Кости не лгут - Мелинда Ли

– Не понимаю, к чему вы клоните, мисс Дейн, – вклинилась директриса. – Ваша дочь призналась, что ударила Брета. На этом можно поставить точку.

– О, нет! Точку ставить рано, – возразила Морган. – Ваша обязанность – защищать мою дочь, пока она находится под вашей опекой. Вы этого не сделали. Вы вынудили шестилетнюю девочку защищаться самостоятельно против старшего по возрасту мальчика. Брет вырвал у Эйвы клок волос. Да так, что у нее даже пошла кровь.

– Я… – отпрянула от стола миссис Слоун.

Увидев, что женщина не могла подобрать слова, Морган продолжила:

– Этот мальчик старше Эйвы. Он вдвое крупнее ее, и он явно задирал мою дочь. Вы его не остановили. Это у него должны быть неприятности, а не у моей дочери.

Интересно, некоторые дети от рождения подлые и вредные или они учатся этому у родителей?

Впрочем, не важно.

Не все дети хорошие. Не все люди хорошие. Такова жизнь, и именно поэтому их дед заботился о том, чтобы все дети в их семье могли за себя постоять.

– Мы всегда наказываем всех участников драки, – заявила директриса тоном, не терпящим возражений. – Наша школа придерживается политики «нулевой терпимости». У меня нет выбора. И Эйва, и Брет на два дня отстраняются от уроков. Сегодня среда. Эйва может вернуться в школу в понедельник.

– Вы отстраняете мою дочь от занятий? Ей же всего шесть лет! – неверие захлестнуло Морган. – Значит, хулиганство – это допустимая норма?

– У меня нет выбора, – повторила директор. – Брет также будет наказан. Таковы наши правила.

– Брет угрожал и физически атаковал Эйву, – сказала Морган. – Если бы взрослый человек повел себя так по отношению к другому взрослому, его бы обвинили в нападении и избиении.

С лица директрисы схлынула краска:

– Они всего лишь дети.

Морган наклонилась на несколько дюймов вперед, буравя ее глазами:

– Если я сейчас вытяну руку и вырву у вас клок волос, как вы поступите? Посчитаете это «обычным делом»? Плюнете и разотрете? Я выше и сильнее вас. Я легко смогу это сделать. – В полной тишине Морган выждала, пока ее сердце простучало трижды, и продолжила: – Значит, вы не потерпите такого обращения с собой? Но моей дочери вы советуете воспитывать в себе «невосприимчивость к обидам»? А мне кажется, она достаточно крепка духом.

– Я не знала, что Брет причинил ей вред, – пролепетала миссис Слоун.

Ты даже не потрудилась узнать!

– Если дети боятся за себя постоять, значит, ваша политика защищает хулиганов и драчунов и потворствует им, – повернулась к директору Морган. – А вам известно, что я была помощником окружного прокурора, а сейчас – адвокат по уголовным делам?

– Нет. – На лице директрисы появилось такое выражение, как будто эта информация причинила ей физическую боль.

Морган обратилась к матери Брета:

– А вы в курсе, что на родителей хулиганов можно подать в суд?

Рот матери Брета раскрылся на целый дюйм. К сожалению, эту женщину взволновало не то, что ее сын обидел другого ребенка, а мысль о том, что этот инцидент может стоить ей денег.

– Теперь вы это знаете. – Морган встала. – Я пришлю вам всем по электронной почте итоги сегодняшней беседы. Поскольку это дело окружной полиции, я извещу об этом также школьный комитет и инспектора. Хотя, насколько я могу судить, моя дочь прекрасно разрешила эту ситуацию.

Ей никто не ответил, но Морган этого и не ждала. Как не ждала она и того, что Брет продолжит приставать к Эйве. Не потому что его мать была способна дисциплинировать сына. А потому что в его памяти отложился хорошо поставленный удар ее дочки. Большинство драчунов не задирают детей, способных дать им сдачи.

– До свидания. – Морган разочарованно покинула конференц-зал.

Эйва вскочила со стула:

– У меня будут неприятности?

– Нет, солнышко. Но ты два дня пропустишь школу. Может быть, вы с Джанной найдете чем развлечься.

– Но я хочу ходить в школу. – Глаза Эйвы наполнились слезами, и она снова бросилась к Лансу.

Ланс скрытно бросил на Морган выразительный взгляд. Все еще держа девочку в объятиях, он произнес:

– Давай мы отвезем тебя домой.

Ланс поставил Эйву на ноги, и она всунула свою маленькую ручку в его огромную лапу так, будто это было самой естественной вещью в мире.

– А мы можем полакомиться мороженым? – спросила девочка со слабой улыбкой.

Морган посмотрела на заплаканное, распухшее лицо дочери:

– Конечно. Давайте купим мороженое для всех.

– Особенно для дедушки. – Поступь Эйвы стала легче и веселее, как только она вышла из здания школы.

– Да, особенно для дедушки, – согласилась Морган.

Они сели в машину.

– Почему бы тебе не побыть сегодня вечером дома с детьми? – спросил Ланс, заведя мотор. – А я съезжу в мотель с Шарпом.

– Ты уверен? – Морган оглянулась на заднее сиденье. При виде печального личика Эйвы, положившей головку на бок своего детского сиденья, ее сердце защемило от боли. Попытки Морган сочетать работу с исполнением материнских обязанностей походили на жонглирование сырым яйцом, боевой гранатой и бензопилой. В любой момент что-то могло разбиться, взорваться или изрезать ее на куски.

– Мы с Шарпом справимся. А Эйва сейчас нуждается в тебе как никогда.

– Ты прав, и я тебе очень благодарна.

Ланс наклонил голову к заднему сиденью:

– Она сегодня важнее всего.

Они купили несколько порций мороженого, и Ланс довез Морган и Эйву до дома. Там их встретила обычная куча мала из детей и собак.

Позади нее стоял Мак:

– Если тебе не нужно помогать вечером, то я поеду домой – повидаюсь со Стеллой, пока она не уехала на работу. У нее сегодня ночью какая-то встреча.

– Мы справимся, – обняла Морган Мака. – Спасибо тебе за все!

Мак уехал. Морган заперла входную дверь и бросила свое пальто и сумку на стул. Потом отнесла мороженое на кухню и убрала его в холодильник.

Джанна заглянула в духовку:

– Макароны с сыром уже готовы. Девочки, мойте руки.

– Джанна испекла чесночный хлеб! – воскликнула Мия, выбегая вслед за няней из комнаты.

– Что случилось в школе? – поинтересовался дед.

Морган вкратце пересказала ему происшедшее.

– Друзей у меня там не прибавилось, – сказала она, не в силах остановить бесконечный проигрыш в памяти нелицеприятной сцены в директорском кабинете. Сколько раз она уже критиковала себя задним числом… – Как думаешь, я переусердствовала?

Морган вспомнила, как схватил ее Уоррен Фокс, его мерзкий запах, синяки, которые он оставил на ее руке. Инцидент с Эспозито обошелся без таких последствий, но помощник прокурора тоже пытался ее запугать. Морган прикоснулась к шее, на которой два месяца назад руки Тайлера Грина оставили кольцо синяков. А теперь ей приходилось гадать, преследует ли ее именно он или кто-то другой.