Тринадцать загадочных случаев - Агата Кристи

— Мне бы хотелось побольше узнать о кухарке, —отозвалась та. — Она была глупой или же просто неопытной?

— Первое. Все рыдала и повторяла, что ей принеслишалфей. Откуда, мол, ей было знать, что в пучке что-то еще?

— Не из тех, кто привык жить своим умом, —заключила мисс Марпл. — Но готовила-то она хоть хорошо?

— О, просто замечательно! — подтвердила миссисБантри.

— Мисс Хелльер, ваша очередь, — сказал сэр Генри.

Повисла тяжелая тишина.

— Вы хотите, чтобы я задала вопрос? — наконецнедоверчиво переспросила девушка и, получив подтверждение, с мольбой подняла насэра Генри свои прекрасные глаза:

— А какой?

— Ну, почему бы не dramatis personae, миссХелльер? — с улыбкой предложил тот.

Джейн, продолжала озадаченно хмурить брови.

— Действующие лица в порядке их появления, —сжалился над ней сэр Генри.

— Да, да, конечно, — согласилась Джейн. —Отличная мысль!

Миссис Бантри стала проворно загибать пальцы.

— Сэр Эмброз, Сильвия Кин (это погибшая девушка) и ееподруга… Потом еще Мод Уай — одна из этих невежественных девиц, которые всемпочему-то нравятся. Никак не пойму почему… Затем еще мистер Керли, приехавшийпобеседовать с сэром Эмброзом о книгах. Хотя какие там книги? Заплесневелыерукописи на пергаменте и сплошная латынь! Потом Джерри Лоример — ближайшийсосед. Его усадьба «Грезы» начинается сразу за оградой поместья сэра Эмброза. Иеще миссис Карпентер — эдакая стареющая киска. Ну, эта нигде не пропадет. Она,как я поняла, была dame de compagnie[16] Сильвии.

— Если сейчас моя очередь, — сказал сэрГенри, — а по-моему, так оно и есть, поскольку я сижу рядом с миссХелльер, я хотел бы попросить вас, миссис Бантри, хотя бы вкратце описать всехперечисленных.

— М-м, — замялась та.

— Вот, например, сэр Эмброз. Начните с него, —посоветовал сэр Генри.

— О! Запоминающийся старик — хотя почему, собственно,старик? Ему тогда было никак не больше шестидесяти. Но очень больной былчеловек. Сердце такое слабое, что не мог даже подниматься по лестницам.Установил в доме лифт… В общем, выглядел он гораздо старше своих лет. Но манеры— совершенно очаровательные. Изысканные — вот, пожалуй, самое подходящее слово.Его никогда не видели раздраженным или расстроенным. И еще у него былипрекрасные седые волосы и прямо-таки завораживающий голос.

— Хорошо. Сэра Эмброза я уже себе представляю, —кивнул сэр Генри. — Теперь девушка. Как, вы говорите, ее звали?

— Кин. Сильвия Кин. Это была настоящая красавица. Ну,или очень-очень хорошенькая. Натуральная блондинка с чудесной кожей.Представляете? Не очень, может быть, умная.., да чего там — просто дурочка…

— Как можно, Долли! — запротестовал ее муж.

— Артур, конечно, иного мнения, — поджала губымиссис Бантри. — И все-таки дурочка. Я не слышала от нее ни единого умногослова.

— Милейшее создание, — упорствовал полковникБантри. — А как она играла в теннис! Это надо было видеть! Жизнь била вней через край. Маленькое жизнерадостное создание… И такие приятные манеры…Готов поспорить, молодые люди падали у ее ног штабелями.

— А вот и ошибаешься, — возразила миссисБантри. — Современные молодые люди и не глянут в сторону такой малолетки.Вот какой-нибудь старикашка вроде тебя, мой дорогой, это да!

— Мало быть просто молодой, — заявила вдруг ДжейнХелльер. — Нужно еще обладать одним качеством, на букву «с»…

— Это каким же? — насторожилась мисс Марпл. —Что еще за «с» такое?

— Сексуальность, — важно пояснила Джейн.

— Ах, вон оно что! — вздохнула мисс Марпл свидимым облегчением. — Только в мое время это почему-то называлипривлекательностью.

— Ну, а теперь о dame de compagnie, — вмешался сэрГенри. — Неплохую вы ей дали характеристику… Как бишь там.., стареющаякошка?

— Нет, — возразила миссис Бантри. — Кошка —это совсем другое дело. А тут просто большая, белая, рыхлая, мурлыкающаяличность. Ласковая до отвращения. Вот вам и вся Аделаида Карпентер.

— А как насчет «стареющая»?

— Ну, ей, думаю, было уже под сорок. В доме она жила,если не ошибаюсь, с тех пор, как Сильвии исполнилось одиннадцать. Оченьтактичная особа. Из тех горемычных вдовушек, которые имеют кучуродственников-аристократов, но ни гроша за душой. Я ее никогда не любила. Мневообще неприятны люди с чересчур холеными руками, а уж такие «киски» и подавно.

— А мистер Керли?

— Невзрачный, пожилой и сутулый. Да таких всюду сколькоугодно, их и различаешь-то с трудом. Начинал хоть немного походить на живогочеловека, только если разговор касался его несчастных книжек. Подозреваю, сэрЭмброз его почти и не знал.

— А ближайший сосед, Джерри?

— Совершенно очаровательный молодой человек! Былобручен с Сильвией. Это-то и привело к печальному исходу.

— Тогда я не понимаю… — начала мисс Марпл и замолчала.

— Что?

— Ничего, дорогая.

Сэр Генри с любопытством взглянул на мисс Марпл и задумчивопроизнес:

— Итак, они были помолвлены. И давно?

— Уже с год. Сэр Эмброз сначала был против — подпредлогом, что Сильвия еще слишком молода, но потом все же сдался, и скородолжна была состояться свадьба.

— А у молодой леди была собственность?

— Почти ничего. Сотня или две фунтов в год.

— Выстрел мимо, Клитеринг, — засмеялся полковникБантри.

— Ну и ладно. Теперь очередь доктора задаватьвопросы, — сказал сэр Генри.

— Собственно, мое любопытство большепрофессиональное, — начал доктор Ллойд. — Хотелось бы знать, какоемедицинское заключение было представлено следствию? Если, конечно наша милаяхозяйка это запомнила.

— Насколько мне известно, отравление дигиталином. Такэто, кажется, называется?

Доктор Ллойд кивнул.

— Основной компонент наперстянки — дигиталис —воздействует на сердце. Так, при некоторых формах сердечной недостаточности этолекарство просто незаменимо. Вместе с тем очень странный случай. Не могуповерить, что листья наперстянки могли привести к летальному исходу. Ее плоды илистья далеко не так ядовиты. Хотя, если предварительно извлечь в чистом видеактивное вещество…