Скандал - Пайпер Стоун

Это прозвище надолго засело у меня в голове.

— Что ты такое говоришь? — он продолжал невнятно бормотать.

— Я говорю спасибо, что зашел, но смотри, чтобы дверь не ударила тебя по заднице, когда будешь уходить.

По несчастному выражению его глаз я поняла, что он понятия не имеет, о чем я говорю. К сожалению, мне почти стало его жаль.

Пока он не положил свою потную ладонь мне на колено, и мне ничего так не хотелось, как схватить его за запястье, что было совершенно необязательно, но заставило бы меня почувствовать себя намного лучше.

Только в этом не было необходимости; таинственный мужчина из прошлого сделал это за меня. За долю секунды он обхватил запястье вкрадчивого парня, изогнув его под неудобным углом. Я была уверена, что услышала хруст костей.

Мужчина взвыл, как ребенок, и слезы мгновенно потекли по его щекам. Затем мой спаситель посмотрел мужчине в лицо, его челюсть сжалась, когда он заговорил.

— Я не думаю, что леди хочет, чтобы к ней прикасались.

Густой, хрипловатый баритон снова поразил меня, обдав жаром, не похожим ни на что, что я когда-либо чувствовала глубоко внутри. В тот момент я была застигнута врасплох, борясь с желанием побудить неуклюжую массу закончить то, что он начал, осознавая, что это было очень неправильно.

— Отвали от меня, придурок, — сказал вкрадчивый парень, нанося удар в живот таинственному незнакомцу.

Именно тогда я почувствовала, как холод пробежал по каждой жилке, когда глаза моего спасителя потемнели, лишенные каких-либо эмоций, кроме ярости. Могу поклясться, что я находилась в вакууме, когда раздались два жестоких удара, треск которых совпал со стуком крови, хлынувшей из разбитого носа вкрадчивого парня.

Задыхаясь, я прикрыла рот рукой, потрясенная поведением моего спасителя. Но, боже мой, его защитные действия полностью возбудили меня, моя киска пульсировала.

Я должна прийти в себя. Как только я положила руку на плечо незнакомца, разряд тока был сильнее, чем раньше, между нами заплясало электричество, отодвинув на второй план все остальное.

— Тебе следует изменить свое мышление, приятель, — произнес он все тем же глубоким, сочным баритоном.

Нежеланный чувак захныкал.

— Ты сломал мне нос.

— Я сломаю ещё что-нибудь, если ты ещё раз прикоснешься к этой даме.

Именно тогда я позволила своему взгляду упасть на его массивные руки, мои пальцы не могли дотянуться больше чем на несколько дюймов. Рисунок на правом был впечатляющим, он изгибался каждый раз, когда он сжимал запястье придурка в опасной близости от точки перелома.

— Не надо. Пожалуйста, не надо. Он не заслуживает ни твоего, ни моего гнева. — Я намеренно говорила тихим, почти соблазнительным тоном, что, несомненно, создало бы у мужчины неверное впечатление. Он был в отличной форме, но его переполняла ярость, которая не имела ничего общего с тем придурком, который оскорбил меня. Я чувствовала это, обжигающий жар, разливающийся по его телу. Он был под напряжением, его действия непредсказуемы.

— По-жа-луйста... Отпусти... меня..., — прохрипел другой мужчина, пытаясь вцепиться в руку моего спасителя одной рукой, в то время как другой бесполезно хлопал по груди смуглого красавчика.

Что беспокоило меня даже больше, чем тот факт, что мускулистый мужчина мог легко схватить за запястье вкрадчивого чувака, так это то, что я была полностью загипнотизирована его красотой. Странно было называть мужчину красивым, но этот парень соответствовал требованиям. И если только освещение не изменило цвет, его глаза были ярко-фиолетовыми. Не лавандовыми. Не голубыми с оттенками сливы. Такого фиолетового оттенка, который навевает мысли о страсти. Они не могли быть естественными, но я почему-то знала, что это так.

— Я не одобряю мужчин, которые лапают женщин без их согласия, cherie (фр. милая). В моем мире это запрещено. — От его голоса просто захватывало дух, а легкий французский акцент, едва уловимый, проникал в самую глубину моего существа. — По крайней мере, до тех пор, пока женщина не будет принадлежать ему.

Момент, нашего нахождения в мыльном пузыре, был почти разрушен его последним заявлением. Он был просто ещё одним властным мужчиной, получившим такое право из-за своей красоты. Мне следовало бы понять, что запасть на великолепного мужчину — это сродни потере всякого самоконтроля и самоуважения, погружению в вакуум, который в конце концов выплюнет остатки твоей души.

Тот факт, что никто не удосужился попытаться остановить ситуацию, означал, что другие посетители были так же очарованы смуглым незнакомцем, как и я. Тем не менее, ситуация вышла из-под контроля.

— Я могу сама о себе позаботиться. Но спасибо тебе. Сейчас, пожалуйста. Прекрати. Сейчас же. — Я говорила более властным голосом, чем в зале суда, надеясь, что он поймет намек. К счастью, он понял, ослабив свою сильную хватку. — И, к твоему сведению, женщинам не нравится мысль о том, что они могут принадлежать, использоваться и храниться как собственность. Это в значительной степени отталкивает.

В эту жаркую секунду наши взгляды встретились. Я никогда в жизни не видела такой силы во взгляде мужчины. В то время как в них был тот же гнев, тяжелая, взвешенная темнота, которая была неразличима, в них также отражалась взрывная страсть. Он осмелился сделать шаг в сторону, позволив своему взгляду опуститься до моих туфель на шпильках, прежде чем очень медленно снова поднять их к моим глазам, где они оставались в течение нескольких секунд. Мое бешено колотящееся сердце билось в такт отсчитываемым секундам, пугая меня еще больше, чем раньше.

Я затаила дыхание, готовясь задержать его на время, пока незнакомец будет пристально смотреть на меня. Затем он без предупреждения сделал то, что не давало мне уснуть всю ночь.

Той же рукой он обхватил мое горло, подсунув большой палец под мой подбородок и приподняв его. Хотя он не сжимал меня так, словно угрожал мне каким-либо образом, его хватка была даже нежной для такого зверя, как он, я чувствовала, что он прекрасно осознает, что полностью контролирует ситуацию.

Притягивая меня ближе, он одновременно сокращал расстояние между нами, пристально глядя на меня, как будто я была не более чем его добычей. Его запах стал сильнее, чем раньше, феромоны усиливали электрические вибрации, пробегающие по моему телу. Моё внимание привлек пульс, бьющийся на его шее сбоку. Затем я поняла, что толстые жилы, спускающиеся по бокам, были такими же мускулистыми, как и все остальное в нем.

Он опустил голову, пока наши губы не оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга, и на несколько секунд я вообще не могла дышать, опьянение привело к