Смерть под ее кожей - Стивен Спотсвуд

— А у нас есть план настоящего шоу?

— Во-первых, навестите мистера Хэлловея и узнайте у него имя адвоката, представляющего фонд, который он упоминал. Тот, основанный анонимным спонсором.

— Вы считаете, что Большой Боб мошенничает? — спросила я.

Разумеется, скептическим тоном.

— Мне хочется узнать фамилию адвоката.

— А в следующей сцене?

— А в следующей сцене я оденусь и сделаю что-нибудь со своими волосами, — ответила она, вставая с постели и осторожно наступая на ногу. — Вероятно, нам сегодня предстоят одни телефонные звонки, но это не значит, что можно выглядеть как персонаж Диккенса.

Сцена первая прошла легко. Большого Боба не было в трейлере, и я отправилась на поиски. В понедельник цирк не работал, но все вокруг суетились. Смазывали аттракционы, кормили животных, артисты репетировали свои номера.

Я столкнулась с Рэем, который катил тележку с обугленными деревяшками с «Аллеи диковин». Он выглядел оживленным, хотя огонь лишил его половины брови, и теперь казалось, будто он постоянно задает вопрос.

— Приятно видеть, что ты жив и здоров, — сказала я.

— Благодаря тебе. Если бы ты не забралась туда и не вытащила меня, я бы… Даже думать об этом не хочу. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь отблагодарить тебя за это.

Я как можно скромнее пожала плечами.

— Об этом не переживай, — сказала я. — Как идет уборка?

— Моя комнатка практически уничтожена. Огонь не добрался до самого трейлера, но в него протекла вода, которой заливали пламя. Несколько розовых тарантулов утонули.

— Сожалею.

Он натужно улыбнулся.

— Мы справляемся. Завтра я уже открою Дом ядовитых гадов. Самое позднее в среду.

Я сказала, что это звучит отлично, и спросила, где могу найти Большого Боба. Рэй показал на лоток с едой, а сам пошел разгружать тачку.

Владелец цирка сидел на лавке в углу стола для пикника, перед ним лежало несколько исчерканных календарей. Он был в повседневной одежде — перешитых под его рост джинсах и замасленной рубашке с именем «Тони», вышитым на нагрудном кармане. Черная прядь выбилась из его хвоста и свисала перед глазом.

— Кто такой Тони?

Он поднял голову, отвлекшись от расписания.

— Кто?

— Неважно, — сказала я. — Мой босс хочет узнать имя адвоката, управляющего тем трастом. Который спас цирк Харта и Хэлловея. Его не было в бухгалтерских книгах, которые ты ей дал.

— Это фирма. Алкорн и что-то там. Ее адрес в черном блокноте в верхнем ящике комода в моем трейлере.

К моему удивлению, он не спросил, зачем ей это знать. Просто снова уткнулся носом в календари.

— Проблемы с расписанием?

— Да, и очень серьезные, — ответил он, убирая выбившуюся прядь за ухо. — В следующем сезоне придется исключить два постоянных места. Одно из них Питтсбург, так что…

Питтсбург был одной из самых крупных остановок цирка Харта и Хэлловея. А значит, в расписании и в бухгалтерской книге появится серьезная дыра.

— Пытаюсь теперь втиснуть еще три крохотных городка, чтобы свести концы с концами. Может, еще успеем наверстать где-нибудь на юге в конце сезона. Во Флориде, например.

Судя по тому, как он это сказал, надежды было мало.

— Значит, черный блокнот. В верхнем ящике. Мне нужен ключ от трейлера? — спросила я.

Он покачал головой, и прядь снова упала на глаз. Большой Боб не потрудился убрать ее обратно.

— Он не заперт.

Он принял мое молчание за вопрос, поднял голову и пожал плечами.

— Мы здесь доверяем друг другу.

Я нашла блокнот в точности там, где он сказал. Фирма называлась «Алкорн, Эвис и Патч» и находилась в Чикаго. Телефонного номера не было. Я переписала адрес в свой блокнот и пошла обратно на ферму.

Там я обнаружила посвежевшую мисс Пентикост. Она заплела волосы в привычные косички и надела свободный серо-зеленый костюм и белую блузку с латунными пуговицами. Она сняла с ноги повязку и втиснула ноги в мягкие кожаные ботинки.

Мог ли кто-нибудь видеть этот наряд? Нет. Хорошо ли она выглядела? Потрясающе.

Телефон висел на стене в коридоре рядом с кухней. Я поставила у него кухонный стул и усадила на него моего босса. Не мягкое кожаное кресло, из которого она звонила в офисе, но сойдет.

— Сначала федералам? — уточнила я.

— Нет, думаю, сначала позвоним Сидни. Разговор с агентом Фарадеем может затянуться.

Звонок Сидни был новым дополнением к шоу, но не слишком неожиданным. Сид, раньше занимавшийся отмыванием денег, был перед нами в неоплатном долгу. Он просвещал нас по финансовым вопросам.

Я знала его номер наизусть и набрала его. Сидни ответил из своей квартиры на первом этаже в Квинсе гнусавым: «Чеговыхотите?»

Я передала трубку мисс Пентикост.

— Здравствуй, Сидни, — сказала она. — Да… Да… Разумеется. Всегда пожалуйста. Я попрошу миссис Кэмпбелл прислать рецепт по почте. Так вот, Сидни, у меня есть для тебя задание… Нет… Нет, это быстро… Ах вот как? Хм…

Она нахмурилась, а потом накрыла трубку рукой.

— Оказывается, сегодня вечером Тощий Уиткинс будет гонять шары с Джимми Эйсведо по прозвищу Большой Палец, и Сид хочет быть там, поскольку поставил на Пальца.

— Ставки на бильярд, — объяснила я. — Зная Сида, уверена, там затесалась и какая-то бабенка. Скажите ему, что он закончит с нашим делом до начала первой партии.

Она снова поднесла трубку к уху.

— Сидни, могу тебя заверить, что… Ах, ты ее слышал?.. Хорошо… Да?.. Правда?.. Хм… да, она в отличном настроении. Сидни, я хочу, чтобы ты разузнал про чикагскую фирму «Алкорн, Эвис и Патч». Ничего конкретного, все как обычно, хотя было бы неплохо получить список клиентов. Перезвони мне, как только что-нибудь узнаешь.

Она дала ему адрес юридической фирмы и номер телефона на ферме, а потом повесила трубку.

— Он сказал, что женщина там действительно замешана. Ее зовут Камилла. По словам Сидни, у нее есть кое-какие фетиши, которые прекрасно сочетаются с его собственными.

— Прямо дрожь пробирает, — призналась я. — Позвонить нашему другу из ФБР?

Она кивнула, и я начала крутить телефонный диск.

И тут наше шоу застопорилось. Секретарша раздражающе простуженным голосом сообщила, что Фарадей на задании и она не знает, когда он вернется. Это ничего не значило, потому что федералы, как и их секретарши, врут как дышат.

Я позвонила ему домой, но никто не взял трубку. Затем набрала любовнице, и она ответила, но нам это не помогло. Обзвонила несколько баров, где он был завсегдатаем. Тщетно.

Я снова позвонила в его офис и попросила простуженную секретаршу передать ему, чтобы позвонил нам при первой же возможности. Я оставила телефон фермы, но не наши реальные имена. Фарадею не понравится, если пойдут слухи, что