Безупречная - Анастасия Аристова

— тоже. На мгновение повисла тишина.

А потом она медленно перевела руку с кошки на мою голову и провела по волосам — неуверенно, но с такой осторожной нежностью, что я почти забыл, как дышать.

Каир, глядя на нас, снова принял позу комментатора:

— Произошло невероятное. Субъект Эвелин совершила первый добровольный тактильный контакт с объектом Ян. Научный прорыв. Я запишу это в дневник наблюдений.

Эвелин засмеялась — звонко, свободно, как я не слышал от нее никогда.

И я понял: я готов делать все, что угодно, лишь бы она смеялась так. Хоть с кошкой конкурировать. И даже если придется терпеть этого вечно комментирующего Каира.

Глава 51. Новый мир

Ян

— Помоги мне накрыть на стол, — сказал Дэмиан, появляясь в дверях столовой.

Я поднял голову.

— Что, сам не справишься? — буркнул я, поднимаясь. — Не справлюсь, — с легкой усмешкой ответил Дэм. — Там много всего.

Я бросил короткий взгляд на Эвелин. Она перехватила его и чуть улыбнулась, кивнула.

Я вышел следом за Дэмианом в узкий коридор, мы прошли несколько шагов до следующей двери. Дэм толкнул ее плечом, я следом переступил порог кухни. Ожидал увидеть серую синтетическую кашу, но не то, что предстало передо мной.

На столе, накрытом льняной скатертью в мелкую клетку, стояла большая глиняная миска. Из нее поднимался пар — картошка: рассыпчатая, золотистая, с маслом и щедро посыпанная зеленью. Рядом — тарелка с рыбой. Жареной, с хрустящей корочкой, от которой исходил такой запах, что у меня свело желудок. Еще одна тарелка — салат. Настоящие: огурцы, помидоры, лук. И хлеб. Теплый, румяный, с хрустящей корочкой, нарезанный толстыми ломтями.

Я замер на пороге. Черт возьми, я не видел настоящего хлеба уже… я даже не помнил, когда в последний раз.

— Дэм, — сказал я настороженно. — Откуда это?

Он ухмыльнулся, подходя к столу и пододвигая мне стопку тарелок. — Сейчас все расскажем, — отмахнулся он, загружая меня посудой. — Неси в столовую, я сейчас с остальным подойду.

Я хотел возразить, потребовать ответа, но запах картошки ударил в голову с такой силой, что я просто взял тарелки и пошел обратно. В столовой я аккуратно расставил их на большом столе, который оказался достаточно просторным, чтобы вместить всех.

— Ян, что там? — Эвелин повернулась ко мне, и в ее глазах мелькнуло любопытство. Кошка на ее коленях приоткрыла один глаз и снова закрыла.

— Ты не поверишь, — сказал я, чувствуя, как уголки губ сами собой тянутся вверх. — Там настоящая еда. Картошка, рыба, салат, хлеб. Свежий. Горячий.

Тим, сидевший до этого молча, поднял голову. По тому, как он сглотнул, я понял: он тоже не видел такой еды много лет.

— Откуда? — спросил он тихо, почти шепотом. Я развел руками, показывая, что сам не знаю.

В этот момент в столовую вошли Дэмиан и Анна. Дэм нес большую чашу с картошкой, Анна — салат и тарелку с хлебом.

— Садитесь, — сказала Анна, и голос ее звучал мягко, по-домашнему. Она села рядом с Дэмианом. — Не стойте.

Мы с Тимом опустились на свободные места — я рядом с Эвелин, Тим напротив, между Анной и Дэмианом.

Я взял тарелку Эвелин и начал накладывать ей еду. Она хотела возразить, но я лишь поднял бровь, и она замолчала, чуть улыбнувшись. Потом наложил себе — щедро, не стесняясь. Не удержался — поднес кусок хлеба к носу. Принюхался. Настоящий. Теплый.

— Откуда это? — сказал я, поднимая взгляд на Каира. — Это не синтетика. Это… настоящая еда. Где вы ее взяли?

Каир откинулся на спинку стула, ворон на его плече переступил с лапы на лапу.

— Начнем, наверное, с того, что это не просто станция «Двигатель революции», а целый подземный город, — сказал он серьезно. — Я начал строить инфраструктуру здесь несколько лет назад. Метро — идеальное место. Защищено от патрулей, от спутников. Мы задействовали пути для грядок. Организовали систему полива из грунтовых вод и систему освещения. В вагонах мы сделали жилые отсеки, учебные классы, мастерские. Дети здесь учатся, взрослые работают. Что-то мы приносим с поверхности — с руин города, но основу дают наши подземные фермы. Эта еда выращена на наших грядках.

— А рыба? — спросил я. — Рыба откуда?

Каир усмехнулся, и его взгляд на мгновение стал мягче. — Рыбу ловит Стеша. Я нахмурился. — Стеша? Каир посмотрел на Эвелин: — Помнишь того детеныша — мутанта, помесь нарвала и осьминога? — Эвелин кивнула. — Мы выпустили его в реку, когда он адаптировался. А он по непонятной причине начал приносить нам рыбу — выкидывать ее на берег. Мы забираем. Не пропадать же добру. — Он сделал паузу. — Это не единственное животное, которое отлично приспособилось.

Поджав губы, Эвелин кивнула. Я видел, как она пытается сдержать эмоции. Я накрыл ее руку своей, чуть сжал.

— Ты создал здесь город, — сказал я, возвращаясь к Каиру. — Настоящий город под землей. — Я покачал головой, пытаясь осмыслить масштаб. — Когда ты начал? Сколько людей здесь живет?

Каир пожал плечами:

— Начал около пяти лет назад. Сначала с двумя десятками людей. Сейчас — около трехсот человек. Это не считая тех, кто живет на поверхности и работает связными. — Я могу посмотреть? — Конечно, Дэмиан тебе покажет.

Я перевел взгляд на друга. Тот сидел напротив, неторопливо жуя кусок рыбы.

— Дэм, — сказал я наигранно спокойно. — А ты как здесь вообще оказался? Я помню, мы расстались в горах, а потом я звонил тебе, и ты должен был перевести в безопасное место две тысячи воинов.

Дэмиан отложил вилку, вытер губы салфеткой и широко улыбнулся — той самой хитрой улыбкой, которую я знал с детства.

— Я рад представить тебе нашего главного информатора, — сказал он и театральным жестом указал на Анну. — Именно она направила нас на то, как тебе попасть в Спарту-1.

Я уставился на Анну. Она сидела спокойно, сложив руки на коленях.

— Я много лет работала медсестрой в Спарте-1, затем Михаил перевел меня в Спарту-17. Но я никогда не была частью системы. Я ждала. Я хотела вызволить Эвелин из “Черного Беркута”. Мне нужны были деньги, связи, да все что угодно, чтобы спасти мою дочь. Так я нашла Дэмиана и Каира. Она