Леди и Орк - Финли Фенн

— Фрэнк, — выдохнула она, вглядываясь в его бесстрастное лицо, пожалуйста, боги, пожалуйста. — Поддержи меня в этом. Ты же согласился.

Но его лицо, его лицо. Он смотрел на людей, а затем на неё. Взвешивал варианты, думал о собственном благополучии, искал самый легкий путь вперед. Доказывая, что в конце концов именно он был самым настоящим врагом Джул, после Астина, после всего.

— Мы семья, Фрэнк, — выдавила Джул. — Как ты и сказал. Я уже так многим пожертвовала ради тебя.

Но он уже предавал её, снова; его взгляд был решительным, непреклонным, и теперь он задержался на людях. И ужас затопил Джул целиком, потому что ему нужно было лишь сказать: «Она лжет, она убила лорда Норра ради орков» — и напряжение взорвется хаосом. И тогда все проблемы Отто решатся разом: Джул мертва, Тенгил мертв, мир орков — мертв…

Джул была в ловушке. Она была обречена.

— Пожалуйста, Фрэнк, — взмолилась она ломающимся голосом. — Пожалуйста. Не надо.

Но было слишком поздно, о боги, было слишком поздно; он решительно отвел от неё взгляд, его рука в перчатке двинулась, чтобы сжать эфес меча, его рот открылся, чтобы заговорить…

Как вдруг сверху, с крыши кареты за его спиной, серое размытое пятно бросилось на землю и прижало острое, сверкающее лезвие к шее Отто.

Орки были здесь.

Глава 35

На мгновение показалось, что мир вокруг Джул словно дал сбой, видения вспыхивали ярко и нереально перед её глазами.

Вот Отто, на чьем лице отпечатались шок и страх, в то время как орк позади него — Йоарр — расплылся в широкой, довольно безумной ухмылке. Вот еще орки, появляющиеся из-за деревьев повсюду, их огромные ятаганы сверкали на свету. Вот люди, кричащие и толкающиеся, судорожно хватающиеся за оружие, рассеянные, потрясенные и напуганные.

Но за всем этим был Гримарр.

Он вырвался из-за деревьев во главе орков, его лицо было искажено яростью, из глотки вырывался рев такой силы, что содрогалась земля. Он был огромен и с обнаженным торсом, сплошь покрытым боевыми шрамами, его изогнутый ятаган был высоко поднят в когтистом кулаке. И он бежал с легкой, смертоносной грацией, его сапоги взметали комья земли позади, а черные глаза, устремленные на Джул, потрескивали яростью, огнем и жизнью.

Гримарр был здесь. Ради неё.

И когда мир снова набрал привычную скорость, пара Джул был уже здесь, грозно возвышаясь рядом с ней, его огромное мощное тело защищало её, укрывало в безопасности.

— Ты в порядке, женщина? — прорычал он; его знакомый голос обдал уши Джул горячей волной облегчения, и она смогла лишь выдать дрожащий, судорожный кивок. Заслужив короткую, почти болезненную хватку его когтей на своей спине, прежде чем он задвинул её глубоко за себя и взмахнул сверкающим ятаганом в сторону толпы рассеянных, суетящихся людей.

— Вы спрашиваете, что произойдет, если вы не станете соблюдать этот договор с орками, — проревел его глубокий голос, перекрывая гвалт. — Вот что произойдет. Вы умрете.

Он взмахнул своей огромной когтистой рукой в сторону наступающих орков, беспрепятственно рыскающих между группами людей. Там были Сильфаст и Оларр, оба огромные, с грубыми лицами и устрашающие, а сразу за ними — Бальдр, его черные глаза пылали гневом, а полуголое зеленоватое тело выглядело на удивление напряженным и смертоносным. Был там и Драфли, высокий, развязный и почти голый, с массивным ятаганом в руке, а позади него — Афкарр, Саймон, Абьорн, Эйярл.

Это был не полный боевой отряд, Джул знала это, и орки уступали числом пять к одному — но даже при этом никто из людей не нападал, даже те, кто обнажил мечи. И всё это, разумеется, из-за их командира, лорда Отто, который всё еще бесполезно барахтался в захвате высокого, улыбающегося Йоарра, а сверкающее лезвие ножа по-прежнему прижималось к его горлу.

Гримарр издал глубокий, насмешливый звук, озирая сцену блестящими, презрительными глазами.

— Говори, маленький лорд, — сказал он Отто. — Разорвешь ли ты договор, который заключил с нами? Выберешь ли смерть вместо мира?

Лицо Отто было очень бледным, его глаза отчаянно метались по сторонам, и Джул почувствовала, как в ней поднимается собственное презрение, а вместе с ним — холодная, пульсирующая ярость. Он всё еще искал самый легкий путь. Он воистину выбрал бы смерть — по крайней мере, для своих людей, — если бы в конечном итоге так было лучше для него.

И Джул не собиралась позволять ему выйти сухим из воды. Только не в этот раз.

— В лесу прячется еще больше орков! — крикнул голос — голос Джул, разнесшийся высоко и звонко в воздухе. Заставив каждое лицо здесь повернуться к ней, как орков, так и людей: первых — с замешательством во взгляде, вторых — с нескрываемым страхом. Что же до Отто, к этому моменту он выглядел заметно позеленевшим, и Джул подавила внезапное мстительное желание улыбнуться.

— У этого орка всегда есть план, — продолжил громкий голос Джул; она мотнула головой в сторону Гримарра. — И он, вероятно, ужасен. Я бы не стала испытывать его терпение, Фрэнк, будь я на твоем месте.

Отто воистину выглядел так, словно его сейчас стошнит на собственные сапоги; его взгляд метался по деревьям, по отряду огромных, свирепых, до зубов вооруженных орков, стоящих среди его топчущихся на месте, бледных как мел людей. И когда его взгляд снова нашел глаза Джул, он был широко распахнутым и искренним, словно он умолял её. Просил её о помощи, о спасении, даже сейчас.

Но челюсть Джул была сжата, руки сжаты в кулаки, и она медленно, целенаправленно покачала головой. С неё хватит его, хватит предательств каждого человека, который был ей дорог. Она стояла здесь ради мира, ради своего сына, ради самой себя.

— Чего ты желаешь, маленький лорд, — настойчиво произнес голос Гримарра рядом с ней, глубокий и угрожающий. — Мира? Или смерти?

Повисло еще одно мгновение тишины, напряжение буквально витало в воздухе, каждый взгляд теперь был прикован к лицу Отто. В ожидании его решения.

И наверняка он уже видел этот самый легкий путь. Наверняка на его эгоизм можно было положиться больше, чем на что-либо еще. Наверняка…

— Мира, — наконец крикнул Отто. — Мы выбираем мир.

О, хвала богам. Джул почувствовала, как облегчение нахлынуло на неё всё разом, такое сильное, что перед глазами поплыли звезды. Не будет