Шесть имен кота-демона - Чжан Юнь

Ди Цяньли приближался стремительно, словно порыв ветра, за ним следовала Шангуань Ваньэр, за ней – несколько людей, несущих огромный керамический кувшин.

– Придворный историограф, Цяньли справился с вашим поручением! – Увидев Чжан Чжо, Ди Цяньли шагнул вперед и поклонился.

– Человек… там? – Чжан Чжо кивнул в сторону керамического кувшина.

– Да! – кивнул Ди Цяньли.

Чжан Чжо перевел взгляд на Шангуань Ваньэр, немного удивился и спросил:

– Как так получилось, что Ваньэр с тобой?

– Мы столкнулись в резиденции принцессы.

– Ясно! – Чжан Чжо снова бросил взгляд на Шангуань Ваньэр и больше не задавал вопросов.

Один из людей Ди Цяньли поставил керамический кувшин у дверей – он был настолько тяжелым, что с грохотом упал на землю.

– Ваше Высочество, вы узнаете его? – Чжан Чжо повернулся и пристально посмотрел на принцессу Тайпин.

Принцесса Тайпин, судорожно вытянувшаяся в струну, испуганно уставилась на огромный кувшин. Ее лицо было смертельно бледным.

– Кажется, это признание! В таком случае почему бы нам не поговорить? – Чжан Чжо сделал приглашающий жест. Принцесса Тайпин холодно хмыкнула и подошла к придворному историографу. Они прошли в отдельную комнату за пределами опочивальни.

Спустя время, за которое могла бы догореть палочка благовоний, они вышли.

Чжан Чжо улыбался, а принцесса Тайпин, кажется, была на грани того, чтобы упасть без чувств, – безжизненные глаза на смертельно белом лице, шатающаяся походка… Она подошла к одной из подушек для сидения, молча опустилась на колени и, как зачарованная, уставилась в пол.

– Цяньли, скажи людям, чтобы отнесли этот кувшин и поставили его как следует! – махнул рукой Чжан Чжо.

Ди Цяньли умчался выполнять приказ.

– Князь Лян, – Чжан Чжо повернулся к У Саньсы и указал на другую комнату, – давайте теперь и с вами поговорим?

– Хм! – фыркнул У Саньсы, заложив руки за спину и высоко подняв голову.

Они прошли в другую комнату и также вышли оттуда спустя время, за которое могла бы догореть палочка благовоний.

Все повторилось вновь: Чжан Чжо вышел, расплывшись в широкой улыбке, а в лице У Саньсы не было ни кровинки.

Ли Доцзо и остальные наблюдали в замешательстве, не зная подробностей.

– Хвала Будде! – глубокий голос эхом разлетелся по залу, когда патриарх Шэньсю медленно вышел из внутренней комнаты.

– Патриарх, Ее Императорское Величество пришла в себя? – спросил Чжан Чжо.

– Да.

– Тогда я вынужден попросить аудиенции у Ее Императорского Величества. Пожалуйста, передайте ей, что придворный должен сообщить ей нечто важное и дело не терпит отлагательств.

– Хорошо. Сейчас же передам! – Патриарх Шэньсю слегка кивнул и повернулся назад.

– Я буду сопровождать патриарха! – Шангуань Ваньэр склонила голову и поспешила за патриархом Шэньсю.

В большом зале было многолюдно, и все люди поспешно встали в ожидании Ее Императорского Величества. Чжан Чжо попросил Чун Эра вынести тело Шакира, и в этот момент Чжан Сюаньчжи и Ди Гуанъюань, давно ждавшие снаружи, стремительно вошли. Вскоре после этого, опираясь на руку Шангуань Ваньэр и шагая из последних сил, императрица, облаченная в самую простую одежду, появилась перед толпой.

– Приветствуем Ваше Императорское Величество! – Все люди в зале встали и преклонили колени в знак уважения.

Императрица заняла свое место на троне и взглядом обвела всех собравшихся людей. Изумление мелькнуло в ее глазах, когда она увидела Ли Сяня, а также обнаженные мечи и копья.

– Как вас много! – Императрица усмехнулась и выдержала паузу. – Говорите, что вам нужно?!

Голос императрицы, хриплый, но с оттенком гнева, звенел в ушах, заставляя сердце сжиматься. Даже в преклонном возрасте она была все той же императрицей, восседавшей на троне, под которым раскинулся весь мир.

– Ваше императорское Величество, дело о коте-демоне наконец-то раскрыто, и мы здесь для того, чтобы представить результаты расследования Вашему Императорскому Величеству! – сказал Чжан Чжо.

Императрица медленно подняла руку:

– Давайте пока отложим этот вопрос.

