Рядом со мной - Брук Монтгомери

— Я уже морально готова, что он меня оттолкнёт и больше не захочет общаться.

Она звучит так обречённо, что мне хочется всё исправить.

— Я в любом случае буду рядом. — Я снова обнимаю её. — Мой племянник или племянница будет самым избалованным ребёнком в мире.

— Спасибо. Только не могу поверить, что ты будешь стоять у меня за спиной и кричать «тужься, тужься!», прежде чем я успею сделать это для тебя. Моё “горячее лето” превратилось в “толстую зиму”.

— Боже мой! — я заливаюсь смехом. — Во-первых, этого бы всё равно не произошло. Во-вторых, лето закончилось до твоей случайной ночи. Но если тебе от этого легче, хотя бы потолстеем вместе.

Она выпрямляется и пристально смотрит на мой живот.

— Что?

Я киваю, улыбаясь так, что не могу сдержаться.

— Да. Только сегодня узнала.

У неё отвисает челюсть, и она бросается ко мне с объятиями.

— Охренеть! Не думала, что мы будем беременны одновременно!

— Я тоже. Мы даже не старались!

— Чёрт, у папочки Фишера сперма работает в авральном режиме. — Она поднимает брови, и я шлёпаю её по руке.

— Я клянусь, это из-за воды в том отеле. Или медовый месяц — действительно волшебное время.

Она широко улыбается и облокачивается на стойку.

— А что если наши дети вырастут и поженятся? Мы станем сватьями!

— Ты сумасшедшая, ты в курсе?

— В курсе. А гормоны только усугубляют.

— Зато теперь сможем вместе бесить Фишера и моих братьев. — Я тянусь за чашкой кофе. Скоро придётся переходить на декофеинизированный.

— Кстати. Мне нужно, чтобы ты пока никому не говорила. Я хочу сама рассказать Триппу.

— Конечно. А Трэвису скажешь?

Она стонет.

— Придётся. Не хочу, но если он узнает не от меня, станет ещё большим придурком. Если бы всё зависело от меня — он бы вообще не существовал.

— Ты же понимаешь, что это нечестно. Он имеет право стать отцом. А вот если сам откажется — тогда смело вычеркивай его. Только, пожалуйста, не пускай его обратно в свою жизнь, если ты понимаешь, о чём я.

Она скрещивает руки и вздыхает.

— Да, мамочка. Я и не собираюсь.

— Вот и хорошо. Тогда тебе сейчас нужно сосредоточиться на здоровом питании, покое и полноценном сне.

— А ты? Будешь продолжать ездить верхом?

— Да, но никаких трюков. Уверена, Фишер попытается вообще всё запретить, но это моя работа, так что придётся ему с этим смириться. Конечно, я буду беречь себя. Можем быть друг для друга партнёрами по поддержке.

— Обожаю эту идею. Теперь беременность будет вдвойне интереснее!

Она хихикает, достаёт телефон.

— Счастлива, что забыла выпить таблетку специально для тебя, — подмигиваю я.

— Я скачала приложение для беременных. Тебе тоже стоит — будем вместе отслеживать, как всё идёт и на каком сроке мы. У меня малыш сейчас размером с чечевицу, — говорит Магнолия, показывая пальцами крошечный кружочек.

Я нахожу приложение на телефоне, ввожу дату последней менструации, и оно показывает, что срок — четыре недели.

— А у меня — с маковое зёрнышко, — показываю ей картинку на экране. — Хм. Маковка. Милое имя, кстати.

— Прости, но я не собираюсь называть своего ребёнка Чечевицей.

Я заливаюсь смехом от её невозмутимого выражения лица.

— Ну ладно, справедливо.

Судя по нашим срокам, Магнолия на две недели раньше меня, но мы всё равно будем проходить большинство этапов почти одновременно.

— Мне так приятно, что мы вместе пройдём через первую беременность. Пусть всё произошло не совсем так, как ты мечтала, ты всё равно скоро станешь мамой, а это уже повод для праздника, — говорю я, заметив, как она уставилась в телефон.

Она поднимает глаза, и в уголках я вижу влагу.

— Ты права.

— Давай устроим ужин с ночёвкой у меня на выходных. Что скажешь? Уверена, Мэллори и Серене понравится идея танцевальной вечеринки.

— А можно устраивать пижамные вечеринки, когда ты замужем? — дразнит она, вытирая щеки.

— Эм, ещё бы. Фишер знал, на ком женится. Если он не был готов к пению Тейлор Свифт и ночам в пижаме — не стоило делать предложение.

— Тебе повезло с ним. Ты сорвала джекпот.

— И ты обязательно встретишь своего счастливчика. Обещаю.

Перед тем как уйти, я обнимаю её напоследок и обещаю позвонить вечером, когда освобожусь. Я ещё даже не рассказала Фишеру о тесте, так что нужно придумать, как это красиво преподнести.

Он и так понимал, что такое может случиться — всё-таки мы не предохранялись, — но мне хочется сделать что-то особенное. Как он, когда делал предложение.

Пока он уже работает в конюшне, я крадусь к родительскому дому и начинаю рыться в наших принадлежностях для скрапбукинга. Мы с Фишером собираем альбом о нашем втором годе вместе, и я планировала сделать отдельный для свадебных фото, но пока что добавлю туда новую страницу — о том, как мы узнали, что ждём ребёнка.

— Что ты делаешь, милая? — входит бабушка Грейс с кружкой в руке.

— Просто кое-что мастерю, чтобы показать Фишеру, — улыбаюсь я, закрывая альбом, чтобы она не успела заглянуть.

В центре страницы — винтажная рамка, по бокам — колоски пшеницы. Сверху я написала: «Наш первый УЗИ-снимок». Как только получим фото — вставлю туда.

Она обходит стол, кладёт руку мне на плечо.

— Из тебя получится отличная мама, Ноа.

— К-как? — у меня отвисает челюсть. — Как ты всё узнаёшь раньше всех?

Яркие ямочки появляются на её щеках, когда она садится рядом.

— Я просто наблюдательная.

— Но я же только сегодня узнала! Что ты могла заметить?

Она смотрит на мою грудь с хитрым прищуром.

— У тебя грудь припухла. Это один из первых признаков. Ещё я видела, как ты входила в дом и держала руку на животе. Мы подсознательно защищаем себя, когда чувствуем, что беременны. Ну и, наконец, ты вся светишься.

— Первые два признаю, но сияние ты явно перепутала с потом. Я шла до центра и обратно.

Когда я навещала Магнолию, не стала брать машину — всего километр. Но забыла, что потом придётся возвращаться пешком на ранчо.

Она поднимает бровь и улыбается.

— Это и есть беременное сияние.

— Отлично, — хихикаю я.

Она встаёт с кружкой и нежно похлопывает меня по щеке.

— Вот дождёшься, пока узнаешь, какую традицию тебе выберут на бэби-шауэре.

Я хмурю брови, пытаясь понять, о чём она.

— Теперь мне страшно.

— Скоро узнаешь... — напевает она и выходит из комнаты, оставляя меня наедине с мыслями.

Бонусный эпилог

Фишер

— Рейнджер, дружище. Ты сегодня язвишь, — хлопаю его по спине, опускаясь ниже и зажимая его копыто между бёдер. — Ещё