Прекрасный Дьявол - Л. Дж. Шэн

осторожно провёл пальцами по внешней стороне бедра, оставляя повсюду покалывание.

Я тряслась, когда его толчки стали глубже и хаотичнее. Он снова и снова попадал в мою точку G. Это ощущалось иначе. Не так дико и развратно, но не менее интенсивно. То, как мы смотрели друг на друга, с голодом и гневом, с липкой, неутолимой страстью, казалось, создавало что-то новое и целое, навсегда связывающее нас.

Кульминация поднималась по моему телу, словно лиана, обхватывая пальцы ног и доходя до макушки. Наши тела слились в одно, и это было именно то, что мне было нужно. Это ощущение кожи на коже напомнило о моей смертности — и о яркости моего существования.

Я могу нюхать.

Я могу видеть.

Я могу слышать.

Я могу касаться.

Я могу чувствовать.

Тейт опустил рот к моему, захватив нижнюю губу зубами.

— Моё настоящее имя — Габриэль, — прошипел он, его бархатный голос шёл из глубины души.

Моё сердце остановилось.

— Габриэль Доу. И он — я — мы любим тебя. Мы любили тебя с того самого момента, как впервые увидели.

Сладкое, захватывающее безумие охватило меня. Я была пламенем, взмывающим в воздух, танцующим на ветру, поднимающимся на невозможные высоты.

Габриэль.

Моё тело напряглось, дыхание сбилось. Моя кульминация ощущалась иначе. Не как цунами, уносящее в глубокое море, а как мягкие волны, убаюкивающие. Я чувствовала всё своё тело мужа. Вена его члена пульсировала, когда он изливал семя в меня. Пот склеивал наши тела, словно две страницы книги.

Удовольствие было невыносимым. Я пыталась вырваться. Он прижал меня всей своей тяжестью, заставляя кататься на оргазме до конца, целуя ресницы, кончик носа, пульс в шее.

— Я люблю тебя так чертовски сильно, — сказал он. Грустно. Уныло. Как будто выиграл войну и проиграл её. — Меня от это тошнит.

Он мгновенно оторвался от меня, рванул к концу кровати, словно я загорелась. Спина была ко мне, обнажённая и дрожащая от дыхания. Он сжал волосы, локти прижаты к коленям. — Я не могу это вынести. Когда я кого-то люблю, я теряю их. Я не могу потерять тебя.

— Ты не потеряешь меня. — Я прижала ладонь к его влажной спине. — То есть… в конце концов, к смерти, наверное.

— Не будь так уверена, — пробормотал он. — Ты бы удивилась, на какую цену я готов ради твоей бессмертности.

Его слова растеклись по моему телу, согревая кости.

— Тейт? — спросила я.

—Apricity ? — Его спина всё ещё была ко мне.

— Как ты знаешь, что это любовь, а не одержимость? — Я положила подбородок ему на плечо, заглядывая в лицо. — В чём разница?

— Потому что раньше я ставил своё счастье выше твоего и думал, что никогда не отпущу тебя. Теперь я готов отпустить тебя, если это сделает тебя счастливой. — Голова висела между плечами. — Твоё счастье важнее моего. Ты можешь уйти, если хочешь. Я не стану тебя удерживать. Я подпишу бумаги.

Мне казалось, что я задыхаюсь от собственного сердца, настолько переполнена эмоциями.

Я чувствовала, как его семя стекает по внутренней поверхности бедра, целуя его плечо. Я обвила его шею руками. Его глаза встретились с моими.

— Я люблю тебя. — Я держала его челюсть в руках, медленно произнося каждое слово. — Я всегда тебя любила. Ты мой Белый Кролик. Я пойду за тобой до конца света и обратно, каким бы ужасным ни был мир, в который ты меня привёл. Думаю, со мной что-то не так. Потому что даже когда я пыталась убедить себя, что ненавижу тебя, я никогда не могла уйти.

— А ты моя Алиса. — Легкая ухмылка скосила его губы. — Смелая, адаптивная, любопытная, уверенная. Я знал это с самого начала, но ненавидеть тебя было гораздо легче, чем любить. Любить тебя означало признать, что я могу не получить то, чего когда-либо действительно хотел.

Он приложил губы к моему лбу, и я закрыла глаза, наслаждаясь моментом.

— Больше притворства. — Тейт сжал мой подбородок. — Эта извратная игра в кошку и мышь заканчивается здесь. Ты моя жена. Понимаешь?

Я понимала. Как сквозь Зеркало и что за ним, прилив изменился. Сдвиг завершился. Судьбы были созданы.

ГЛАВА 47

ДЖИА

Я провела следующие полторы недели, плача и занимаясь любовью с мужем. Часто одновременно. Ослепительные букеты цветов прибывали к нашей двери, по десятку каждый час. Я еще не была готова к компании. К счастью, у Тейта был талант выставлять людей за дверь.

— Она не принимает посетителей, — услышала я его растянутое произношение в адрес Кэл и Дилан в один из дней, пока я лежала под одеялами и рыдала навзрыд.

— Послушай, дорогой, единственное время, когда мне важно мнение мужчины, это когда он хвалит меня в постели, — Дилан попыталась протиснуться мимо него. — Она наша лучшая подруга. Мы хотим ее увидеть.

— Она моя жена, — безжизненно произнёс он. — И она будет готова увидеть людей на похоронах. Хотите ее увидеть? Смотрите, блядь, на фотографию.

— Мы даже этого не можем! Ты обрушил все серверы, на которых были её фотографии с мероприятий и из соцсетей! — заныла Кэл.

— Она сказала, что ей нужен перерыв от соцсетей, — сухо ответил Тейт. — А я уж если берусь, то делаю всё основательно.

— Это странный способ произнести слово “одержимый”. В любом случае, с каких это пор ты взял на себя роль заботливого мужа? — вздохнула Дилан.

— Мы теперь настоящая пара. Похоже, вы были не так близки, как думали, раз оказались так не в курсе.

Дилан сопела и пыхтела, но в конце концов они ушли. Я прижала руки к животу, свернувшись калачиком. Я увижу их всех на похоронах. Мне нужно было ещё несколько часов, чтобы зализать свои раны в одиночестве.

Через несколько минут Тейт вернулся, неся в руках угощения и цветы.

— Хочешь, я отправлю цветы в ближайшую больницу, а еду в благотворительную столовую, как в прошлый раз?

— Если сможешь, — я села на кровати, разглаживая на себе халат. Мы оба игнорировали другую, явную причину, по которой ни один из нас не хотел гостей. Она заключалась в уравнениях, покрывавших почти каждую поверхность.

— Тейт? — позвала я.

— Apricity? — он остановился на пути к выходу из комнаты.