Уроки любви - Катерина Пелевина

улыбаться, обнимать меня, приговаривая всем: «Это моя девушка», а я… буду думать о другом. О парне с ледяными глазами и улыбкой, от которой внутри всё сжимается. Я в целом не хочу туда идти. Во-первых, до конкурса всего ничего, во-вторых, мне там будет нечем заняться… Надо расстаться с Ромой, но я не знаю как… Наши отцы общаются… То есть, мой отчим и его родной отец. У них есть пересечения по бизнесу. И не то, чтобы меня сватают ему, конечно, нет. У отчима и без того полно денег. Просто они хотят, чтобы я общалась с «правильными» людями… Как бы отвратительно это не звучало…

Пальцы дрожат, когда я печатаю ответ:

«Не могу. Подготовка к конкурсу. Ты же знаешь…».

Короткое молчание. Потом Рома отправляет смайлик с грустной рожицей.

«Ты можешь идти, я не обижусь».

Я знаю, что он не обидится. Он привык. Привык к моим «репетициям», «срочным делам», «важным ужинам». Но сегодня причина – не танцы. Причина – парень, от которого у меня до сих пор мурашки по коже, будто я дотронулась до оголённого провода…

Я даже не знаю, как выбросить всю эту ситуацию из головы. Мне на секунду показалось, что он готов был придавить меня к стене. Я бы тогда точно начала драться с ним… Не на жизнь, а на смерть, блин…

Хорошо, что родителей сейчас нет, они у каких-то знакомых, отчим заключает сделку и я не хочу никого видеть. И ни с кем общаться…

С тревожными мыслями я ложусь спать в надежде, что завтра станет хоть немного полегче…

* * *

Утро…

Как всегда, начинается одинаково… Разминка, душ, лёгкий завтрак…

Идеальная укладка. Мои длинные прямые каштановые волосы я, как правило, либо оставляю распущенными, либо собираю в два хвоста во время танцев… Надеваю блузку, юбку, чулки, кардиган… Сверху тёплые колготки, которые снимаю в универе… И беру с собой спортивную форму…

Макияж абсолютно естественный. Малюсенькие стрелки, бальзам для губ, тончик. И это всё… У меня от природы пушистые длинные ресницы, потому что я не уничтожала их тушью, как делала моя Лизка с тринадцати лет… Мы ведь вместе закончили школу. Дружим… Кажется, с пятого класса, если я не ошибаюсь. Трудно запомнить, когда именно эта заноза появилась в моей жизни… Шучу… Её я люблю… Она единственная, кто может поднять мне настроение после мозгового штурма от отчима…

Но сегодня она, как назло, опаздывает…

Я захожу в женский туалет, чтобы помыть руки перед парой после того, как меняла обувь... Холодная вода стекает по ладоням, капает на раковину. Я смотрю в зеркало, и сердце обрывается…

За моей спиной стоит он.

– Боже! – вздрагиваю, резко обернувшись. – Это женский туалет! – вырывается у меня, голос дрожит, как натянутая струна.

Кирилл даже не реагирует на мой визг. Просто смотрит. Так, будто я – не препятствие, а деталь обстановки этой уборной. Его непроницаемые глаза скользят по моему лицу, и от этого взгляда становится не по себе…

– Что?! Что тебе нужно от меня?

– Сегодня ректор придёт проверять, как мы занимаемся. Избежать не получится, – говорит он ровным, почти безразличным голосом.

Внутри всё сжимается. Проверка? Зачем…

– Откуда ты знаешь? – спрашиваю я, чувствуя, как голос предательски дрожит.

– Знаю, и всё. Тебя это не должно волновать… В семь. Там же. И не опаздывай.

Он разворачивается и уходит, оставив меня одну перед зеркалом – бледную, растерянную, с каплями воды на щеках. Я провожу ладонью по лицу, пытаясь собраться. Но внутри меня уже назревает паника... Что это вообще значит? Почему он так уверен? И почему постоянно подкрадывается ко мне, будто дикий зверь перед броском…

Я разочарованно вздыхаю. В груди тяжесть, будто кто‑то положил туда камни...

Хорошо, что после того, как подхожу к аудитории, Лиза всё-таки прибегает.

– Наконец-то…

– А что? Что-то случилось? Я что-то пропустила?! – стаскивает с себя шапку, и её рыжие волосы тут же начинают электризоваться повсюду. – Блииин. – прилизывает она их…

Я ржу…

– Всё нормально… Просто ждала тебя…

– А… Ладно, пошли… Мне есть что рассказать! – тянет меня за руку, словно цунами расталкивая всех на своём пути… Вот этого мне и не хватало утром… Теперь всё как надо…

На обеде мы с Лизой сидим на подоконнике в холле, она жуёт бутерброды, я пью зелёный чай, и мы болтаем… Вернее, Лиза болтает – про новую постановку, про парня из параллельной группы, который ей подмигнул, а ещё про того самого Константина Николаевича. Её голос звучит где‑то на периферии сознания. Я слушаю вполуха, глядя в окно… Залипая на толпе, проходящей мимо…

– Я бы ему отсосала…

– Что?! Лиза!

– Что?! – и ржёт, как дурочка.

– Ты не умеешь сосать… Ты девственница!

– Спасибо, блин, что напомнила… И вообще… Блин, мне уже скоро девятнадцать… Я, наверное, член только на пенсии увижу…

– Ну залезь под стол Константину Николаевичу, может, увидишь через его широкую штанину…

– Ах ты коза!

Начинаем в шутку толкаться и ржать… А я продолжаю сканировать окно и…

Вдруг снова вижу его…

Кирилл сидит в своей дорогущей машине… Чёрный «Мерседес», блестящий и абсолютно новый, будто только что взят с салона... Нет, я знаю, что у него есть деньги. Его отец довольно обеспеченный человек. Но я не понимаю зачем парню машина за десятки миллионов, как ему её так легко подарили… Рядом какой-то парень в спортивной куртке. Они о чём‑то говорят, потом Морозов передаёт ему свёрток. Небольшой, но плотный… И я замираю. Всё выглядит крайне странно.

Моё сердце делает резкий рывок, будто пытается вырваться из груди. Я прилипаю к окну… Что это? Деньги? Документы? Что‑то… незаконное? Наркотики?! Во что он меня, блин, ввязывает, а?!

– Ася, ты чего? – Лиза трогает меня за плечо. – Ты побледнела вся. Куда уставилась, блин?!

Её голос звучит как сквозь вату. Я уже не слушаю. Спрыгиваю с подоконника, бросаю конспект в сумку и бегу к выходу.

– Ты куда?! – кричит мне подруга вслед...

Но я не отвечаю.

Мне нужно догнать того парня. Сейчас же…

Глава 6.

Ася Замкина

Я выскакиваю на улицу... Машина Кирилла, слава Богу, уже уехала. А тот парень в спортивной куртке идёт к остановке… Я догоняю его, полураздетая, хотя на дворе ноябрь, хватаю за рукав. Пальцы дрожат, но я не