Мой (не) любимый наставник - Эва Лун

заднем ряду, — проскрипел Горм. — Та, что сравнивает высшее искусство с домашней птицей. Встаньте.

Я сглотнула, чувствуя, как сотня глаз уставилась на меня. Медленно поднялась. Ноги предательски дрожали.

— Назовитесь.

— Элиана Спарк, факультет Природной магии, — голос дрогнул.

— Спарк... — он скривился. — Стипендиатка? Что ж, просветите нас, адептка Спарк. В чем главное этическое различие между использованием магии Огня и магии Жизни?

В зале повисла тишина.

Я вздохнула. Учебников я еще не читала, поэтому пришлось импровизировать.

— Ну... — начала я, теребя край рукава. — Огонь уничтожает, чтобы очистить место. Он берет силу извне и сжигает её. А Жизнь она ничего не берет. Она отдает. Моя магия требует, чтобы я делилась своей силой с ростком, чтобы он вырос. Поэтому огненному магу нужно учиться сдерживаться, чтобы не сжечь всё вокруг, а магу жизни учиться не отдавать слишком много, чтобы не иссохнуть самому.

Магистр Горм молчал. Он смотрел на меня долгую минуту, и я уже начала прикидывать, какой породы табуреткой я стану - дубовой или сосновой.

— Примитивно, — наконец вынес вердикт он. — Но по сути верно.

Я выдохнула.

— Однако, — тут же добавил он, и его глаза хищно блеснули. — Слова ничего не стоят. Проверим вашу выдержку.

Он взмахнул тростью. В мою сторону полетел сгусток серого дыма. Он не выглядел опасным, но как только он достиг меня, я почувствовала давление. Словно на плечи положили мешок с зерном.

— Это заклинание тяжести, — пояснил Горм. — Оно давит на вашу ауру. Слабый маг согнется. Удержите его, Спарк.

Давление усилилось. Колени подогнулись. Мне захотелось упасть на скамью и закрыть голову руками. «Не смей, — приказала я себе. — Если упадешь сейчас, над тобой будут смеяться над тобой до выпуска. И Кайден... он точно узнает и напишет ректору, что я бездарность».

Я выпрямила спину.

— Я... держу...

Моя магия, испугавшись за хозяйку, решила помочь. Но, как всегда, по-своему. Я почувствовала тепло в ладонях, которыми вцепилась в деревянную спинку скамьи перед собой. Давление магистра нарастало, но и тепло внутри меня тоже.

— Хватит! — вдруг крикнул кто-то.

Поздно. С громким треском из сухой, лакированной древесины скамьи, которую я сжимала, вдруг брызнули зеленые побеги. За секунду они оплели не только саму скамью, но и ноги сидящего впереди парня.

— Эй! — завопил он, подскакивая, когда гибкая лоза с шипами обвилась вокруг его лодыжки и дернула. — Что за?! Уберите от меня этот сорняк!

Лоза, почувствовав его агрессию, распустилась ярко-розовым бутоном прямо у него под носом и пшикнула облаком желтой пыльцы. Парень чихнул так, что из его пальцев вылетели искры, подпалив край конспекта соседки.

В зале начался хаос. Кто-то смеялся, кто-то визжал, отмахиваясь от пыльцы.

Магистр Горм ударил тростью, развеивая и свое заклинание, и мои художества. Лоза осыпалась пеплом.

— Тишина! — рявкнул Горм.

Я стояла пунцовая, как помидор. Парень которому досталось, сверлил меня взглядом, в котором читалось обещание долгой и мучительной мести.

— Я... я не нарочно, — пропищала я. — Оно само.

Горм посмотрел на искореженную скамью, потом на меня.

— Неконтролируемый выброс, — сухо констатировал он. — Типично для необученных природников. Спарк, садитесь. Два балла за стойкость, минус пять баллов за порчу имущества Академии. Счет пришлют вашему наставнику.

По залу прошел смешок. Я плюхнулась на место, закрыв лицо руками.

— Я же говорила, — простонала Мей рядом. — Но ты хотя бы не табуретка.

— Лучше бы табуретка, — мрачно отозвалась я. — Наставник меня убьет. Он только вчера говорил про контроль.

Остаток лекции я сидела тише воды, ниже травы, стараясь даже не дышать в сторону деревянных предметов. Первый урок усвоен: в Академии не получится просто отсидеться.

Глава 6

К счастью, следующий час прошел без катастроф.

Травоведение вела тучная, румяная дама по имени мадам Роза, которая больше напоминала сдобную булочку, чем грозного мага. Оранжереи встретили меня влажным теплом, запахом прелой земли и тихим шелестом тысяч листьев. Это был мой мир. Здесь я не чувствовала себя самозванкой. Пока остальные студенты брезгливо тыкали палочками в хищные росянки, я быстро и аккуратно пересадила капризный лунный папоротник, за что получила одобрительный кивок мадам Розы и первую отличную оценку в свою копилку.

«Ну вот, — думала я, шагая по коридору к библиотечному крылу. — Жить можно. Главное держаться поближе к растениям и подальше от людей».

Но третий урок - История Магических Войн - должен был проходить именно среди людей. И, к моему сожалению, не самых приятных.

Библиотечное крыло напоминало храм. Своды терялись в полумраке, а бесконечные ряды стеллажей были забиты книгами так плотно, что казалось, они вот-вот лопнут от знаний. Занятие проходило в читальном зале.

Преподаватель, мэтр Орион - сухопарый мужчина с носом-клювом, - монотонно бубнил что-то о битве при Черных Топях, произошедшей триста лет назад. Его голос действовал как самое сильное снотворное.

Я устроилась за дальним столом, старательно записывая лекцию. Перо скрипело, чернила (самые дешевые, купленные на распродаже) то и дело норовили поставить кляксу.

— Фу, чем это пахнет? — раздался шепот прямо за моей спиной. — Кажется, кто-то забыл принять ванну после работы в коровнике.

Я замерла. Спину обожгло недобрым взглядом. Я знала, кто это. Три девицы с факультета Водной магии. Они сидели в первом ряду на этике и громче всех смеялись, когда я вырастила куст. Лидером у них была блондинка с ледяными глазами и в мантии, расшитой настоящим жемчугом.

— Нет, Изи, это не коровник, — хихикнула вторая, рыженькая. — Это запах нищеты. Он не смывается.

— И как только таких пускают в Академию? — протянула третья. — Мой отец говорит, что стипендиаты - это пиявки на теле общества. Мы платим налоги, а они тратят наши деньги, портят мебель и воздух.

Я сжала перо так, что оно хрустнуло. «Не реагируй, Элиана. Мама говорила: собака лает, караван идет. Ты караван. Ты гордый, спокойный караван с печеньем».

— Эй, ты, — Изи ткнула меня чем-то острым в спину. Скорее всего, кончиком пера. — Я к тебе обращаюсь, убогая. Правда, что твой наставник взял тебя из жалости, чтобы ставить на тебе опыты? Говорят, от бедняков меньше шума, когда они исчезают.

Я резко развернулась. Стул подо мной противно скрипнул. Мэтр Орион