Большая книга ужасов 88 - Анна Евгеньевна Антонова

с Золушкой? Неужели обычно я похожа на замарашку и сегодня впервые в жизни оделась прилично?

Я понимала, конечно, что брат цепляет меня по давней привычке, укоренившейся у нас с раннего детства, но сейчас не ощущала в себе сил ни достойно парировать, ни перестать обращать внимание. Я пыталась сохранять спокойствие, но удавалось это откровенно плохо.

– Рита, ты идешь? – окликнул папа.

Я застегнула пальто и аккуратно накинула на голову капюшон, чтобы не помять прическу. Можно было дойти до машины и так, но погода в Питере стояла ужасная, полностью оправдывая все стереотипы: декабрь, а температура колеблется в районе нуля, дует жуткий ветер, постоянно идет то ли снег, то ли дождь. Атмосфера совсем не новогодняя, да и настроение тоже. Во что я ввязалась?

– Иду, – ответила я, бросая последний взгляд в зеркало.

С ума сойти, как я выгляжу – лицо перекошено, в глазах плещется страх. Хороша принцесса! Надо постараться успокоиться по дороге и навесить на физиономию более подходящее выражение. Нельзя же явиться на бал перепуганной Золушкой, которой по ошибке досталось чужое нарядное платье…

– Повеселись там, – напутствовала меня мама и проницательно заметила: – Ничего не бойся.

– Особенно призраков, – невозмутимо добавил братец. – Это же старинный особняк, мало ли кто там водится.

Я вздрогнула и закусила губу, рискуя испортить тщательно нанесенный макияж. Это было уже слишком. Зачем напоминать именно сейчас?

– Никита! – одернула его мама, и братец послушно замолчал.

– Ладно, сестрица Аленушка, – послушно поправился он. – Не забудь поцеловаться с принцем.

Я шагнула в его сторону, сжав кулак с такой силой, что ногти впились в ладонь. Брат попятился вглубь комнаты, и от немедленной расправы его спасло лишь замечание папы:

– Время ожидания истекает.

– Потом с тобой поговорю, – пообещала я и, попрощавшись с мамой, вышла из номера.

Погода нисколько не улучшилась, поэтому я поспешила юркнуть в машину, подобрав юбку, чтобы не провезти подолом по борту, ровным слоем покрытому дорожной грязью. Устроившись на сиденье, я посмотрела на ноги – сделала пару шагов, а сапоги уже забрызганы. Тяжело быть принцессой в зимнем Петербурге! Как с этой непростой ролью справлялись красавицы прошлых веков? Или в те времена дороги реагентами не посыпали?..

К счастью, по пути папа не донимал меня разговорами. Водитель тоже рулил молча, и мы мирно добрались, слушая тихую музыку по радио. Я разглядывала нарядно украшенный предновогодний город, стараясь отрешиться от любых мыслей, и, кажется, мне это удалось. Во всяком случае, когда впереди замелькали узнаваемые особняки сияющего огнями Невского проспекта, я только оживленнее закрутила головой, рассматривая праздничную иллюминацию. В центре мы ожидаемо попали в пробку, и новогодними видами я насладилась в полной мере.

Наконец такси свернуло на Большую Морскую улицу и притормозило возле дома под номером тридцать семь.

– Здесь? – обернулся к нам водитель.

Судя по схеме, указанной в приглашении, надо было пройти во внутренний двор, но туда вряд ли получилось бы проехать на машине, поэтому я кивнула.

– Подождите, пожалуйста, – попросил папа и следом за мной выбрался на улицу.

– Ну, пока, – заторопилась я, опасаясь очередных нравоучений. Уже достаточно наслушалась их от мамы и брата!

Но папа не разочаровал – он не стал ничего мне внушать, лишь кивнул:

– Заберу тебя утром, – и полез обратно в машину.

Я проводила медленно ползущее такси взглядом и повернулась к зданию. Узкие высокие окна, скульптура на фронтоне, состоявшая из нескольких фигур – каких именно, снизу было не разглядеть. Под ней между окон располагались ярусы декоративных колонн. Как же они называются, мы ведь недавно проходили по истории – пилястры, кажется?

Впрочем, хватит рассматривать архитектурные излишества, иначе меня совсем заметет, и от прически и макияжа ничего не останется. А на наведение неземной красоты потрачено немало времени и усилий!

«Соберись!» – привычно скомандовала я себе, но обычное продолжение «тряпка», учитывая обстоятельства, заменила на непривычное и будоражащее «принцесса». Хотя какая из меня принцесса? Самая настоящая Золушка, у которой нет знакомой феи… Как же все-таки колдунье разрешили стать крестной?

Я шагала по внутреннему двору ко входу в здание, попутно проводя среди себя психотерапию: «Рита, что творится? Перестань сходить с ума и сейчас же успокойся! Не происходит ничего ужасного, чтобы психовать на ровном месте…»

Я обманывала себя: экстраординарное происходило, да еще какое! Не каждый день тебя приглашают на бал, и даже не каждый Новый год… Но не это, конечно, так сильно волновало, а позвавший меня человек. Я с трепетом ждала встречи с ним и одновременно боялась ее.

Мы познакомились летом, когда моя семья решила отправиться в речной круиз на теплоходе. Наш маршрут пролегал на север, но в соответствии с программой мы посетили только несколько первых стоянок, а дальше все пошло не по плану… Формально причиной стало бурное Ладожское озеро, встретившее нас шестибалльным штормом и двухметровыми волнами. Из-за него мы не попали на остров Валаам и направились прямиком в Петербург.

Только я догадывалась об истинной причине произошедшего – из числа пассажиров, конечно. Один из членов команды тоже знал… В курсе оказался и Никита, которому я все рассказала. Совершила большую ошибку, как позже выяснилось, – с тех пор братец без устали подкалывал меня на эту тему, будто не замечая моего раздражения, а скорее всего, просто делая вид. Даже сегодня, явно заметив, в каком я состоянии – за много лет мы успели неплохо изучить повадки друг друга – не удержался от того, чтобы не вспомнить «призраков»!

Конечно, глупо теперь обижаться – сама все разболтала. Надо было держать язык за зубами. Как говорится: не стоит обвинять людей в том, что они не сохранили ваш секрет, если вы сами не в состоянии сберечь его. На мое счастье, родители не воспринимали всерьез болтовню Никиты, списывая на наши вечные препирательства по любому поводу. Они считали все шуткой и даже толком не вслушивались, привыкнув к нашим перепалкам.

Впрочем, сейчас, когда прошло несколько месяцев, и я сама уже сомневалась, насколько реально было то, что тогда произошло. Могло же все просто почудиться, правда? Или у меня неумеренно разыгралось воображение. Однако имелся еще один свидетель, и этот факт удерживал меня от того, чтобы окончательно признать все вымыслом. С этим свидетелем мне и предстояло скоро встретиться…

Данила был курсантом колледжа речного флота и проходил летнюю практику на теплоходе, где мы и познакомились, как пишут в старинных романах, при странных и пугающих обстоятельствах… Мы и общались-то меньше недели, если нашу встречу с «призраками» можно назвать общением. Потом Данила получил травму и сошел на берег в своем родном Питере. На этом его практика закончилась, а я осталась продолжать путешествие в компании мамы, папы и любимого брата.

Мы с Данилой обменялись телефонами и переписывались в мессенджерах и соцсетях: сначала постоянно, почти каждый день, но постепенно стали