Мент без ценника - Владимир Колычев

– Ничего. Ты же не знала, что он краденый. За этот кулон ответит Степа… Кстати, как его фамилия?

– Вяткин.

– Ну вот, хоть в чем-то призналась. Лиха беда начало, – ободрительно улыбнулся Богдан.

– А ты меня не обманешь? Правда защищать будешь?

– Буду… Так что там с Сысоевым было?

– Да ничего особенного… Он клинья под меня подбивать стал. Красивая ты девушка, Инна, я бы на такой женился, все такое прочее… А зачем он мне? Старый, замурзанный, к тому ж еще и женатый. В общем, я его отшила. Он вроде бы успокоился, на глаза перестал попадаться. Все нормально было, пока он меня вместе со Степой не увидел. Сысоев тогда выпил прилично, язык дурной. В общем, он меня сукой обозвал. Степа к нему, а он за кирпич схватился и в него бросил. Там кирпичи в штабелях были, так он… В общем, бросил и убежал. А Степе камень в затылок попал. Шишка у него потом была… А вскоре я узнала, что Сысоева зарезали…

– Это произошло в ночь с двадцатого на двадцать первое февраля, в районе двенадцати часов. Где в это время находился Вяткин?

– А ты думаешь, я с ним сплю?

– Э-э…

– Ну, было раз… Даже два. Выпила много… Только я в ту ночь с ним не была. И ничего сказать не могу…

– Он не говорил тебе, что рассчитался с Сысоевым?

– Честно, он мне ничего не говорил. Я всего лишь догадываюсь. Боюсь я его, потому что он злой и жестокий. До дрожи в коленях боюсь.

– Чем он занимается?

– Говорит, работает.

– Где?

– Водителем на бензовозе.

– И куда он уезжал на месяц? В дальний рейс?

– Да нет, к матери, сказал, поедет. Меня звал. А куда я поеду, у меня работа… Отпуск у меня в июле. Я что, июль на март поменяю? Да и не хотела ехать…

– А мать где живет?

– В Чебоксарах. И сам он оттуда. Здесь, на нефтезаводе, работать устроился. С работой, говорит, повезло. Он же сидел, у него судимость, а судимых на хорошую работу не берут, да и на плохую не всегда…

– А за что сидел?

– Ошибка молодости.

– Понятно. Они все так говорят. Только ошибки не всегда исправляются… А что у него за друзья?

– Такие же, из бывших. С ним работают.

– На нефтеперегонном заводе?

– Не совсем на заводе. Там фирма при заводе.

– «Петроль»?

– Да.

– И там бывшие уголовники работают?

– Не везде. Только водителями. Сейчас сам знаешь, какая ситуация на дорогах: и убить могут, и машину с грузом отобрать. А бензин – товар ходовой. Были уже случаи. В общем, ездить на бензовозе все равно что инкассатором деньги развозить. Степа так говорит…

– Хорошо зарабатывает?

– Хорошо. «Девятка» у него своя, квартиру недавно купил…

– А кулон краденый откуда у него?

– Не знаю… Может, кто-то из друзей дал. Или сам… Я за него ручаться не могу. Он шальной, он все может.

– Понятно. Когда он за тобой приехать должен?

– В пять. У меня в семнадцать ноль-ноль рабочий день заканчивается…

– Где он тебя ждать будет? Здесь или на проходной?

– Машину он возле проходной оставит, а сам сюда придет.

– Отпуск в июле – это хорошо… Но лучше все-таки тебе его в марте отгулять. Степу я твоего закрою, но пока я на его дружков выйду, пока с ними вопрос решим, время уйдет… В общем, тебе на работу лучше пока не ходить. Ты с родителями живешь или одна?

– С родителями.

– А если ты у меня немного поживешь, они возражать не будут?

– Ну, если я скажу, что у подруги поживу, тогда не будут. А ты что, меня к себе зовешь?

– Да. Под защитой подруги немного поживешь?

– Какой подруги?

– Милиция ее зовут. Это сейчас твоя лучшая подруга. Хотя она может стать и врагом. Кулон-то краденый…

Богдан глянул на часы. До пяти оставалось еще два с половиной часа, а время у него в дефиците. Инне он мог посвятить целую ночь, но пока был не готов пожертвовать ради нее весьма солидной частью рабочего дня. Девушка еще не вступила в конфликт с Вяткиным, поэтому опасность с его стороны ей не угрожала. Богдан мог бы спокойно съездить к следующему адресату, что числился у него в плане, поговорить с ним, разузнать нужную информацию, после чего вернуться на завод и задержать Вяткина. Нельзя было оставлять Инну без присмотра. Она не из народной дружины и даже не активист профсоюза, чтобы добровольно помогать органам правопорядка. Инна – подруга опасного преступника, на ней краденые вещи, и как бы ни хотела она сейчас помочь Богдану, доверять ей нельзя. Вдруг ей взбредет в голову позвонить Вяткину и предупредить его об опасности. Поэтому Городовому пришлось остаться у нее. Им было о чем поговорить, да и чай она готовила вкусный.

В четвертом часу появился начальник отдела кадров, сухощавая стройная женщина лет сорока. Богдан объяснил ей, зачем ему нужны личные дела, а чуть погодя зашел к ней в кабинет, завел разговор. Тогда и услышал, как тихонько звякнул ее рабочий телефон.

– Если позволите…

Варвара Семеновна позволила, и Городовой аккуратно снял трубку. Телефон этот был параллельным с тем, что стоял в кабинете у Инны, и он мог подслушать ее разговор. Интересно было знать, кому она звонит.

Но Инна звонила родителям. Она сказала маме, что ночевать будет у подруги. И сообщила об этом без всякого сожаления, с приятным для Богдана воодушевлением. Похоже, она рассчитывала на интересную ночь. Что ж, он не должен ее разочаровать. Но сначала на очереди Степа Вяткин. Городовой должен был и задержать его, и допросить. И хотелось бы расколоть его с ходу…

Снег забивал ресницы, лез в глаза. Но если бы только он мешал Богдану… Начало шестого вечера, а на улице уже темно. Площадь перед проходной освещена, но на стоянке видны только несколько машин, остальные в непроглядной мгле заметала метель. Среди этих автомобилей и должна была находиться «девятка» Вяткина. А если он подъехал не один? Вдруг с ним вторая машина, в которой находятся его дружки?

«Безлошадные» работяги толпами валили к троллейбусной остановке, к машинам шли только счастливчики, которым еще во времена Союза посчастливилось разжиться вожделенными «Жигулями» или менее престижным, но все-таки желанным «Москвичом». Были здесь и «Волги», но ни одна из них не принадлежала заводскому начальству. У важных персон своя стоянка, на территории завода, а здесь парковались простые смертные. Счастливчики стремились поскорей укрыться от непогоды в холодных, но непродуваемых салонах своих машин, завести двигатели, прогреть их и убраться отсюда. Вряд ли кого-то сейчас волновало то, что происходит вокруг. И если вдруг что и случится, никто не придет на помощь Богдану, который шел к белой «девятке», что заприметил в дальнем ряду.