После похорон - Агата Кристи

Грег, снова занявшийся карандашом, нахмурился.

– Ее замужество тоже не обошлось без неприятностей, поэтомуона, очевидно, вам сочувствовала.

– Кажется, Кора вышла замуж за художника, который семьепришелся не по вкусу? – с любопытством осведомилась Сьюзен. – Он был хорошимхудожником?

Мистер Энтуисл решительно покачал головой.

– Какие-нибудь его картины остались в коттедже?

– Да.

– Тогда я сама смогу об этом судить, – заявила Сьюзен.

Мистер Энтуисл улыбнулся, глядя на ее упрямо вздернутыйподбородок:

– Желаю успеха. Конечно, в искусстве я безнадежностаромоден, но сомневаюсь, что вы станете оспаривать мой вердикт.

– Полагаю, мне так или иначе придется поехать туда? Тамсейчас есть кто-нибудь?

– Я договорился с мисс Гилкрист, что она останется вкоттедже, пока не подыщет новое место.

– Должно быть, у нее железные нервы, – заметил Грег. –Оставаться в доме, где только что произошло убийство…

– Мисс Гилкрист вполне разумная женщина. Кроме того, – суходобавил адвокат, – не думаю, что ей есть где жить, пока она не устроиласькуда-нибудь еще.

– Выходит, после смерти тети Коры она осталась ни с чем? Онис тетей Корой были достаточно близки?

Мистер Энтуисл с любопытством посмотрел на Сьюзен,интересуясь, что у нее на уме.

– Полагаю, в какой-то мере да, – ответил он. – Кора никогдане относилась к мисс Гилкрист как к служанке.

– Значит, она относилась к ней гораздо хуже, – сказалаСьюзен. – В наши дни этим так называемым леди приходится туго. Постараюсь найтидля бедняжки приличное место. Это не составит труда. Сейчас каждая женщина,которая умеет убирать и готовить, на вес золота. Эта мисс Гилкрист умеетготовить, не так ли?

– Да, конечно. По-моему, мисс Гилкрист возражает толькопротив «тяжелого» труда. Боюсь, я не вполне понял, что она подразумевает подсловом «тяжелый».

Казалось, его слова позабавили Сьюзен.

– Ваша тетя назначила Тимоти своим душеприказчиком, –сообщил мистер Энтуисл.

– Тимоти, – с презрением повторила Сьюзен. – Дядя Тимоти –практически миф. Никто никогда его не видит.

Адвокат посмотрел на часы:

– Сегодня я собираюсь съездить к нему. Сообщу о вашемрешении побывать в коттедже.

– Я потрачу на это не более двух дней. Не хочу надолгопокидать Лондон. У меня столько планов – собираюсь заняться бизнесом.

Мистер Энтуисл окинул взглядом тесную гостиную. Грег иСьюзен, по-видимому, сильно нуждались. Он знал, что отец Сьюзен спустил всесвои деньги, оставив дочь без гроша.

– Могу я узнать, каковы ваши планы на будущее?

– Я присмотрела дом на Кардиган-стрит. Полагаю, вы можетевыдать мне определенную сумму авансом в случае необходимости? Возможно, мнепридется внести залог.

– Это можно устроить, – ответил адвокат. – Я несколько раззвонил вам на следующий день после похорон, но к телефону никто не подходил. Яподумал, что вам может понадобиться аванс, но решил, что вас нет в городе.

– Нет-нет, – быстро сказала Сьюзен. – Мы оба весь день былидома.

– Знаешь, Сьюзен, – вмешался Грег, – думаю, что в тот деньнаш телефон не работал. Помнишь, как я не мог после полудня дозвониться в «Харди K°»? Я хотел сообщить о неполадках, но на следующее утро все уже было впорядке.

– Телефоны иногда бывают весьма ненадежны, – заметил мистерЭнтуисл.

– А откуда тетя Кора узнала про наш брак? – внезапноспросила Сьюзен. – Мы расписались в регистрационной конторе и долго никомуничего не сообщали.

– Думаю, Ричард мог рассказать ей об этом. Она переделалазавещание недели три назад (сначала оно было составлено в пользу теософскогообщества) – как раз когда он приезжал повидать ее.

Сьюзен выглядела удивленной.

– Дядя Ричард ездил повидать тетю Кору? Я понятия об этом неимела.

– Я тоже, – сказал мистер Энтуисл.

– Значит, именно тогда…

– Что тогда?

– Ничего, – ответила Сьюзен.

– Очень хорошо, что вы приехали, – хрипловатым голосомсказала Мод, встретив мистера Энтуисла на платформе станции Бейхем-Комптон. –Мы с Тимоти очень вам благодарны. По правде говоря, трудно представить себечто-то худшее для Тимоти, чем смерть Ричарда.

Мистер Энтуисл еще не рассматривал смерть своего друга сподобной точки зрения, но понимал, что миссис Тимоти Эбернети могларассматривать упомянутое событие исключительно в таком аспекте.

– Прежде всего, – продолжала Мод, когда они направились квыходу, – для Тимоти это явилось страшным потрясением – он был очень привязан кРичарду. И потом, к сожалению, это внушило Тимоти мысли о смерти. Инвалидностьзаставляет его беспокоиться о себе. Он все время повторяет, что осталсяпоследним из братьев и тоже скоро умрет, – одним словом, несет какой-то мрачныйбред.

Они вышли со станции, и Мод направилась к невероятнодревнему и ветхому автомобилю.

– Простите, что придется везти вас на этой старой колымаге,– извинилась она. – Мы уже много лет собираемся купить новую машину, но никакне могли себе этого позволить. В этом автомобиле уже дважды меняли двигатель, ктому же старые модели очень выносливы. Надеюсь, – добавила она, – он быстрозаведется. Иногда приходится заводить его вручную.

Мод несколько раз нажимала на стартер, но результатом былолишь слабое урчание. У мистера Энтуисла, которому ни разу в жизни неприходилось заводить машину вручную, появились дурные предчувствия, но Мод самавылезла из кабины, вставила ручку, и после пары поворотов мотор ожил. Большаяудача, подумал мистер Энтуисл, что Мод такая сильная женщина.

– В последнее время эта старая развалина играет со мнойскверные шутки, – сказала Мод. – В том числе когда я возвращалась послепохорон. Пришлось идти пешком пару миль до ближайшей деревенской мастерской иждать в местной гостинице, пока они возились с машиной. Конечно, это тожерасстроило Тимоти. Я позвонила ему и сообщила, что вернусь только завтра, и онстрашно разволновался. Обычно я стараюсь скрывать от него неприятные вещи, новедь не все можно скрыть – например, убийство Коры. Пришлось послать задоктором Бартоном, чтобы он дал Тимоти успокоительное. Убийство – это уже чересчурдля человека в таком состоянии. Впрочем, Кора всегда была безнадежно глупа.