Чжан Чжо поднял голову и увидел, как тело императрицы слегка выпрямилось, а слова, холод которых пробирал до мозга костей, отозвались в ушах каждого:

– Среди вас есть те, кто хочет убить меня, не так ли?

Фух! В зал ворвался ледяной ветер. Пламя свечей всколыхнулось и затрепетало, пуская мурашки по позвоночнику.

Императрица была в гневе.

XX. Кот о восьми хвостах

Императрица медленно положила на письменный стол… лук. Его корпус был создан из коры шелковицы дикой, рога – из сандалового дерева для лука. Гнездо для стрелы было из железа. Тетива – из шелка. Рукоять лука опоясывала пеньковая веревка. Это был обычный лук для стрельбы, ничем не примечательный, но при этом источающий величие.

– Знаете ли вы, господа, что это за лук? – Императрица слабо улыбнулась. Люди, стоявшие на коленях на полу, подняли головы.

– Ваше императорское Величество, может ли этот лук быть «победоносным» луком императора Тай-цзуна? – взволнованно спросил Чжан Сюаньчжи.

– Ха-ха-ха! – засмеялась императрица. – Все же такой старец, как вы, генерал, хорошо разбирается в предметах военной истории, в отличие от молодого поколения.

Чжан Сюаньчжи ответил:

– Я не стою похвалы! С давних пор я наслышан об этом луке. Когда император Тай-цзун возвышался, он использовал этот лук, чтобы повергнуть в страх весь мир. С помощью «победоносного» лука он одержал верх над Сюэ Жэньгао, победил Лю Учжоу, низверг Доу Цзяньдэ и пленил Ван Шичуня.

– Именно так! – Императрица У Цзэтянь погладила лук с бесконечной нежностью, и ее взгляд потеплел. – Этот лук сопровождал императора Тай-цзуна на протяжении всей его славной жизни. Каждый раз, бросаясь в пучину сражения и выходя из нее победителем, он творил историю и предопределял будущее этого мира. То, что вы сказали, – правда. Бесчисленные повстанцы погибли под стрелами, выпущенными из этого лука, однако… этот же лук убил Ли Цзяньчэна.

Инцидент у ворот Сюаньумэнь, когда император Тай-цзун застрелил своего брата Ли Цзяньчэна, был известен всем, однако никто доселе не слышал, что он убил его при помощи «победоносного» лука.

Пальцы императрицы, вцепившиеся в тетиву, внезапно разжались.

Ж-ж-ж-ж-ж! Низкий гул эхом разнесся по залу, словно ветер, пронзающий хаотичные облака.

– Когда император Тай-цзун приказал укротить лошадь, никто не согласился. Тогда вызвалась я, и, узрев мой героизм, он принял решение подарить этот лук мне! – грустно сказала императрица.

Все собравшиеся в зале слышали эту историю об укрощении лошади, но не знали, что император Тай-цзун подарил императрице «победоносный» лук.

В те времена у императора Тай-цзуна была лошадь по кличке Львица, которая была настолько сильной и непокорной, что никто не мог ее укротить. Однажды, когда вокруг императора собрались наложницы, в том числе и те, что носили титул цайжэнь, император Тай-цзун в шутку спросил, не желает ли кто-нибудь укротить лошадь. Все были поражены до глубины души, но тут вышла будущая императрица У Цзэтянь и сказала Тай-цзуну, что ей под силу это сделать, но ей нужны три вещи: железная плеть, железный прут и кинжал. Она ударит лошадь железной плетью и, если та не будет слушаться, огреет железным прутом по голове. Если и этого будет недостаточно, чтобы подчинить кобылу, она перережет ей горло кинжалом. Император Тай-цзун тут же похвалил будущую императрицу за ее амбиции и смелость.

Императрица взяла лук обеими руками и, погрузившись в воспоминания о том времени, тепло улыбнулась, а затем уверенно натянула тетиву. Та отозвалась низким гулом.

– Я стара, но все еще могу стрелять из лука! Тогда мне было под силу укротить лошадь, что по силе сравнится со львом, и даже сегодня я по-прежнему могу застрелить человека!

Все были поражены. Неужели перед ними была императрица, которой уже почти восемьдесят лет?

– Итак, кто из вас возжелал меня убить?! – Не отпуская натянутой тетивы, императрица обвела гневным взглядом собравшихся внизу людей, пылая от ярости.

– Он! Вот этот ублюдок! – Пока все пребывали в растерянности, У Саньсы внезапно вскочил, выхватил меч и одним ударом зарубил персидского принца Нарси, сидящего рядом с ним.

Длинный меч был настолько острым, что, когда лезвие прошло сквозь шею, голова принца Нарси отлетела на несколько метров, оставляя за собой кровавый след. Принц, который, вероятно, и не ожидал, что князь Лян убьет его стремительным ударом, умер с удивлением на лице.

– Ваше Императорское Величество, я