начнет знакомить с нашей системой. Надеюсь, вы не возражаете?

– Ну, как я понимаю, тут наше мнение мало что значит? – уныло пробормотал погрустневший Кремнев.

– Отнюдь! Нам ваше мнение всегда крайне важно, мы ценим вас и уважаем ваши пожелания. Что вы так сразу приуныли? Глот великолепный бариец и отменный эрудит, прекрасно знает свое дело.

– А можно ко мне приставить Витольда или Мома? С ними я общался раньше.

– У этих парней другие задачи, сейчас мы будем вас вводить в курс дела, и специально обученные люди станут проводниками в наш мир. А Витольд и Мом по другой части служат, – сухо ответил инопланетянин.

– По какой?

– По своей, – с улыбкой на тонких губах уклонился от прямого ответа Мастер. – На данном этапе будете контачить с Глотом и его командой.

– Ну, как прикажете, а жить где буду, там же, где и до этого ночевал?

– Зачем? Пока здесь располагайтесь, в этом блоке, а там видно будет. Еще есть вопросы?

– Два, – чуть кивнул головой переводчик. – Первый: сколько я здесь пробуду и когда станем подписывать договор?

– Сколько вы здесь пробудете, зависит от вас! Как справитесь с усвоением предложенной программы. А подписывать ничего не надо, вашего согласия вполне достаточно. Мы давно отошли от этих бюрократических проволочек с подписями да печатями. Каменный век.

– Как, вообще не подписываете никаких обязательств? Что, никакого протокола?

– Нет! Все сделано! Вы сказали «да», мы вас автоматически и включили в наши ряды. Обычных списков и договоров, в вашем понимании, у нас просто не существует.

– Слушай, хватит трепаться, – наклонился к нему Илья. – Все будет тип-топ!

– Михаил, что ты так разволновался? – зашептал ему на ухо Виктор. – Быстрее начнем обучение, быстрей отсюда выйдем.

– Ну, всем все ясно? – улыбнулся Мастер.

– Ну, вроде больше пока особых вопросов нет, – вздохнул переводчик.

– Хорошо, раз так, я на время исчезаю. А вот, знакомьтесь, и Глот, – указал Мастер на неслышно вошедшего через боковую дверь в правой стене невысокого, коротко стриженного брюнета в васильковом костюме, отдаленно напоминавшем гимнастическое трико.

– Глот, – коротко бросил вошедший незнакомец, протягивая каждому курсанту правую руку.

– Михаил! – радостно отозвался Кремнев, пожимая протянутую шестипалую ладонь. Рукопожатие барийца впечатлило лейтенанта: несмотря на миниатюрную кисть, силу она таила немалую, словно выкованная из крепкого железа. На вид Глоту лет тридцать пять – сорок, неширок в плечах и узок в кости, голубые глаза, обрамленные узкими пшеничными бровями на незапоминающемся лице, выражали плохо таимое любопытство и удивление одновременно. – Вы наш наставник?

– Да, на какое-то время ваш педагог и ангел-хранитель в одном лице, – продолжая внимательно изучать Михаила умными глазами, известил Глот на великолепном русском языке.

– У вас отличное московское произношение, – похвалил учителя Илья.

– Спасибо, у нас с этим строго, – поблагодарил бараец на превосходном португальском.

– О, – вскинул кверху брови Кремнев, перейдя на язык Васко да Гамы, – вы и по-португальски славно изъясняетесь.

– Глот говорит на всех языках земного шара и еще знает пару тысяч наречий с других планет, – вставился в диалог Мастер. – Но не надо сильно удивляться сему факту, он вам все сам объяснит. Вижу, вы подходите друг другу, до встречи, товарищи! – Бараец повернулся и не спеша вышел через ту же дверь в стене, через которую что сюда проник Глот.

– Я вам представлю двух помощников, что станут опекать вас, – махнул рукой Глот, когда Мастер скрылся из вида. Тут на середину комнаты вышли два мощных барийца. Кремнев даже и не заметил, как они тут очутились. – Внимание, это Бо! – показал он на высокого, метра под два ростом, широкоплечего, коротко стриженного парня лет двадцати двух в сером комбинезоне, с довольно приятным гладким лицом. – Это Лаг! – представил следом второго. Тот роста чуть пониже и поуже в плечах, но лицо не страшное, располагающее, на вид лет двадцати пяти – двадцати шести.

– Очень приятно! – поздоровался с каждым за руку лейтенант, ощущая знакомую силу в руках. – Рад сотрудничеству!

Помощники Глота радушно улыбнулись, блеснув ослепительно-белыми зубами, поздоровавшись с остальными курсантами.

– Ну, раз все в сборе, опустим на время в сторону лирические отступления и перейдем прямо к делу. Чтоб вам было удобнее себя чувствовать, я с Во и Лагом стану общаться на русском языке.

– Это признак гостеприимства! – еще шире улыбнулся Во.

– Извините, а сколько у вас, у барайцев, зубов? – еще больше краснея, осведомился Кремнев.

– Сорок два, а зачем вам это нужно? – подключился к разговору молчавший доселе Лаг.

– У нас говорят: «Улыбнулся во все тридцать два зуба», а у вас получается: «Улыбнулся во все сорок два»!

– Получается так! – засмеялся бараец. – Замечательная поговорка! Надо взять ее на вооружение.