Шесть имен кота-демона - Чжан Юнь

– Кто это? – спросил Ли Доцзо, шагнув вперед и внимательно рассмотрев тело.

– Военачальник Ли не узнает ее? – Чжан Чжо рассмеялся.

– Откуда бы я знал такую негодяйку? – непонимающе спросил Ли Доцзо.

– Вы хорошо знаете этого человека! – заявил Чжан Чжо.

– Придворный историограф, не говорите глупостей в присутствии Ее Императорского Величества! – Ли Доцзо рассвирепел, словно его укусила собака.

– Это ваш солдат, Хуцзи…

– Хуцзи? – Глаза Ли Доцзо широко раскрылись от удивления. – Невозможно! Мой солдат – мужчина, а это женщина! И выглядит совсем не так! Лицо-то другое!

– Конечно, другое! – Чжан Чжо рассмеялся. – Она хорошо владела искусством маскировки и, надев маску, сделанную из человеческой кожи, выглядела как совершенно другой человек. Естественно, вы не смогли бы ее узнать!

С этими словами Чжан Чжо достал из кармана матерчатый мешочек, открыл его и вытащил обеими руками содержимое: на свету было хорошо видно несколько масок из человеческой кожи.

– Они были изъяты у этой женщины и являются уликой.

Придворный историограф взял верхнюю маску и положил ее на лицо женщины. Ему потребовалась минута, чтобы закрепить маску на лице. Военачальник Ли, удивленный, воскликнул:

– Это действительно Хуцзи!

Чжан Ичжи вмешался в разговор:

– Придворный историограф, эта женщина тоже персидская мятежница?

– Да!

– Тогда почему она притворилась мужчиной и влилась в ряды придворной армии Юйлинь?

– И вновь вы задали хороший вопрос! – Чжан Чжо хлопнул в ладони. – На это есть две причины: во-первых, чтобы присматривать за придворной служанкой Чанлэ. Во-вторых, чтобы украсть сто тысяч лянов серебра.

– Сто тысяч лянов серебра? – удивленно воскликнула императрица.

– Ваше Императорское Величество, помимо армии, принцу Нарси необходимо найти средства для восстановления страны, и эти люди, вероятно, уже давно положили глаз на сто тысяч лянов серебра.

Императрица слегка кивнула и сказала:

– Ли Доцзо сказал, что из хранилища исчезли монеты, и все говорили, что это дело лап кота-демона.

– Да, со стороны могло показаться именно так! – Чжан Чжо рассмеялся. – Но кот-демон лишь иллюзия, прикрытие для действий персов.

– Как же они смогли это… провернуть? – Императрица была весьма озадачена.

– Ваше Императорское Величество, в Персии всегда процветала алхимия, и один персидский алхимик случайно открыл нечто, что похоже на водянистую жидкость, но может растворять золото, серебро, медь и железо так же, как вода растворяет соль и сахар. Если в эту жидкость высыпать специальный черный порошок, то растворенное золото и серебро можно будет увидеть, словно по волшебству!

– Это довольно редкое явление, но какое отношение это имеет к ста тысячам лянам серебра, что были спрятаны в хранилище? – спросила императрица.

– Естественно, самое прямое. Ваше Императорское Величество, хотя эта волшебная жидкость, о которой я только что рассказал, способна растворять золото, серебро, медь и железо и может выделять очень ядовитый газ при растворении, вызывая обморок, ей не под силу растворить фарфор и воск. Именно поэтому ее хранили в фарфоре.

– Я поняла, к чему ты клонишь! – рассмеялась императрица.

Чжан Чжо кивнул и сказал:

– У этой группы персов были свои люди в храме Цзяньфу. Ранее они налили волшебную жидкость внутрь большой фарфоровой статуи Будды, которого Ваше Императорское Величество доверила храму Цзяньфу, и доставили во дворец, где и поместили в то самое хранилище.

Чжан Чжо перевел взгляд на Ли Доцзо и продолжил:

– В тот день ваш солдат… якобы Хуцзи… зажег свечу на руке фарфорового Будды. Статуя сама по себе полая и сделана без единого шва, есть лишь отверстие в среднем пальце правой руки, через которое магическая жидкость была залита внутрь фарфорового Будды и запечатана воском. Свеча горела, становилась все короче и короче, и, когда пламя достигло пальца Будды, пламя растопило восковую печать, а жидкость, что таилась внутри, вылилась наружу. Под фарфоровым Буддой находился тот самый желоб, где хранились сто тысяч лянов серебра, и здесь персы подготовились заранее – им помог толстый слой селадона, а подземный водный канал, который выводит влагу, был тайно заменен фарфоровой трубой, которая вела к дальней стороне хранилища. Ранее Хуцзи заделал отверстия воском, поэтому, когда волшебная жидкость хлынула вниз, она скопилась и растворила сто тысяч лянов серебра. Другие стражники потеряли сознание от ядовитого газа, но женщина, что притворялась Хуцзи, приняла меры предосторожности и была в порядке. С помощью копья она быстро пробила восковую пробку, перекрывавшую отверстие для оттока воды, и жидкость, в которой было растворено сто тысяч лянов серебра, вытекла наружу. Люди, которые ждали в отдалении, смогли собрать жидкость в фарфоровые кувшины, погрузить в повозку и выехать за ворота дворца.

