Большая книга ужасов 88 - Анна Евгеньевна Антонова

Зазвучала плавная торжественная музыка, которую я сразу узнала. Она неожиданно активировала у меня механическую память: с первым шагом я замешкалась, но потом вступила вполне уверенно. На всякий случай я посматривала на девушку в зеленом, но мне это почти не требовалось – движения и правда оказались легкими, притом они повторялись по кругу.

Меня слегка отпустило – кажется, пока справляюсь! Учительница ритмики явно была бы мной довольна. Музыка смолкла, я сделала поклон, как она учила, и заулыбалась.

– Молодец, – похвалил Данила. – Отлично справилась.

– Спасибо, ты тоже, – сдержанно отозвалась я.

– Занималась танцами?

– Нет, только в школе на ритмике, но давно, еще в младших классах. А в этом году у нас подготовка к выпускному началась, там тоже приходится вальс репетировать…

Я не знала, зачем честно рассказываю эти подробности: судя по советам модных блогеров, девушке лучше оставаться загадочной и не выкладывать о себе парню слишком много.

Данила не успел ответить – снова раздался громкий голос:

– А сейчас мы наградим курсантов, добившихся в первом семестре особенных успехов в учебе…

Я вздохнула – бал, называется! Без торжественной части никуда, и здесь придется выслушивать речи, как на школьной линейке.

Вместе со всеми мы отошли к стенам, освободив середину, и я наконец увидела ведущую – внушительную даму с высокой прической в длинном розовом платье.

– Кто это? – спросила я.

– Она в деканате работает, – пояснил Данила. – А это наш ректор.

Рядом с дамой появился импозантный дядечка в парадном мундире. Он кратко поздравил всех с наступающим Новым годом, и началась церемония награждения. Я быстро заскучала – все равно никого здесь не знала – и стала озираться по сторонам.

Компания подобралась весьма пестрая. Курсанты всех мастей – повыше и пониже, плечистые и щуплые, симпатичные и не очень. Некоторые совсем мальчишки: выглядят ровесниками Никиты, а он младше меня на два года. Но у каждого есть пара…

– А курсанту обязательно встречаться с девушкой? – вслух задумалась я. – Иначе на бал не пустят? Ты поэтому в прошлом году не участвовал?

– Конечно, – невозмутимо подтвердил Данила. – Ты раскрыла мою страшную тайну – я ждал тебя.

Это прозвучало буднично, без намека на чувства, поэтому я осталась совершенно равнодушна к его признанию.

– Поближе девушки не нашлось?

– Нет, – неожиданно серьезно ответил он и вдруг сжал мой локоть так, что я вздрогнула.

Кажется, заигралась – пора заканчивать язвить и провоцировать его. Кажется, я забыла, с кем имею дело: это вовсе не милый домашний мальчик, а курсант, в прошлом суровый матрос, морской, то есть речной волк…

– И потом – разве мы встречаемся? – продолжал Данила. – Кажется, это наше первое свидание за несколько месяцев.

– А у нас свидание? – делано удивилась я.

– Как скажешь, так и будет, – неожиданно покладисто отозвался он. – Ты же моя гостья.

Он снова стиснул мой локоть – я даже побоялась, что останутся следы. На бледной коже это будет отчетливо заметно, а рукава у платья не такие длинные, как юбка…

– А тебе будут почетную грамоту вручать? – спросила я, чтобы перевести разговор со скользкой темы.

Данила пожал плечами:

– Нет. Я ничем особенным пока не отличился.

Ректор назвал еще несколько имен, а потом провозгласил:

– И наконец, за смелость и мужество, проявленные в нештатной ситуации в рейсе, награждается Данила Ломов!

Данила не отреагировал, словно речь шла вовсе не о нем, а ректор тем временем продолжал:

– Во время прохождения практики курсант Ломов, только-только окончивший первый курс, оказался на судне, попавшем в сильный шторм на Ладожском озере. Навигационные приборы вышли из строя, но команда, в состав которой входил наш Данила, – голос статного моряка по-домашнему потеплел, – оперативно справилась с возникшими сложностями, устранила все неисправности и сделала это так быстро, что пассажиры ничего не заметили.

Я фыркнула. Получается, мы ничего не заметили! Да знал бы бравый капитан, что всех спас вовсе не Данила! Это мне должны были вручать почетную грамоту за спасение экипажа и пассажиров.

– Данила Ломов! – возвысил голос ректор.

Я подтолкнула локтем своего спутника – он выглядел так, словно все сказанное не имеет к нему никакого отношения.

– Скромность – отличное качество для будущего судоводителя, но сейчас мы все хотим посмотреть на тебя!

Данила отмер и двинулся к елке, под которой разворачивалась торжественная часть. Мою руку он при этом не отпустил, а потащил меня за собой. Я решила, что он сделал это машинально, и попыталась освободиться, но не тут-то было – он держал крепко.

Так мы и прибыли к месту назначения. Вблизи ректор оказался еще больше похож на капитана – суровые черты лица, короткая стрижка, благородная седина, безупречно сидящий китель. Он взглянул на нашу парочку с легким недоумением, но вида не подал, а торжественно вручил Даниле грамоту, какую-то бархатную коробочку и уступил место у микрофона для ответного слова.

– Спасибо… – хрипло начал Данила, кашлянул и продолжил более уверенно: – Спасибо, что оценили, но я действовал не один. Мне во всем помогала моя спутница Маргарита.

Он подтолкнул меня вперед, и я замерла на месте, буквально кожей чувствуя пронизывающие взгляды. Было и приятно, и досадно одновременно – зачем Данила это устроил? Мне вовсе не нужны почетные лавры, достаточно, что он сам обо всем знал…

Нам вежливо похлопали и наконец отпустили. На этом церемония награждения завершилась, и ведущая объявила короткий перерыв перед следующим танцем.

– Ну и к чему все это? – недовольно поинтересовалась я.

Мы отошли к высокому окну, почти скрывшись за воздушной белой драпировкой.

– Что все? – с невинным видом спросил Данила.

– Не прикидывайся, – не поддалась я.

– Я же правду сказал, – возразил он. – Если бы не ты, я бы здесь не стоял…

Я поморщилась:

– Не драматизируй. Я ничего особенного не сделала, это была случайность.

– А ты не прибедняйся, – серьезно проговорил он. – Я правда тебе очень благодарен и все это время жалел, что не сказал раньше…

Кажется, я перестала понимать, что происходит. Данила был совсем не похож на парня, которого я запомнила, и это не укладывалось в голове. Точнее, того, каким я его запомнила, а потом дорисовала образ в своем воображении. И сейчас он катастрофически отказывался стыковаться с реальностью.

Похоже, затея с балом была большой ошибкой. А ведь я не просто явилась сюда сама, но и притащила всю семью, уговорив провести новогодние каникулы в Петербурге.

– Что в коробочке? – полюбопытствовала я, когда молчание стало невыносимым.

Данила пожал плечами и открыл ее: внутри лежал значок со изображением маяка.

– Символ университета, – пояснил он. – Надо куда-нибудь это убрать…

К нам подошел парень, вроде бы одетый в такую же форму, но сидела она на нем криво и мешковато. Темные волосы, голубые глаза – странное сочетание.

– Приветствую прекрасную незнакомку! – церемонно обратился он ко мне, но тут же сбился на свойский тон: – Ты же не из наших? А с кем пришла? Почему тебя одну бросили?

– Ты что, совсем офигел? – возмутился Данила.

– Даниэль! – почему-то удивленно взглянул на него парень. – А