Мент без ценника - Владимир Колычев

– Городовой, прекрати!

Шумов приблизился к Богдану, взял его под локоть и вывел из кабинета. Но за дверью ничего не сказал, только подмигнул. Дескать, все правильно говорил, только с идиотом связался.

Майор вернулся к Петухову успокаивать его, а Богдан отправился в свой кабинет. Но там хозяйничал Гущин. Восемь часов уже без малого, домой пора, но не уходит капитан. Потому что начальник РОВД еще на месте, к тому же бумажной работы всегда полно.

– А-а, Богдан! – Гущин усиленно изображал искреннюю радость.

Городовой ему не верил. И видеть своего напарника не хотел. Но кабинет у них один на двоих, а ему очень хотелось выпить чаю.

– Что там случилось? Говорят, в тебя стреляли?

– Да нет, это я стрелял. Случайно выстрелил. Случайно попал.

– Да ладно прибедняться! Мне ребята рассказывали, как ты стреляешь. Говорят, у тебя пистолет без отдачи стреляет…

– Ну, если говорят…

Богдан действительно умел стрелять так, чтобы пистолет не подпрыгивал от отдачи. Для этого нужно было научится чувствовать ритм стрельбы и подыгрывать рукой, с нажатием на спусковой крючок подавая ее чуть-чуть вперед. В ритм попасть, в общем-то, нетрудно, гораздо сложней научиться его ловить на рефлекторном уровне. Надо, чтобы все происходило само по себе, без участия мыслительных процессов. Богдан смог этого добиться, поэтому и пистолет ему послушен.

– Ты извини, я как-то не принял тебя в расчет. Думал, ты еще зеленый лейтенант, а у тебя, говорят, столько задержаний, что мне и не снилось, – заискивающе говорил Гущин. – И сегодня троих задержал. А у них оружие…

– И что?

– Да нет, ничего. Восхищаюсь тобой.

Гущин старательно делал вид, что все плохое между ними осталось в прошлом. Но Богдан по-прежнему не верил ему. Есть такой тип людей, которые, притворяясь друзьями, только и выжидают момент, чтобы нанести подлый удар в спину. Гущин из таких… Но, может, это не так. Хотелось бы на это надеяться.

– А я думал, ты предложишь их на Сысоева раскрутить, – усмехнулся Богдан.

– На Сысоева?!

– Ну да, у них же ножи были… У Мелояна ствол имелся, у Громова – нож, но эти в больнице. А у нас Вяткин сидит. Он с ножом на меня кидался. Может, они за работягами вроде Сысоева охотятся? Выслеживают их, убивают…

– Это вряд ли.

– А вдруг?.. Вдруг этот Вяткин признается?

– Ну, я мог бы попробовать…

– Нет, лучше я. Он же меня убить пытался, а не тебя. И я его с носом оставил, а не ты. Он мне больше скажет, чем тебе…

– Так мы вместе можем.

– Можно и вместе, – кивнул Городовой. – Только я сегодня сам. А ты завтра подключишься…

Гущин кивнул, будто благословляя его на допрос.

Богдан не хотел говорить ему, что встретился с Вяткиным на узкой дорожке не случайно. Не хотел, чтобы Гущин начал вставлять палки в колеса раньше, чем следовало бы. Сейчас ему нужно было время для маневра, и он его получил.

Ненавидящий взгляд уверенного в себе человека угнетает психику, выбивает из колеи. Но Вяткин был подавлен и растерян, поэтому его свирепый взгляд лишь заставлял посмеиваться. Брови он хмурит гневно, зубами скрипит натурально, но вид у него жалкий.

– Ты, Степа, говорят, родом из Чебоксар, – издалека начал Богдан.

– Тебе не все равно, начальник? – огрызнулся Вяткин.

– В общем-то, все равно. У вас там в Чебоксарах все такие – из-за бабы втроем на мента?

