Плакальщица - Вэньянь Лу

с ним не создали комедийный дуэт, он нашел бы другую работу. И тогда не застрял бы в деревне на долгие годы. Когда мы выступали комедийным дуэтом, мы не работали в полях, хоть и жили в сельской местности. Тогда я даже гордилась, что нам не приходится пахать, как батракам. Мало кто выбирает сельский труд по доброй воле.

В деревне нам бы жилось гораздо лучше, если бы муж разводил свиней и кур. И это занятие отнюдь не мешало бы ему играть в маджонг. Мама сказала, что он ленивый. Возможно, она права. Я знаю, что это вонючая, грязная и тяжелая работа, но если однажды мне перестанут платить за плач на похоронах, я начну разводить свиней и кур на заднем дворе. Если провоняет задний двор, то и мой дом провоняет вместе с ним; тогда я привыкну к этому запаху, и деревня перестанет казаться мне такой вонючей.

Я задавалась вопросом, могло ли все сложиться иначе, если бы у нас с мужем родился сын? Да, муж смирился с мыслью о том, что у нас нет сына, и даже сказал, что ничего не имеет против дочери, но он же говорил, что ради сына сделал бы все. Он поощрял дочь к усердной учебе в школе, но она считала школьные занятия трудными и неинтересными. Стал бы он упорнее искать работу, если бы у дочери хватило ума поступить в университет? Была бы отцовская гордость достаточным стимулом для того, чтобы начать зарабатывать деньги для оплаты высшего образования дочери?

Сделал бы он что-нибудь для внука, если бы у дочери родился сын?

Глава двадцать третья

Мама захотела вместе со мной сходить в магазин. По дороге мы решили прогуляться до бамбуковой рощи и взглянуть на побеги бамбука.

Похоже, никто их не выкапывал.

– Сейчас еще холодно, чтобы копать, – заметила мама.

– Побеги слишком короткие и тоненькие. Нужен дождь, чтобы бамбук подрос.

– Да, и почва станет мягче, – кивнула мама. – Копать будет легко.

– Надеюсь, дождь все-таки скоро пойдет.

В магазине я поискала садовые инструменты в том же отделе, где нашла маленький нож, но там ничего подходящего не оказалось.

Наверное, можно попросить парикмахера заказать для меня лопатку. Я не знала, зачем он дал мне свой номер телефона. Мне не нужен его номер. Если я чего-то захочу, я скажу ему лично, когда приду делать прическу, если только это будет не что-то срочное. Пока же такой необходимости не возникало еще ни разу. У него, кстати, тоже был мой номер, но я сомневалась, что он позвонит мне или напишет СМС.

Но если я ему действительно нравлюсь, он наверняка хочет, чтобы я ему написала, и тогда мы сможем договориться о встрече независимо от того, нужна мне прическа или нет. Впрочем, он и сам мог бы написать мне. Придет ли от него когда-нибудь сообщение?

В магазине мы с мамой купили куриные крылышки и яйца. Парикмахера я так и не увидела.

Мама хотела поесть пельменей, поэтому, перед тем как мы пошли в магазин, замесила немного теста.

Я заварила зеленый чай, и мы с мамой сели лепить пельмени.

– Он каждый день ходит играть в маджонг?

– Почти.

– Он не работает, поэтому должен делать что-нибудь по дому.

– Он занимается домом, когда я работаю, – солгала я.

Мама покачала головой.

– Нет, не занимается.

Мы с мамой надолго замолчали, потом я встала, чтобы закинуть пельмени в кипяток.

– Ты замужняя женщина, так что мне, наверное, не стоит вмешиваться, – сказала мама.

– Ты моя мама, ты можешь говорить все, что хочешь.

– Я не хочу, но, возможно, придется, если я дам тебе деньги.

Мои веки дрогнули.

Я поставила на стол две тарелки с пельменями.

– Бо́льшую часть денег я собираюсь отдать тебе, – сказала мама.

– Каких денег?

Я знала, каких, но все равно спросила.

– Денег, которые твой папа «заработал» в доме престарелых.

– Нет. Я же дочь. Мне и половины будет более чем достаточно.

– Это деньги твоего отца. Ты его дочь.

– А мой брат – его сын. Он должен получить больше меня.

– Он не сын твоего отца.

Пельмень выпал из моих палочек.

– Как не сын? А папа знал об этом?

– Да.

– И кто отец брата?

– Этот человек уже умер.

– Я была с ним знакома?

– Да. Только не спрашивай меня, кто это.

Я бы никогда и не решилась спросить.

– А как он выглядел?

Я попыталась вспомнить всех мужчин старшего возраста, которых знала в деревне.

– Он был похож на твоего папу.

Услышав мамин ответ, я не смогла удержаться от смеха.

– Почему ты смеешься?

– Мама, у тебя хотя бы двое мужчин было! У меня за всю жизнь только один.

– У тебя еще есть шанс завести другого мужчину.

– Это невозможно. В деревне его не найти.

– Если ты захочешь найти мужчину, ты заметишь, что вокруг полно мужчин.

– Я для этого слишком стара и уродлива.

– Нет, это не так.

– Ты необъективна по отношению ко мне, мама. Я твоя дочь.

– Ты до сих пор красивая женщина. Но я не думаю, что тебе стоит крутить роман с другим мужчиной, пока у тебя есть муж.

– Хорошо, мама, я не буду. Ты тоже красивая.

– Нет, это не так. Я была красивой в молодости.

– У тебя было много ухажеров?

Мне вдруг стало интересно это узнать.

– Достаточно. Твой папа был самым умным, поэтому я выбрала его.

– Наверное, это был правильный выбор.

– Возможно. Кстати, я не слишком много ем?

Мама отложила в сторону палочки для еды.

– Нет! Конечно нет. Ты можешь есть столько, сколько захочешь.

– Нет, не могу. Жена твоего брата считает, что я слишком много ем.

– Ты сказала об этом брату?

– Он был с нами, когда она это говорила.

– И не вмешался?

– Нет. Она сказала, что есть меньше – это полезно.

Я встала.

– Сварю-ка нам еще пельменей.

Когда мама легла вздремнуть в своей комнате, я добавила в печку угля. Пусть печка потопится еще пару часиков, прежде чем я прикрою заслонку.

Мама рассказала мне, что переспала с другим мужчиной только ради семьи, точнее, ради семьи папы. Она не могла забеременеть несколько лет, и они не понимали почему. Семья папы отчаянно хотела мальчика, впрочем, как и любая другая семья.

Мама с папой впали в уныние и грусть. Они оба были здоровы и регулярно занимались сексом, чтобы мама могла забеременеть. Но потом они сдались. Сначала они хотели найти какую-нибудь женщину в качестве суррогатной матери, но это попахивало скандалом.