Гонец. Том 1 - Григорий Володин

микросмещений центра тяжести. Затраты энергии на бег трусцой и ходьбу в критическом состоянии снижаются на 20 %, но скорость падает на 30 %. Вы становитесь медленным, но вас практически невозможно остановить.

«Ультрамарафонское шарканье» теперь прописано как пассивный навык. Неплохо. Собственно, только это и поможет мне продержаться сегодняшний день. То, что на бытовом уровне называют «мышечным отказом», на деле — жесткий предохранитель центральной нервной системы. Мозг генерирует жгучую боль и просто обрубает сигнал к мышцам, чтобы ты их не порвал. Но стоило мне сменить биомеханику — согнуть колени и начать шаркать — как изолированная работа убитых мышц прекратилась. Нагрузка ушла на связки, сухожилия и глубокие мышцы-стабилизаторы, которые еще оставались «свежими». Мозг понял, что характер движения изменился, угроза разрыва миновала, и позволил телу двигаться дальше.

Правда, есть один нюанс. Хотя, возможно, мне только кажется, но сегодня Система выдала этот навык уже с явной неохотой. Похоже, льготная «скидка» на мое нубовство заканчивается. Старый игровой опыт подсказывает: выжимать скрытые достижения одним лишь тупым превозмоганием и «мазохизмом» скоро не выйдет. Следующие трофеи придется добывать строго через постижение Пути Гонца — то есть работая ногами и выполняя профильные задания на доставку.

Мы продолжаем стоять на плацу, дожидаясь отстающих.

— Новик Леон, — тянет мастер Грон, лениво разминая плечи перед строем. — Опять ты что-то не поделил с этими двумя?

— Никак нет, мастер. Мы — один большой, невероятно дружный класс, — ровным тоном, не моргнув и глазом, выдаю я.

Грон хмыкает:

— Дружный, говоришь… Надеюсь, ты их там по дороге не прикопал?

По рядам прокатываются смешки, причем хихикают уже не только в нашей группе.

— Никак нет, мастер, — всё так же совершенно серьезно качаю головой.

— Вон они, плетутся! — вовремя подает голос Тимур, указывая на распахнутые ворота.

Битч и Конопатый, судорожно держась за бока, тяжело вваливаются в калитку. Мастер Грон удовлетворенно хмыкает:

— Ну что ж. Новики Леон, Битч и Сыкл — штрафной круг после ужина.

— Есть, мастер, — ровным тоном отзываюсь я один. Избитая парочка лишь надсадно хрипит, кое-как вползая в строй.

— А, и чуть не забыл. Мастер Серж просил передать, — Грон обводит взглядом нашу шеренгу. — За проявленную смекалку Новика Леона и спасение ценного имущества Училища… Группа Линарии сегодня освобождается от хозяйственных работ до обеда. Вместо этого отправитесь на лесное ориентирование с мастером Кендвигом.

Над нашим строем проносится дружный, радостный гул.

— Лёня, дружище, спасибо! — Тимур счастливо тычет меня локтем в бок, отчего я едва не валюсь с ног.

— Да быть такого не может… — ошарашенно выдыхает Ритария, на секунду забыв про всю свою спесь.

— Как оказалось, может, — с вызовом ей улыбается Кира.

— Ты когда вообще успел? — шепотом поражается Дима.

— Да так, пока ночной штраф отрабатывал, — пожимаю плечами.

Грон звонко хлопает в ладони, и его лицо расплывается в предвкушающей, почти садистской улыбке:

— Ну а теперь, переходим к физподготовке!

И вот тут мне захотелось заплакать. Точнее, это мой изможденный, стертый в кровь организм послал мозгу совершенно четкий сигнал: если мы сейчас начнем прыгать и приседать, я просто сдохну прямо здесь, на этой утоптанной земле.

Но организм может вопить всё что угодно, а помирать я не собираюсь. Я буду жить и жить хорошо. Но сначала нужно хорошо потрудиться.

