Счастье за гроши, или Трюфельный бизнес попаданки - Мелина Боярова

в груди, где образовалась болезненная рана. Дети, будто чувствовали мое отчаяние, подобрались поближе, обнимая со всех сторон. А к ногам жался и виновато скулил огромный пес. Нам некуда было идти. Я не знала, что делать, и беспомощно стояла возле сгоревшего здания, смотрела на него пустым взглядом.

— Верлиана! — Лион приблизился и коснулся моего плеча. — Вы не можете здесь оставаться, да еще в таком состоянии. На улице прохладно, замерзнете еще, заболеете. Не вы, так ваши храбрые помощники. Мой дом недалеко. Идемте! Места там всем хватит, вы же знаете.

— Не могу, — качнула головой. — Никуда не уйду без него.

Граф взял меня за плечи, встряхнул, вынуждая посмотреть ему в глаза. В его взгляде читалась холодная решимость и сочувствие.

— Послушайте меня! Мы уже все обыскали, насколько позволяли наши силы и возможности, и ничего не нашли. На улице еще темно, холодно, а вы истощены. Даже если Грош где-то поблизости, в таком состоянии вы его вряд ли найдете. Прошу, идемте ко мне, переночуете, наберетесь сил, а завтра со свежими силами продолжим поиски.

— Я вывела малыша из горящего дома, — ответила с отчаянием в голосе. — И видела, как Том его вынес. Он находился в безопасности, когда я отправилась за шкатулкой. Я чувствую… Его похитили! Ему страшно. И я ему нужна!

Лион нахмурился и посмотрел на соседние дома в отдалении, задержав взгляд на постоялом дворе, где не зажглось ни одного окна, пока таверна горела. Никто не пришел на помощь. Не подумал, что пожар перекинется дальше. Никому не было дела до моего горя.

— Возможно, вы правы, — не стал со мной спорить. — Однако это лишь догадки, которые не отменяют того факта, что вы устали. Вам необходимы тепло и отдых. Завтра будем разбираться и искать виновников. Я лично прослежу, чтобы жандармы выполнили свою работу.

— Завтра… — прошептала отчужденно. У меня не было будущего, не осталось надежды и веры в справедливость.

— Да, прямо с утра, — настойчиво подтвердил Лион. — Если не думаете о себе, подумайте о своих помощниках. Им ведь тоже некуда идти. И тоже страшно.

— Холодно, — всхлипнула маленькая Анна. — Пожалуйста, хозяйка…

Глядя на малышку, которая так доверчиво прижималась ко мне в поисках защиты, я дрогнула. Дети не виноваты в моих бедах. Им и без того хватило переживаний, чтобы подвергать их еще большим страданиям. Я безумно хотела остаться и найти Грошика, но не могла подвести ребят, о которых обещала заботиться.

— Хорошо, — выдохнула еле слышно. — Но только на эту ночь. Утром я вернусь и продолжу поиски.

— Правильное решение, Верлиана. В доме уже протоплено. Тарисса наверняка ждет. Она позаботится о вас.

Перед уходом я напоследок окинула взглядом руины «Сытого кабанчика», затем взяла Анну на руки и направилась вслед за Лионом. Каждый шаг давался с трудом, на плечи давила усталость.

Путь до поместья я помнила наизусть, идти не так долго, но этой ночью он казался бесконечным. Дым от пожарища еще тянулся следом. Он пропитал одежду, волосы, въелся в кожу, напоминая о катастрофе. Наконец, мы достигли темной громады здания, в окнах которого горел приветливый огонек. На пороге показалась Тарисса. Она бросилась нам навстречу с нескрываемым облегчением.

— Как хорошо, что вы не пострадали! Замерзли? Скорее идите в дом, — засуетилась старушка. — Я уже чай согрела и подготовила ванную. Располагайтесь.

Переступив порог графского поместья, я ощутила, как меня обволакивает приятным теплом. Запахи выпечки и заваренных трав, такие уютные и привычные, напомнили о потерянном доме. Еще больше на меня давила потеря Грошика. Не думала, что так крепко привяжусь к живому существу, но его отсутствие отзывалось фантомной болью.

Хлопоты по обустройству детей на новом месте заняли около часа. Отмокшие в горячей ванной, отмытые от сажи и переодетые в чистые сорочки, помощники уснули в теплых кроватях. Я бы уже рухнула без сил, но не хотелось пачкать постель, которую заботливо застелила Тарисса. Так что нашла в себе силы вымыться и только после этого легла в кровать.

Забылась тревожным сном уже под утро, но подскочила на постели, едва первые лучи солнца проникли в комнату через плотные шторы. Голова ломила от усталости, а в груди ощущалась ноющая пустота. Грошика рядом не было.

Думала, что только я не смогла долго спать в чужом доме. Как выяснилось, нет. Стоило мне завозиться, заскрипеть металлическими пружинами кровати, как в комнату заглянула