Смерть в твоих глазах - Александр Тамоников

Выпив кофе с коньяком, Бестужева вспомнила об эсэмэске. Включив телефон, обратила внимание на номер отправителя, он был ей незнаком. Открыла сообщение и почувствовала, как холод сжимает сердце. На дисплее светилось: «Жизнь в страданиях имеет конец, страдания в жизни бесконечны». Она уронила чашку.

– Лариса Константиновна, что с вами? – воскликнула Оля. – На вас лица нет.

– Ничего, Оля, ничего, вот работы тебе подкинула, чашку разбила, – постаралась взять себя в руки Бестужева.

– Это ерунда, а посуда бьется к счастью.

– Ты в это веришь?

– Во что-то же надо верить!

– Ты права. Я в кабинет, вызови ко мне Плак-сину.

– Минуту, Лариса Константиновна.

Бестужева вошла в кабинет, села за стол, положив перед собой сотовый телефон. Вскоре появилась Алла и чуть не с порога заговорила:

– Что случилось, Лара? Ольга сказала, что ты едва сознание не потеряла.

– Посмотри сообщение, что пришло полчаса назад, – показала на телефон Лариса.

– Ничего не поняла, – произнесла Алла, прочитав странную фразу. – «Жизнь в страданиях имеет конец, страдания в жизни бесконечны». Это, наверное, чья-то глупая шутка.

– Я так не думаю.

– Ты по номеру, с которого было отправлено сообщение, звонила?

– Нет. Как-то не подумала об этом.

– Сейчас проверим, кто это ерундой занимается. – Плаксина набрала номер отправителя SMS, но в ответ услышала стандартное – телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети. – Не отвечает. Надо этот номер следователю скинуть.

– Зачем? Чтобы он засмеял меня? Мол, стала каждого шороха бояться. Скорее всего, это наши политические противники работают. Противостояния с конкурентами не избежать, вот оно и началось.

– Возможно, – согласилась Плаксина. – В офисе порядок, ты же выглядишь неважно. Ехала бы домой? Примешь душ, отвлечешься ото всего.

– Знаешь, Аля, может, это и прозвучит глупо, но я боюсь ехать домой, боюсь зайти в квартиру, а о том, чтобы остаться там на ночь одной, даже не – думаю.

– Я бы пригласила тебя к себе, но у меня, ты знаешь, как раз сегодня начался ремонт. Сколько планировала, наконец, решилась. Сама думаю, где снять квартиру.

– Так поживи у меня!

– А со мной бояться не будешь? – усмехнулась Алла.

– С тобой – нет. По крайней мере, не одна.

– Но у меня есть парень, Лара, отстой, конечно, полный, но в сексе неподражаем. Не думаю, что ты будешь в восторге, видя каждый вечер у себя дома его рожу.

– Ты не порвала еще с Анатолием?

– Рвала, да он опять напросился в сожители. Приняла, и с ним не ахти, а без него еще хуже.

– Как ты можешь ложиться в постель с этим неопрятным альфонсом? Он хоть душ перед сексом принимает?

– А мне нравится запах пота, и, знаешь, Лара, да, Толик неопрятен, ленив, циничен, жаден до денег, которые вытягивает из меня ежедневно для посиделок с такими же друзьями, но я не ты. Я не могу без мужчины.

– Но можно же найти более достойного чело-века!

– Был такой. Респектабельный, состоятельный, цветы, подарки дарил, а в постели – минута, и сдох. А главное, для него это было в порядке вещей. Сам удовлетворился, а что с бабой – ему наплевать. В итоге послала к черту этого бизнесмена и вновь приняла Толика. Он хоть и козел, но, по крайней мере, я получаю то, что хочу. Вот подвернется мужчина во всех отношениях стоящий, тогда Толик получит окончательную отставку, а пока попридержу при себе.

– Дорого он тебе обходится.

– Гораздо дешевле тех мужиков, что предлагают салоны. Но закроем эту тему.

– Придется оставаться ночевать здесь, – вздохнула Лариса.

– Ты с этим подожди! Сегодня я переночую у тебя, потом придумаем что-нибудь.

– Спасибо, Аля!

– Не за что. Ты же моя подруга. Лучшая подруга. А насчет сообщения, не спеши стирать его, при случае надо все же показать Воронову. Следак быстро через свою контору пробьет владельца телефона.

– Ладно, при случае покажу.

– Я сейчас съезжу к себе, посмотрю, что там понаделали ремонтники, предупрежу Толика и вернусь. Отсюда поедем к тебе.

– Хорошо. Если увидишь Коростылева, пришли его ко мне.

– Гену? Воздыхателя твоего? Увижу – пришлю. Но лучше заставь Ольгу найти его. Все, побежала я. Да, у тебя халат на мой рост найдется?

– Если только Сережин. Наденешь?

– Почему нет? Я небрезгливая и несуеверная.

Плаксина вышла из кабинета, и почти сразу на пороге появился Коростылев.

– Вызывали, Лариса Константиновна?

– Проходите, Геннадий Николаевич. – Лариса сняла трубку внутренней связи и спросила: – Оля, цветы, что принес Коростылев, выкинула?

– Нет, Лариса Константиновна, на подоконник в воду поставила.

– Принеси их.

– Минуту!

Ольга принесла букет, положила на стол:

– Вот! В целости и сохранности.

– Иди, Оля.

Проводив ее взглядом, Бестужева указала Геннадию на букет:

– Что это, Коростылев?

– Разве не видно? Букет.

– Зачем?

– Что плохого в том, что мужчины иногда дарят женщинам цветы?

– Плохого в этом ничего нет, если мужчина питает к женщине чувства, а женщина отвечает ему взаимностью.

– А если мужчина любит женщину и рассчитывает на взаимность?

– Взаимность замужней женщины? Тебе не кажется, что это подло?

– Я знаю, что ваш муж, боевой офицер, пропал без вести на войне. Я уважаю ваши чувства, но ничего не могу поделать с собой. Я люблю вас, Лариса Константиновна.

– Достаточно! Прошу запомнить, я жду мужа и буду ждать его всегда. Поэтому не надо дарить мне цветы, оказывать повышенные знаки внимания и тем более распространяться о своих чувствах перед сотрудниками офиса. Иначе мне придется уволить вас, Геннадий Николаевич, что, честно говоря, делать бы не хотелось.

– Увольнение ничего не изменит. Я всегда буду рядом с вами. И тоже готов ждать.

– Для нас обоих будет лучше, если мы сохраним прежние, сугубо служебные, отношения.

– Я сделаю так, как скажете вы, – кивнул Коростылев.

– Эх, Гена, Гена, – вздохнула Лариса, – ты парень видный, красивый, обеспеченный, а вокруг столько молодых, ищущих своего единственного принца девушек! Возьми хотя бы Олю Ведлик, хорошая, неизбалованная, порядочная девушка…

– Не надо, Лариса Константиновна, я люблю вас, и этим все сказано.