Кости не лгут - Мелинда Ли

Они пересекли тротуар, и Ланс открыл перед Морган входную дверь. В приемной главного школьного кабинета секретарша сидела лицом к ряду из нескольких пластиковых стульев. Эйва съежилась в самом углу. Глаза девочки были красными, по щекам текли слезы. Один пустой стул отделял ее от паренька, которому на вид было лет восемь, и женщины, которую Морган посчитала его матерью. У них обоих были рыжие волосы, и на лицах явно просматривалось семейное сходство.

Прижав коленки к груди, Эйва так сильно забилась в угол, как будто хотела оказаться как можно дальше от этой парочки. Не удивительно! Мать мальчика испепеляла ее глазами, а сам он смотрел на Эйву с самодовольной улыбкой.

Едва заметив Морган, Эйва бросилась к ней через приемную. Морган наклонилась и заключила в объятия дрожавшее тело дочери.

– Ну, тихо-тихо. Все в порядке.

– А я бы так не сказала. – Рыжеволосая женщина встала и недовольно зыркнула на них. Ее лоб еще больше нахмурился, когда она оглядела с головы до пят Ланса. И совсем наморщился, когда она перевела с него взгляд на Морган: – Ваша дочь ударила моего сына в… в его интимное место.

Из своего кабинета вышла директор.

– Мисс Дейн, наконец-то вы к нам приехали. Теперь мы можем все вместе обсудить инцидент. – При взгляде на Ланса одна из бровей над ее суровыми темными глазами выгнулась в дугу.

Морган представила спутника:

– Миссис Смолл, это Ланс Крюгер.

Миссис Смолл жестом показала на небольшой конференц-зал рядом с ее кабинетом:

– Вас ждет миссис Слоун.

Миссис Слоун была учительницей музыки.

– Подожди меня здесь, – сказала рыжеволосая женщина своему сыну и направилась к открытой двери.

– Я зайду после того, как переговорю с дочерью, – выпрямилась Морган, не снимая руки с плеча Эйвы.

– Мы вас и так долго прождали, – скрестила руки на груди директриса.

– Я вам очень признательна за это. Я быстро. – Морган вывела Эйву в коридор и присела перед ней на корточки. Ланс прислонился к стене. Морган убрала прядки волос с лица дочки. Ее кожа была горячей и липкой. – Сделай глубокий вдох и расскажи мне, что произошло.

Эйва втянула носом воздух.

– Брет все время дергал меня за волосы. – Девочка всхлипнула и провела рукой под носом. – Я просила его перестать, но… – Эйва опять всхлипнула, – он продолжал это делать. Мне было больно…

– А ты сказала об этом учительнице? – спросила Морган.

Эйва кивнула:

– Миссис Слоун сказала, что я ему, наверное, нравлюсь. Но если я ему нравлюсь, то почему он дергает меня за волосы?

– Твоя учительница не права, – подавила свое раздражение Морган. – Мальчики не обижают девочек, которые им нравятся.

Эйва помотала головой:

– После того, как я ей об этом сказала, Брет начал дергать меня еще сильнее. – Девочка потерла пятнышко за ухом. В глазах появились новые слезы. – Он сказал, что я пожалею, если снова наябедничаю.

Морган вытащила из сумки носовой платок и подала его дочке. Затем осторожно повернула ее головку, осмотрела место, которое терла Эйва, и ощутила, как в ее сердце закипел гнев. За ухом дочери красовалась распухшая, едва зарубцевавшаяся проплешина размером с десятицентовик.

Этот рыжий хулиган вырвал у Эйвы клок волос!

Ланс тоже наклонился над девочкой. Его лицо напряглось.

– И ты ударила Брета? – выдохнула Морган сквозь вспышку ярости.

Головка Эйвы медленно покачнулась в кивке:

– Дедушка показал мне, как сделать так, чтобы мальчишка перестал ко мне приставать.

Дедушка…

Рот Морган подернула улыбка. В свое время она со своими сестрами тоже получила такой урок от деда. И он не раз им пригодился в жизни.

– Миссис Слоун сказала, что у меня будут большие неприятности, – вытерла нос платком Эйва. – Это так?

– Нет, – обняла ее Морган. – Ты поступила правильно. Ты сначала попросила ее о помощи, а потом прибегла к самозащите как к последнему средству. Я разберусь с ней, с твоей миссис Слоун.

Морган встала, взяла Эйву за руку, кивнула Лансу, и они втроем вернулись в директорский кабинет.

– Ты не побудешь здесь с Эйвой? – спросила друга Морган.

– С удовольствием. – Ланс протянул девочке руку, и та сразу же схватила ее и прилипла своим маленьким тельцем к его ножище. А, когда он уселся на один из пластиковых стульев, Эйва забралась к нему на колени. Ланс обхватил своими большими руками девочку, та прильнула к его груди и наконец-то расслабилась, явно почувствовав себя в безопасности – впервые за весь школьный день.

Морган почти устыдилась небольшого прилива удовольствия, которое она испытала, когда задиристый мальчишка переместился на крайнее место в ряду, чтобы между ним и Лансом оказался еще один стул.

Почти.

Учительница, директор и мать Брета уже сидели за круглым столом в небольшом конференц-зале.

Директор повела рукой на учительницу:

– Миссис Слоун проводит кастинг для участия в школьной постановке.

Учительница сузила глаза:

– Во время сегодняшнего отбора ваша девочка ударила Брета. Она могла его серьезно покалечить.

Морган села за стол.

– А разве моя дочь не обращалась к вам за помощью?

– Ну да, обращалась, – поджала губы миссис Слоун. – Но это же обычное дело. Мальчики таскают девочек за косички. Только девочки нынче пошли чрезмерно обидчивые. Им следует быть более выдержанными.

– А что именно попросила вас сделать Эйва? – спросила Морган.

Миссис Слоун вздернула подбородок:

– Она хотела, чтобы я велела Брету прекратить дергать ее за волосы.

– Эйва так и сказала: «дергать»? – повела Морган перекрестный допрос.

– Я не помню точно ее слова, – насупилась миссис Слоун.

– И как вы решили вопрос? – вперила в нее пристальный взгляд Морган.

Миссис Слоун заерзала в кресле.

– Я сказала ему прекратить. Но дети есть дети. Вашей дочери нужно воспитывать в себе невосприимчивость к обидам.

– А не распускать руки – это азбучная истина, которую должны с малолетства впитывать все дети, – парировала Морган. Она не выносила оправданий типа «дети есть дети».

Мать Брета хмыкнула.

– Я уверена – мой мальчик не желал ничего плохого. Он очень дружелюбный.

Но Морган проигнорировала ее реплику. Женщина явно не сознавала, на что был способен ее сын.

– Вы довели дело до конца? – спросила Морган миссис Слоун. И тут же представила себе, как, вероятно, раздосадовалась учительница из-за того, что ей пришлось разруливать ситуацию, которую она считала «обычным делом».