Измена. По нотам любви - Мари Соль

— А сейчас? — продолжает свекровь с сожалением, взгляд устремлён на меня, — Добровольно лишить себя счастья стать матерью?

— Я не лишила, — спешу возразить, — Я… буду рожать.

Никакой радости, какая была у моей мамы, в этот раз нет. Мать Артура спокойна и сдержана. Лишь говорит:

— Рожайте, пока я жива! Пока у ребёнка есть бабушка, он в безопасности.

Звучит это так, будто я — сирота. И Артур, уловив мои негативные волны, роняет:

— Вообще-то, у него их две. Две бабушки.

Его мать снисходительно смотрит на сына. Её взгляд говорит: «Ты серьёзно? Где они и где я?».

Я держусь, как могу. Даже блин встал комком. Не глотается! Запиваю его крепким чаем. Иду Карловну мало волнует, что ем и что пью я сама. Потому я, взамен её бледно-зелёному, делаю крепкий и чёрный. Хотя бы чай! Так как кофе она не приемлет держать в своём доме.

До работы меня подвозит Артур. Это как правило. Иногда добираюсь сама. На общественном транспорте. Я не гнушаюсь его, наоборот! Очень люблю, не спеша, дожидаясь автобус, трамвай, наблюдать за людьми, подмечая детали. Рисуя в уме всевозможные образы разных статичных картин. В динамике — жизнь, а момент, он статичен. И задача художника — поймать этот самый момент. Это сложно! Но порой так красиво. К примеру, как падает лист на фоне скользящего сзади трамвая. Или как девочка с зонтиком прыгает в лужу, а та порождает плеяду сияющих брызг. Я люблю этот мир! И он отвечает взаимностью. И Артура люблю. И работу. И вообще, я — едва ли не самый счастливый из всех человек. Вот ещё бы ребёнка родить, чтобы для полного счастья.

— Малыш, буду поздно, — произносит Артур, когда мы подъезжаем ко входу в издательство, — Хочу поработать над новой симфонией.

— Ты написал? — говорю.

— Ну, почти, — хмурит брови мой муж. Мой любимый. Мой гений.

Я беру его руку в свою. Провожу по длинным, ровным пальцам. Так нежно, как только могу. Словно хочу зарядить их энергией, стать его Музой.

— И кому посвятишь сие творение? — интересуюсь игриво.

— Само собой, моей женщине, — целует мой пальчик. Тот на котором надето кольцо.

— А как её зовут? — продолжаю, стараясь звучать серьёзно.

— Догадайся, — отвечает он низким, волнующим голосом. Мне так охота услышать ещё что-нибудь. Но Артюша спешит! Знаю, что через тридцать минут у него репетиция. Хор, а потом оперетта. А скоро большой ежегодный концерт, на котором он будет солировать. Я надеюсь, с той самой симфонией. Которую он посвятит своей женщине. Мне.

Глава 4

«Tisman Publishing House» официально основан в 1949 году. Именно тогда из подпольной конторы по производству листовок в период второй мировой, он превратился в издательство книг. И первая книга, которую выпустил, была приурочена к дню рождения Сталина. Она так и называлась «Иосиф Виссарионович Сталин», имела 400 с лишним страниц, золотое тиснение, много картинок внутри, раскрывающих личность вождя с наилучших сторон. Она и сейчас стоит в нашем музее. Да, у нас есть свой музей!

Книга, конечно, понравилась Сталину, он отметил издательство знаком отличия. С тех пор дела пошли в гору! Правда, «репертуар» пару раз кардинально менялся. На период хрущёвской оттепели пришёлся большой поэтический бум. Было выпущено множество сборников наших поэтов и поэтесс. В советский союз просочились шедевры мировой литературы. Которые Тисман печатал ограниченным тиражом.

За пару лет до моего рождения основатель издательства умер, передав своё дело потомкам. Марку тогда было десять. Он с детства читал! В том числе и недетские книги. Любимой из книг был «Таинственный остров» Жюль Верна. Где маленький Марк путешествовал в джунглях, выживал наравне. И, наверное, из всех героев он мнил себя принцем? Хоть даже индийским, который всех спас.

Марк пишет книгу, я знаю об этом. Но никогда не покажет её никому! Иногда, подходя к его двери с надписью «Главный редактор», я слышу весьма характерный стук клавиш. Притом не компьютерных, нет! Марк по-старинке, использует ретро «Москву». Агрегат, доставшийся ему по наследству от прадеда. Пару клавиш на нём западают, и он постоянно ругается, когда это происходит в самый ответственный момент поворота сюжета.

Он загадочный, Марк. И такой несовременный! Что мне порой кажется, это не он, а его дед — Генрих Тисман, вселился во внука, и делает вид, что он — Марк.

— Ульяшенька, ты к Тисману? — вопрошает меня маркетолог Любаня.

В нашем издательстве штат небольшой, постоянный. Есть редакция, где я тружусь. Правда, мне место в отделе художников, он на втором этаже. Но Тисман обеспечил мне свой закуток. Так что я обитаю на третьем. Бухгалтерия, маркетинг, транспорт, завхоз — это всё на втором. А на первом — тот самый станок, что печатает книги. И ребята, которые им занимаются. Станок иностранный, из старых запасов. Есть новый, компьютерный. Но Марк его бережёт.

— Привет, Любань! — улыбаюсь коллеге. Она, как и все в нашем офисе, называет меня исключительно нежно. Ульяша, Ульяшенька, Уленька.

Я — оптимистка по жизни. Всегда улыбаюсь! «Улыбастая», — как говорит мой Артур. С его слов, он влюбился в улыбку. Ощущая мандраж перед тем, как усесться за клавиши, он разглядел мой весёлый анфас среди прочих пришедших к нему на концерт, и его отпустило. С тех пор улыбаюсь ему постоянно! Пла́чу редко. И только по поводу. Последним поводом был папин инсульт…

— Ульяшенька, платье какое красивое! Ты как сама? Хорошеешь! — Любаня ведёт монолог. Сама спросила, сама же ответила. А я улыбаюсь:

— Спасибо, Любань! Хорошо. Вот рисую очередную серию комиксов, — демонстрирую ей свои карандашные эскизы.

Это именно Люба придумала «Усю и Бусю», обозвала их так. Идея пришла неожиданно! Как обычно в моменты задумчивости, я рисовала карандашом на бумаге. Сама не заметила, как увлеклась! Получились забавные пчёлки. Двое, он и она. Он потолще, она постройнее. Он заботлив, но очень упрям. Она — дама ранимая, нежная. Реснички, кокетливый взгляд. Эти двое всегда попадают в истории! В пределах тенистого леса у них есть друзья и родня. Есть другие насекомые, с которыми наши, то дружат, то нет. На самом первом рисунке я изобразила их знакомство. Двое пчёлок. Он держит ромашку, она скромно отводит глаза. Дальше больше…

Марк вдохновился идеей создать иллюстрацию-комикс. Над которой работала денно и нощно. Даже Артур подключился к созданию сцен! Это он придумал «Усю и Бусю на отдыхе». А ещё, соответственно «Усю и Бусю в процессе соития» тоже придумал Артур.

— Ути, какие усечки-бусечки! — пропела Любаня, когда точно также столкнулись с