Рядом со мной - Брук Монтгомери

— Хотел бы я умереть тогда, чтобы ты не чувствовала этой боли.

Её глаза расширяются.

— Почему ты так говоришь?

Я пожимаю плечами.

— Потому что это правда. Моя жизнь принесла больше боли, чем если бы я просто погиб. Джейс не чувствовал бы себя покинутым, Марайя не подала бы на развод, а ты бы никогда меня не встретила. Может, ты и Джейс в итоге были бы вместе. Кто знает.

— Надеюсь, ты так не думаешь на самом деле. Если бы ты погиб, я бы всю жизнь ждала тебя, потому что ты — моя родственная душа.

— Ты бы встретила кого-то другого. Гораздо лучше меня. Без трагичного прошлого. Того, кто всегда выбирал бы тебя. При любых обстоятельствах.

Того, кто был бы твоего возраста.

Она резко качает головой.

— Ни за что. Ты изменил мою жизнь, Фишер. И даже если мы не можем быть вместе, ты навсегда останешься для меня тем самым. Я лучше останусь одна, чем соглашусь на кого-то второго сорта.

— Не говори так. Ты заслуживаешь счастья. Где-то есть тот, кто сможет дать тебе больше, чем я когда-либо смог бы.

— Я знаю, ты хочешь, чтобы это было правдой. Но это не так.

Я крепче обнимаю её в последний раз.

— Не жди меня. Мне нужно быть рядом с Джейсом. Я не могу позволить себе отвлекаться или врать ему ещё больше. Прошу тебя, двигайся дальше. Найди кого-то, кто сможет дать тебе жизнь, о которой ты мечтаешь. Выйди замуж, роди детей, создай свою маленькую семью на ранчо. Мы оба знаем — я не смогу тебе этого дать.

Она с трудом глотает и бьёт кулачками мне в грудь.

— Сейчас ты действительно меня злишь.

Вот и хорошо. Тогда она не будет держаться за надежду, что у нас может что-то получиться.

— Я вдвое старше тебя, Ноа. Ты же умная, понимаешь, что ни твоя семья, ни город никогда не примут нас. Что скажут твои клиенты, если узнают, что ты встречаешься с отцом бывшего?

— Это не их чёртово дело. И с каких пор возраст стал проблемой?

Я выбираюсь из-под одеяла и хватаю сапоги.

Чем дольше я остаюсь, тем труднее будет уйти.

А уже и так невыносимо.

— Ответь мне, — шипит она, садясь на кровать.

Когда я надеваю обувь и кладу телефон в карман, разворачиваюсь и пожимаю плечами.

— Это всегда было проблемой, Голди. Я просто закрывал глаза. Наверное, зря. Может, тогда бы всё не зашло так далеко.

Она сдвигается на край кровати и встаёт, злобно выпячивая подбородок.

— Бред. Ты просто пытаешься быть хорошим отцом и поступить правильно — я это понимаю. Но не смей обесценивать то, что было между нами, только потому что хочешь, чтобы я тебя отпустила. Я люблю тебя, Фишер, и ничто не изменит этого.

Эти три простых слова сжимаются вокруг моего сердца, как тиски, не давая дышать.

Иногда я жалею, что она это сказала.

Такая упрямая, чёрт побери.

Но всё равно... слышать это — одновременно мучительно и прекрасно.

Я буду хранить эти слова до конца своих дней.

Молча беру её лицо в ладони, наклоняюсь и дарю последний поцелуй.

А потом выхожу за дверь.

Глава 25

Ноа

ОДНА НЕДЕЛЯ СПУСТЯ

С руками, полными фотографий с благотворительного вечера в прошлые выходные, я захожу в дом родителей на воскресный ужин. Сегодня вечером я собираюсь начать новый скрапбук — надеюсь, это хоть на несколько часов отвлечёт меня от мыслей о Фишере.

Когда я призналась ему в любви, а он просто вышел за дверь, я была в бешенстве. И с разбитым сердцем. Но больше всего мне было грустно, что он не ответил теми же словами.

Хотя я и ожидала, что всё закончится, было больно слышать, как он говорит, будто я заслуживаю кого-то лучше, и снова вспоминает нашу разницу в возрасте.

Я даже не могу злиться на него за то, что он пытается поступить правильно. Зато злюсь на себя — за то, что влюбилась в него. Как только я узнала, кто он такой, надо было держаться подальше. По крайней мере, когда стало ясно, что Фишер старается наладить отношения с Джейсом, я не должна была толкать его в сторону большего, чем просто дружба.

Теперь страдаем оба.

Эгоистично, но я просто хотела ещё одну ночь с ним. Без внешнего шума, без логичных доводов, почему мы не можем быть вместе. Только мы и наша любовь.

И, чёрт возьми, это было даже лучше, чем в первый раз, а это о многом говорит, потому что в ту ночь он говорил такие пошлости, что я чуть не потеряла рассудок. Но в этот раз всё было иначе — моё сердце уже принадлежало ему. Всё, что я чувствовала, было слишком сильным, слишком настоящим, и это придало ночи особый смысл.

Теперь это будет всего лишь далёким воспоминанием.

Перед тем как он ушёл, я сказала, что хотела бы его возненавидеть. И почти действительно возненавидела, когда он вышел за дверь. Я знаю, он говорил всё это, потому что я сама его просила, но звучало так, будто он правда так думает — и от этого было вдвойне больнее.

— Привет, милая! — встречает меня мама в коридоре, фартук всё ещё повязан на талии. — Рано пришла.

— Хотела попасть сюда до хаоса, — слабо улыбаюсь.

Мне просто нужна была смена обстановки.

— Фотограф прислал мне несколько файлов. Магнолия и Элли тоже поделились своими. Так что я напечатала кучу снимков для альбома, — объясняю, пока мама ведёт меня на кухню.

— Здорово, солнышко. Жду не дождусь посмотреть.

— Привет, бабушка, — ставлю стопку на стол и обнимаю её сбоку, пока она помешивает белый соус на плите. — Пахнет обалденно.

Прежде чем отойти, она толкает меня локтем.

— А твой кавалер в прошлый раз с тебя глаз не сводил. Смотри, в этот раз не так явно, а то заметят.

Она говорит тихо, но я уверена, что ослышалась.

Наклоняюсь ближе.

— Что? О ком ты?

Бабушка оглядывается, внимательно смотрит на маму, потом снова на сковороду перед собой.

— Дорогая, я никогда не видела, чтобы мужчина смотрел на женщину так, как Фишер смотрит на тебя. Я хоть и старая, но не слепая.

У меня пересыхает во рту, пока я перевариваю её слова.

— Как он на меня смотрит? — прошептала я.

— Как на весь свой мир. Как будто лучше умереть, чем жить без тебя.

Я сглатываю — сердце будто перестаёт биться.

— Ты не права, бабушка.