– Из-за бабы?.. Ну да, из-за бабы… Только Инна не баба…

– Охотно с тобой соглашусь. Девушка она красивая… Понравилась она мне, и ты понял это. Но зачем кодлу под это дело собирать? Ну, вышли бы один на один, поговорили бы как мужик с мужиком…

– Так один на один и выходили. Ашота и Олежу я чисто для понта взял.

– Да, только Олежа твой со спины подкрался. И нож у него был. Зачем нож, Степа?

– Я почем знаю? Крыша у мужика поехала…

– А у Ашота ствол был, это уже ни в какие ворота… Или есть ворота? Если есть, давай открывай, послушаем, как они скрипят.

– Какие ворота, начальник? Откуда я знал, что у Ашота ствол был? Я за него не в ответе!

– Конечно, они демоны, а ты ангел.

– Может, и не ангел, но точно не при делах…

– Это все Ашот виноват, да? Или Олежа? Ты не при делах, а кто-то из них с твоей Инной крутил… Они крутили, а ты не при делах, да?

– Кто с Инной крутил? – вскинулся Вяткин. – Ты о чем, начальник?

– Ну, Ашот кулон из ювелирного дернул, Инне твоей подогнал, а ты даже не в курсе? Может, она еще и расплатилась с ним за этот кулон?

– Расплатилась?.. С Ашотом? Ты чо, мент, с дуба рухнул?! Да я любому за нее пасть порву!.. А что за кулон, начальник? – спохватился Вяткин.

– Из ювелирного магазина кулон. Прошлой осенью салон на Советской улице выставили, оттуда и кулон. Ты его сегодня на груди у Инны видел. И ты видел, и я видел. Ты знал, что вещь краденая?

– Не понимаю тебя, начальник.

– Все ты понимаешь, Степа. Ты умный мужик, сразу сообразил, что я за этот кулон зацепился, потому и поговорить со мной захотел. Только разговор не заладился. Твой Олежек убить меня мог. И Ашот за ствол схватился. Хорошо, что я тертый калач и хитрость твою разгадал. Я выжил, Степа, а ты в наручниках. Я мог бы тебя понять, мужик. Мог бы понять и даже простить. Получил бы ты свои три года за вооруженное сопротивление представителю власти, и на этом все. А так я просто тебя отпущу, Степа. Сначала Коту наводку на тебя дам, а потом отпущу…

– Какому еще Коту?

– Котов Михаил Алексеевич, одна тысяча девятьсот семидесятого года рождения. Молодой еще человек, двадцать два года недавно исполнилось. А гляди ж ты, центр города под своим контролем держит. Бригада у него центровая. Шестьдесят бойцов, железная организация. Я с ним разговаривал, парень он спокойный, я бы даже сказал, мягкий. Но это со мной. А со своими у него строго. Чуть что не так – выстрел в голову, и на погост… Да, Степа, да, мне самому такой подход к делу не нравится. Есть информация, что Миша Котов своих бойцов лично убивает. И своих, и чужих… Но информация оперативная, к делу ее не пришьешь… Поэтому мы за тобой, Степа, слежку устроим. Миша поклялся найти грабителей, которые ювелирку на Советской вынесли. Найти и убить…

– Чего-то я не понимаю, начальник, зачем ему это? – занервничал Вяткин.

– Как зачем? Эта ювелирка у него под крышей была, он процент с торговли получал, а тут какие-то отморозки… Я тебе больше скажу, Махор под это дело подписался, но грабителей не нашел. А почему? Да потому что чужие это люди. Казалось бы, за чужих он не в ответе. Но это не так, Степа. Эти залетные дела делают, а в общак не отстегивают. Как думаешь, что с тобой будет, когда ты у Кота в лапах окажешься? Дело сделал, а в общак не положил… Это, считай, ты лапу в воровской общак запустил. Это крысятничество, Степа. Тебя сначала опустят, а потом кончат. Меня твоя интимная жизнь не интересует, а вот когда тебя замочат, тут мы и вмешаемся…