– Это… невероятно! Уму непостижимо! – Чжан Сюаньчжи слушал и хлопал в ладоши.

Императрица застыла как вкопанная.

– Как придворный историограф узнал об этом? – спросил Чжан Ичжи.

– О, это имеет отношение к другому вопросу! – Чжан Чжо облизнул губы – во рту у него пересохло. – Думаю, Ваше превосходительство все еще помнит слухи, который распространились по всему городу Чанъань. Слухи о стае кошек, которые пели и танцевали, сопровождая повозку, нагруженную серебром, у Восточных ворот храма Цзяньфу, а затем внезапно исчезли, словно растворились в воздухе.

– Естественно, помню!

– Это все дело рук одних и тех же людей! – Чжан Чжо улыбнулся. – Храм Цзяньфу – оплот, которым управляют персидские негодяи, и жидкость, растворившая сто тысяч лянов серебра, была помещена в бассейн в подземельях, скрытых под храмом Цзяньфу, ход в который лежит через зал Великого сострадания. Одного из лидеров зовут Чжи Сюань.

– Чжи Сюань… Неожиданно! У меня сложилось хорошее впечатление об этом монахе! – Императрица, которая часто посещала храм, чтобы возжечь благовония и поклониться Будде, была весьма удивлена тем, что в этом деле замешан Чжи Сюань. – Как придворный историограф выяснил это?

Чжан Чжо криво усмехнулся:

– Это произошло из-за странного случая у Восточных ворот храма Цзяньфу. Патриарх Шэньсю натолкнул меня на мысль, благодаря которой я смог разгадать хитрость Чжи Сюаня: этот человек воспользовался ремонтом Восточных ворот, чтобы установить на башне ворот набор специальных механизмов. Он пустил в ход деревянные столбы с крюками, зерцала и… марионеток в виде котов! Куклы были очень маленькими, но созданными в мельчайших деталях. В момент преступления были зажжены свечи. Он управлял крошечными марионетками, как в кукольном спектакле, заставляя их двигаться на очень тонких прозрачных нитях. С помощью света и десятков вогнутых и выпуклых зерцал зрелище благодаря игре света и тени отражалось на улице. Сам Чжи Сюань и остальные исполняли музыку и пели. Я поднялся под тот самый купол, удостоверился в том, что правильно разгадал загадку, и отдал приказ схватить Чжи Сюаня. Затем мы нашли подземелье, где столкнулись с персидской женщиной, что зачастую представала перед нами в облике Хуцзи. К несчастью, ее пришлось убить, и при ней мы нашли набор масок из человеческой кожи. Кроме того, мы схватили Чжи Сюаня и из его уст узнали о волшебной жидкости.

По всему залу прокатились изумленные возгласы.

– Ваше Императорское Величество, когда я проводил расследование, то обнаружил, что персидский принц и его люди понимали, что все против них, поэтому они сначала послали зороастрийца во дворец, а сегодня были готовы рискнуть в попытке навредить Вашему Императорскому Величеству под предлогом того, что Шакир творит заклинание для усмирения кота-демона. Кроме того, они использовали ранее подкупленных солдат из ополчения из уезда Фэнсян, чтобы собрать в городе Чанъань армию, способную напасть. К счастью, династия У Чжоу находится под защитой Будды, а Вашему Императорскому Величеству благоволит великая удача. Патриарх Шэньсю раскрыл замысел Шакира, поэтому приспешники принца Нарси были уничтожены военачальником Ли и канцлером Чжаном. – Чжан Чжо упал на колени. – Я получил приказ Вашего Императорского Величества расследовать это дело и наконец выяснил, что же произошло. Расследование завершено.

Когда Чжан Чжо закончил говорить, в большом зале воцарилась мертвая тишина. Спустя долгое время императрица рассмеялась:

– Все эти истории о коте-демоне кажутся невероятными! – Императрица подняла глаза к небу и облегченно вздохнула, а затем перевела взгляд на придворного