Мертвая вода. Смерть в театре «Дельфин» - Найо Марш

Он издал один из своих странных вскриков. Лицо Трехерна перекосилось.

– Бедная мисс Кост, – мягко проговорила Дженни.

– Ага, бедная мисс Кост, – без малейшей грусти повторил Уолли и по какой-то странной ассоциации вдруг добавил, цитируя заученную строчку: – «Не пужайся, молвит Дама, горестям твоим конец»…

– А, это то стихотворение, которое ты рассказывал вчера, да? – проговорил Аллейн, кладя руку ему на плечо. – Э, приятель, да ты весь мокрый! Под дождем гулял? Так и ревматизм подхватить недолго.

Трехерн нахмурился.

– Где это ты был? – спросил он сына.

– Нигде.

– Опять возле лодок околачивался? Его от них прямо не оттащишь, – с заискивающей улыбкой пояснил он. – Простой рыбацкий парнишка. Так ведь, Уол?

– Не знаю, – нервно буркнул тот.

– Пойдем, покажешь мне тут все, – предложил Аллейн.

Уолли без промедления повел гостя по комнате. Сложно было понять, насколько все-таки он отстает в развитии. О каждом жалком «экспонате» ему было что сказать, причем по существу, хотя и крайне неуклюжим языком. Аллейн подумал, что, пусть даже мальчик и затвердил все это как попугай, по крайней мере, он способен связать конкретную вещь и подходящее к ней описание.

Дженни задержалась на минуту-другую возле Трехерна, о чем-то с ним заговорила. Не слыша слов, Аллейн, однако, уловил тон последней реплики мужчины. Тот явно сказал какую-то гнусность. Детектив быстро обернулся, увидел сердитое замешательство девушки и окликнул ее:

– Как насчет булочки с чаем? Уолли, а ты любишь мороженое?

Тот мгновенно ухватил бывшую учительницу за руку и потянул к двери кафе в конце комнаты. Пожилая женщина, к которой Дженни обратилась по имени, приняла их заказ.

– Этот тип сказал вам что-то оскорбительное? – спросил Аллейн по-французски.

– Да.

– Мне очень жаль, извините.

– Меня это совершенно не трогает. Какой чай вы пьете? Покрепче?

– Наоборот, некрепкий и без молока.

Аллейн взглянул на уже перемазанного мороженым мальчишку, который страстно поглощал лакомство, едва не трясясь от возбуждения.

– Утром шел дождь, да, Уолли?

Тот слегка кивнул.

– А ты выходил под дождь?

Мальчик рассмеялся, и мороженое полетело на стол изо рта.

– Не надо так, Уолли, – сказала Дженни. – Ешь как следует, дружок. Так ты гулял под дождем? У тебя ботинки в грязи.

– Гулял, ага. Мне дождик нипочем, чего его бояться?

– Да, наверное, нечего, – кивнула Дженни и добавила грустно: – Ты ведь уже большой мальчик.

– Кого-то еще там, наверное, не было? – предположил Аллейн. – В такую-то непогоду. Наверняка тебе ни души не встретилось.

– Не было, Уолли? Никого больше? Под дождем?

– Еще как было! Еще как! – выкрикнул он и ударил по столу.

– Хорошо, хорошо. Кого ты видел?

Уолли засунул язык в рожок, вылизывая остатки.

– Видел, – пробурчал он.

– Это непросто, – спокойно заметил Аллейн.

Дженни повторила вопрос.

– Ее видал, – бросил вдруг мальчик. – Старуху… Ха!

– О ком ты говоришь? Какую старуху?

Уолли вдруг вскинул правую руку. Жест был неуклюжим и угловатым, как у марионетки, но не оставлял сомнений – мальчик показывал, будто швыряет что-то. Дженни едва сдержала невольный вскрик.

– Кого ты видел? Мисс… – Дженни посмотрела на Аллейна, и тот кивнул. – Мисс Прайд?

– «Прайди-Прайди, по кумполу хлоп, камнем в макушку и прямо в гроб».

– Уолли! Где ты этого набрался?!

– От ребят, – быстро сказал тот и начал снова: – «Прайди-Прайди…»

– Прекрати. Остановись, Уолли. Тихо. – Она повернулась к Аллейну. – Да, я сама вчера вечером слышала, как они это распевают.

Уолли запихал остатки рожка в рот.

– Еще хочу, – промычал он невнятно.

В это время из гостиной вошел Кумб. Уолли сидел к нему спиной. Аллейн сделал предупреждающий знак, и полицейский остановился на месте. Сзади маячил ухмылявшийся Трехерн, на его лице читалось любопытство. Кумб, обернувшись к нему, дернул большим пальцем по направлению к выходу. Когда тот заколебался, Кумб просто закрыл дверь у него перед лицом.

– Еще, – повторил Уолли.

– Ты получишь еще, – пообещал Аллейн, прежде чем Дженни успела запротестовать, – только скажи мне, что случилось сегодня утром, когда ты гулял под дождем.

Мальчик сердито набычился.

– Хочу еще. Еще одно.

– Где ты видел мисс Прайд?

– Там, наверху.

– У ворот?

– У ворот, – эхом повторил Уолли.

– Ты видел, как она ушла?

– Она вернулася.

Дженни невольно приложила руку к губам.

– Так мисс Прайд вернулась? – повторил Аллейн.

Мальчик кивнул.

– По дорожке? Когда?

– Вернулася, и все тут! – раздраженно выкрикнул Уолли. – Вернулася она!

– Это было не сразу?

– Не сразу.

– И она прошла к источнику? Через ворота, внутрь изгороди? Так?

– Источник мой! Нечего ей тама делать!

Он повторил свой устрашающий замах.

– Пошла! – крикнул он.

– Ты бросил камень в мисс Прайд? Так, как показываешь?

Уолли повел головой из стороны в сторону.

– Вы не знаете, что я сделал. Я вам не скажу.

– Можешь сказать мисс Уильямс.

– Не, не буду.

– Ты бросал камни раньше, Уолли? – спросила Дженни. – Тогда, вечером? Это был ты?

Он с сомнением посмотрел на нее.

– А где папка?

– Там, за дверью. Уолли, скажи правду.

Он потянул к ней перемазанную мордашку. Девушка наклонилась к нему.

– Секрет, – прошептал мальчик.

– Какой секрет?

– Про камни. Так папка сказал.

– А сегодняшний булыжник тоже секрет?

Мальчик отстранился от нее.

– Не знаю никакой булыжник, – сказал он с отсутствующим выражением. – Хочу еще мороженое.

– А мисс Кост была у источника? – спросил Аллейн.

Мальчик посмотрел на него, насупившись.

– Уолли, – проговорила Дженни, беря его за руку, – ты видел мисс Кост? Под дождем, сегодня утром? Она была у источника?