После похорон - Агата Кристи

Джордж, казалось, насторожился:

– Бедная старушка – вот уж кому не повезло, верно? И как разв тот момент, когда она получила возможность наслаждаться жизнью.

– Будем надеяться, что полиция разыщет убийцу, – сказаладвокат.

– Не сомневаюсь в этом. Наша полиция знает свое дело.Соберут всех подозрительных личностей, которые торчали поблизости, и прочешутих частым гребешком – заставят отчитаться в своих действиях во время убийства.

– Это не так легко по прошествии некоторого времени, –заметил мистер Энтуисл и улыбнулся, давая понять, что собирается пошутить. –Например, я в тот день в половине четвертого был в книжном магазине Хэтчарда.Вспомнил бы я об этом, если бы полиция стала меня расспрашивать через десятьдней? Очень сомневаюсь. А вы, Джордж, находились в Херст-парке. Вспомните вы, вкакой именно день это было, скажем, через месяц?

– Да, так как это произошло на следующий день после похорон.

– Верно. К тому же вы два раза выиграли – это тоже освежаетпамять. Редко забываешь имя лошади, на которой заработал деньги. Кстати, какзвали ваших фаворитов?

– Дайте подумать… Геймарк и Фрогг Второй. Да, я не скоро ихпозабуду.

Мистер Энтуисл откланялся с сухим, похожим на кашель,смехом.

– Очень рада вас видеть, – сказала Розамунд без особогоэнтузиазма. – Но сейчас еще так рано…

Она сладко зевнула.

– Уже одиннадцать, – заметил мистер Энтуисл.

Розамунд снова зевнула и виновато отозвалась:

– У нас была вечеринка, она затянулась до поздней ночи. Мыслишком много выпили. У Майкла до сих пор жуткое похмелье.

В этот момент появился также зевающий Майкл в ярком халате ис чашкой черного кофе в руке. Майкл выглядел утомленным, но, как всегда,привлекательным и очаровательно улыбался. На Розамунд были довольно грязныйжелтый пуловер, черная юбка и, насколько мог судить мистер Энтуисл, ничегоболее.

Педантичный и аккуратный адвокат не одобрял образ жизниШейнов. Захламленная квартира на первом этаже дома в Челси, валяющиеся повсюдубутылки, стаканы и окурки, спертый воздух, общее впечатление пыли и беспорядка…

Посреди этой не располагающей обстановки Розамунд и Майклцвели пышным цветом. Они были на редкость красивой парой и, как казалосьмистеру Энтуислу, очень любили друг друга. Во всяком случае, Розамунд обожалаМайкла.

– Как насчет глоточка шампанского, дорогой? – осведомиласьона. – Просто чтобы встряхнуться и выпить за наше будущее. О, мистер Энтуисл,какая удача, что дядя Ричард оставил нам деньги именно теперь…

Адвокат заметил, что Майкл недовольно нахмурился, ноРозамунд продолжала как ни в чем не бывало:

– Потому что нам представился чудесный шанс поставить этупьесу. В ней есть великолепная роль для Майкла и даже маленькая роль для меня.Там рассказывается о молодом преступнике, который в душе настоящий святой.Пьеса полна самых современных идей.

– Похоже на то, – чопорно произнес мистер Энтуисл.

– Он грабит, убивает, его преследуют полиция и общество, ипод конец он совершает чудо!

Шокированный адвокат хранил молчание. Нынешняя молодежьговорит и пишет вредную чушь!

Впрочем, нельзя было сказать, что Майкл Шейн много говорил.На его лице все еще было написано недовольство.

– Мистеру Энтуислу неинтересно слушать твои восторженныеизлияния, Розамунд, – сказал он. – Помолчи хотя бы минуту и дай ему сообщить,зачем он к нам пожаловал.

– Нужно выяснить один-два вопроса, – объяснил адвокат. – Ятолько что вернулся из Литчетт-Сент-Мэри.

– Значит, убили все-таки тетю Кору? Мы читали об этом вгазете. Я сразу решила, что это она, так как фамилия уж больно необычная.Бедная тетя Кора! Я смотрела на нее во время похорон и думала: лучше умереть,чем выглядеть так нелепо. А теперь она в самом деле умерла! Наши гости неповерили, когда я рассказала им, что женщина, убитая топором, про которуюнаписано в газете, моя тетя! Они только смеялись – верно, Майкл?

Майкл Шейн не ответил, и Розамунд продолжала с явнымудовольствием:

– Два убийства одно за другим! Немного чересчур, не так ли?

– Не говори глупости, Розамунд, – твоего дядю Ричарда никтоне убивал.

– Ну а Кора думала, что его убили.

Мистер Энтуисл прервал их спор:

– После похорон вы вернулись в Лондон?

– Тем же поездом, что и вы.

– Да, конечно. Я задал этот вопрос, так как пытался с вамисвязаться… – он бросил быстрый взгляд на телефон, – на следующий день, но никтоне отвечал.

– О боже, мне так жаль… Что мы делали позавчера, Майкл? Додвенадцати мы были дома, а потом ты отправился встретиться с Розенхаймом и наленч с Оскаром, а я пошла по магазинам искать нейлоновые чулки. Я должна былавстретиться с Дженет, но мы разминулись. Потом мы с тобой обедали в «Кастиль» ивернулись, кажется, около десяти вечера.

– Что-то вроде этого. – Майкл задумчиво посмотрел на мистераЭнтуисла. – Что вы хотели у нас выяснить, сэр?

– Всего лишь два вопроса, возникшие в связи с состояниемРичарда Эбернети; и еще я собирался попросить вас подписать кое-какиедокументы.

– Мы получим деньги сразу или неизвестно когда? – спросилаРозамунд.

– Боюсь, что закон склонен к проволочкам, – ответил мистерЭнтуисл.

– Но мы ведь можем получить аванс, верно? – Розамундвыглядела встревоженной. – Майкл говорил, что можем. Для нас это очень важноиз-за пьесы.

– Нет никакой спешки, – любезно промолвил Майкл. – Намтолько нужно решить, браться за постановку или нет.

– Думаю, не составит труда выдать авансом необходимую вамсумму, – сказал адвокат.

– Тогда все в порядке. – Розамунд облегченно вздохнула и,подумав, добавила: – А тетя Кора оставила какие-нибудь деньги?

– Очень мало. Она завещала их вашей кузине Сьюзен.

– Почему именно Сьюзен? И сколько там денег?

– Несколько сотен фунтов и кое-какая мебель.

– Хорошая?

– Нет, – ответил адвокат. Интерес Розамунд сразу же пропал.

– Все это очень странно, – промолвила она. – Сначала Корапосле похорон неожиданно заявляет, что дядю Ричарда убили, а на следующий деньубивают ее саму. Странно, не так ли?