По словам мастера Грона, предстоят отжимания, выпрыгивания и упражнения с бревном. Для меня сейчас просто опуститься в упор лежа — это как рвать мышцы заживо. Когда Грон дает команду к началу, я не пытаюсь сгибать руки плавно. Я просто безвольно падаю животом в землю. Грон замечает эту халтуру и накидывает всей группе еще двадцать повторений.

— Ну, Вальд! — шипит Ритария, сгибая руки. — Доволен⁈

— Да уймись ты уже, госпожа аристократка! — неожиданно огрызается Гворк, здоровяк из нашей десятки, который до этого со мной вообще почти не заговаривал.

— Ты охренел⁈ Чего на меня-то вызверился⁈ — взвивается Рита, легко отжимаясь от земли.

— А того, что ты наезжаешь на своего! — бросает сквозь зубы кто-то из парней.

— Зато потом у нас ориентирование! Это заслуга Лёни! А двадцать отжиманий перетерпим! — тяжело пыхтя, обрывает брюнетку Тимур.

— Согласна! — выдавливает Кира.

— А то! — кряхтит Дима.

— Тихо, группа, — осаживает всех Линария командным шепотом.

Я слушаю их перепалку лишь краем уха, словно сквозь вату. Мозг бьется в панике, потому что боль стремиться парализовать тело, а я без боя не сдаюсь. Перед глазами вспыхивает красным:

⚠️ [ПРОТОКОЛ «ЗНАНИЕ ПУТИ»: КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА РАЗРЫВА ГРУДНЫХ МЫШЦ] Статус: Мышечные волокна спазмированы. Попытка классического отжимания приведет к надрыву.

Рекомендация: Отключить эксцентрическую (негативную) фазу. Использовать костный каркас.

⚙️ [ПРОТОКОЛ «ЗНАНИЕ ПУТИ»: КОРРЕКЦИЯ БИОМЕХАНИКИ АКТИВИРОВАНА]· Свободное падение: Не тратьте силы на плавное опускание тела. Просто «роняйте» себя, расслабляя трицепсы. Сохраняйте энергию только на взрывной рывок вверх.

Замок суставов: В верхней точке мгновенно выключайте локти (вставляйте сустав в жесткий замок).

Переносите вес тела на кости, давая мышцам 1.5 секунды отдыха перед следующим падением. Это разрушает суставы в перспективе, но спасет вас сегодня.

Уже сработала пассивка [Буферизация боли], приглушив первый, самый страшный импульс агонии при рывке от земли. Сейчас же отключаю эмоции и превращаюсь в бездумный механизм: упал в грязь — дернулся вверх — намертво заблокировал локти. Со стороны мои дерганья выглядят странно. Но мне плевать. Главное — я не останавливаюсь.

На приседаниях Система советует просто «падать» вниз, полностью расслабляя бедра. В самой нижней точке — жестко биться задней поверхностью бедра об икры, ловя инерцию. А чтобы не порвать убитые квадрицепсы при рывке вверх, корпус приходится сильно заваливать вперед. Нагрузка переходит на более сильную и пока еще живую поясницу.

Со стороны мои выпрыгивания наверняка напоминают предсмертные судороги сломанного кузнечика. Ритария, стоящая через Киру, работает как идеальная пружина. Она дышит ровно и презрительно косится на мои кривые поклоны. Линария и остальные же поглядывают с опаской — видимо, гадают, какой именно демон в меня сейчас вселился.

Но плевать. Главное, что сухожильный отскок спасает бедра. Поясница горит адским огнем, забирая львиную долю нагрузки, зато квадрицепсы не рвутся на куски.

Мастер Грон провожает взглядом мои конвульсивные потуги, но ничего не говорит. Да и что он может мне предъявить? «Приседай как следует»? Только попробуй. Я тебе такую лекцию прочитаю про крепатуру, миотатический стретч-рефлекс и смещение вектора нагрузки, что мало не покажется — благо, в прошлой жизни не зря платил хорошему фитнес-тренеру.

— Проканало, — тихо выдыхает Тимур, когда Грон проходит мимо.

Только в этот момент я понимаю, что всё это время наша десятка дружно задерживала дыхание, боясь, что мастер