Мент без ценника - Владимир Колычев

– А секретарша красивая?

– Была одна красотка. Он с нею зажигал. А потом она уволилась.

– Чего так?

– Надоела ему, он ее отшил…

– Тогда и появилась Лена Хромцова?

– Было такое. Он ее домой повез, а там на мужа нарвался.

– И муж его зарезал, так?

– Ну да, Витя говорил…

– Ты его так и называешь – Витя?

– Если с глазу на глаз, то так. Ну раньше. А сейчас нет, сейчас он этого не любит. Он нынче большой человек, потому и зазнался…

– Но вас до сих пор при себе держит, да?

– А чего нас не держать? Мы люди маленькие, в его дела не лезем. Крутим баранку себе потихоньку.

– Тогда почему он тебе про Лену Хромцову рассказал? Про ее мужа?

– У него водитель заболел, он меня попросил по старой дружбе… – Судя по тому, как у Вяткина дрогнул голос, это было неправдой.

– А почему ты у него водителем не работаешь? Если ты с ним и Крым прошел, и Рым, то почему бы ему тебя личным водителем не сделать?

– Я не знаю, ему видней…

– А может, он тебя в сторонке держал? Чтобы ты Костылину на глаза не попадался? Ты баранку крутил, бензин по точкам развозил, а когда надобность возникала, ему помогал…

– В чем я ему помогал? – напрягся Вяткин.

– Например, ювелирку выставить.

– Не там копаешь, начальник! Зачем Вите ювелирка? Он на свои бабки сто таких ювелирок купить может.

– Одно дело купить, и совсем другое – украсть. Может, он жене Костылина перстень с рубином подарил, чтобы мужа подставить и тот за кражу сел?

– Что за фантазии, начальник? Зачем ему эта лажа?

– Все очень просто, Степа. Костылина сажают за кражу, жена с ним разводится и выходит замуж за его компаньона. Раз, и Быхалов – единственный хозяин фирмы.

– Зачем Вите жениться на ней? Если бы Костылин сел, акции по-любому за ним бы остались…

– И Витя мог бы на ней жениться? Как у них там отношения?..

– Нормальные отношения.

– Степа, ты мой информатор или где? Я тебе вопрос задал, может Быхалов на Костылиной жениться или нет?

– Ну, может… Он ей с похоронами помогал. И вообще…

– Что «вообще»?

– Неженатый он… И еще у них роман был… Но это по секрету.

– Значит, теперь есть смысл жениться? Акции Костылина к его жене перешли, теперь она богатая невеста…

– Если честно, меня это не касается.

– Да, но ты мой информатор. Ты должен держать меня в курсе… Есть версия, что Егор Хромцов Костылина не убивал. Есть основание подозревать, что за Костылиным следил человек Быхалова. Этот человек и узнал, что между Костылиным и Хромцовым возник конфликт на почве ревности. На этом он и сыграл… Он знал, что Костылин отправился к Лене Хромцовой, опередил его, затаился в подъезде и нанес ножевой удар, который оказался смертельным. Но это еще не все. Этот человек обошел дом и забросил нож на балкон квартиры, где жил Хромцов. Проще говоря, он подставил ни в чем не повинного парня.

– Да нет, Быхалов на такое не способен, – с озадаченным видом мотнул головой Вяткин.

– Так я же сказал, что не про Быхалова разговор. Я говорю о его человеке, который избавил его от Костылина… Всем выгода Быхалова ясна. Потому он и попытался пустить следствие по ложному следу. И это ему вполне удалось. Только он не учел нескольких вещей. Например, что его человека может увидеть соседка Хромцова. А увидела она его в тот момент, когда он прятал нож в полусапог. – Богдан пристально смотрел на Вяткина, наблюдая, как тот меняется в лице. – Быхалов не учел, что этот человек на почве личной неприязни мог убить некоего гражданина Сысоева. Он зарезал его ножом, которым затем же убил и Костылина. Экспертиза подтвердила это…

На самом деле экспертиза обнаружила на ноже, в микроскопическом зазоре между лезвием и рукоятью следы крови, отличной от той, которая осталась после убийства гражданина Костылина. Скорее всего, это кровь Сысоева. И в самое ближайшее время экспертиза официально подтвердит это.

– Я здесь при чем?

– А у кого был конфликт с гражданином Сысоевым? – жестко спросил Богдан.

– А кто это такой?

– Ты еще спроси про гражданку, видевшую тебя.

– Что за гражданка?

– Ну вот, мы отлично понимаем друг друга, – с издевкой усмехнулся Городовой. – Ты же мой информатор и пока что неплохо справляешься со своей работой…

– Гонишь ты, начальник! Думаешь, самый умный, да? Наплел мне какой-то мути, считаешь, запутал?.. А не запутаешь ты меня. Потому что за мной правда. Не убивал я Костылина. И никакого Сысоева знать не знаю.

– А ведь я не просто сегодня на заводе был. Я тебя искал. По приметам, которые мне дала свидетельница. Нос картошкой, шрам на переносице… Думал, ты работаешь на заводе, а оказывается, ты туда из-за Инны захаживал. И сегодня удачно зашел. Для меня удачно. А потом и дружков своих прихватил… Врать не буду, смог ты запугать свидетеля, палец к губам очень красноречиво приложил. Только бояться ей нечего. Мелоян и Громов попали к нам надолго, и ты от нас никуда не денешься. А работать мы умеем. И с тобой отработали, и со свидетелем разберемся. Инна тоже показания даст, расскажет о твоем конфликте с Сысоевым. И смерть Костылина тебе пришьем. Свидетель уже есть. Думаю, Мелоян нам что-нибудь интересное расскажет, когда в себя придет. Например, что ты на него показал. А у армян кровь горячая… Да и Громову тоже не понравится, что ты его в убийстве Костылина обвинил… Ну и экспертиза опять же… У тебя что, ножи в дефиците? Или ты Хромцова еще и к Сысоеву привязать решил? Если так, то ты идиот. За двумя зайцами ты, Степа, погнался. Обоих догнал и убил. Только вот на егеря нарвался. И за этих зайцев ответишь…

– Ничего ты не докажешь, начальник! – презрительно усмехнулся Вяткин.

Но в ответ Богдан лишь хмыкнул, потому что этому типу явно не хватало уверенности. Сомневался он в своих дружках. Да и про свидетеля знал…

– Мой тебе совет, Степа, не ломайся. Все равно ведь расколем. Статья у тебя расстрельная, под вышку пойдешь. А сотрудничество со следствием тебе в зачет будет. Глядишь, и не вынесут тебе смертный приговор. Получишь свои пятнадцать лет, отсидишь… Сколько тебе сейчас лет?

– Тридцать два года. Если меня на пятнашку засунут, я стариком выйду.

– Да ладно тебе, в сорок семь лет жизнь только начинается. Если деньги есть на счете… А деньги тебе Быхалов начислит – за твое молчание. Ты на себя все бери, а ему выставь условие: пусть платит за молчание. И грев на зону пусть шлет.

Вяткин думал недолго:

– Нет, начальник, я не при делах.

– Ну, не при делах так не при делах… Как говорится, на нет и суда нет. Кто там «Петроль» кроет? Румын или Махор? Или Махор через Румына? А может, напрямую?