Желанная рабыня - Ани Файер

могли родить Великому древнего рода дитя. Старейшины всех существ собрались в полнолуние на заре Новой эры. Они поняли, что потомство может дать только та девушка, у которой есть кровь Древних, из первой ветви Создателей, которые оставили свой след не только в этом мире, но и во всех остальных нашего мироздания. Так колдуны нашли заклинание призыва крови и начали созывать девушек отовсюду через точки сопряжения миров. Бесплатно работать они не хотели, это требовало много энергии и сил, а тролли — одни из первых, кто придумал подобный аукцион, где на диковинный товар идет просто бешеный спрос. Так все и началось.

— Спрос всегда рождает предложение, — киваю, вспомнив уроки экономики в институте.

— Родить дитя, наследника Древней крови — это очень почетно! — продолжает дракон. — Никто еще не отказывался от такого предложения за столько лет! Да даже жить в гареме, в достатке, тепле и сытости — тоже прекрасная перспектива для любой из призванных.

— Правда, что ли? — не верю я, что прямо все девушки довольны таким существованием. А Энодиан улыбается мне самой коварной улыбкой, намекая мне на то, что я не права.

— Правда, такие аукционы уже много лет считаются незаконными, — говорит он. Потому что бездейственны. Потому что последние пять или шесть десятков лет нет той девы, которая бы родила полноценное здоровое дитя. Особенно дракону.

Из-за нашей необузданной натуры их не рождалось уже очень давно. А мальчиков… В прочем, и мальчиков тоже. Наш вид вымирает, Анна. И я уверен, что в тебе наше спасение! В тебе наша надежда! Моя надежда, понимаешь⁈

— Не только твоя, — в столовую входит Рокх с братом, включаясь в наш разговор. Я и не удивлена вовсе, он все считал. Возможно, и слышал мысли дракона.

Выглядят мои мужички свежо. На них новые одежды ярких цветов. Синие брюки и белая рубашка на моем орке, и горчичного цвета штаны на эльфе. Это явно драконьи шмотки. Как я заметила, они любят все яркое.

Оба брата садятся напротив меня, там, где стоят тарелки, и по-хозяйски накладывают себе еду. Я улыбаюсь всем присутствующим, ожидая продолжения разговора, потому что не совсем понимаю суть последнего предложения.

Довольный, что теперь можно и поесть, дракон берется за приборы. А я часто моргаю, потому что все молчат. Нахожусь в замешательстве и каком-то недоумении от услышанного. Мне что же теперь рожать нужно всем?

— Нет, — улыбается мне Рокх, явно прочитав все на моем лице. — Только, если ты сама будешь к этому готова, — продолжает он. Смотрю на него, и меня что-то настораживает. Он снова стал угрюмый, значит, его что-то тревожит и он не хочет, чтобы я об этом знала. Или просто не хочет делиться со мной своими эмоциями. Почему я больше не чувствую его? Почему у меня не получается ощутить чувства Рокха? Он снова закрылся от меня? Не знаю почему, но мне не хватает теплого ощущения той привязанности и нежности, что была между нами, когда я его чувствовала. — Я буду давать тебе все, что нужно, когда мы будет только вдвоем, — говорит он, протянув свою руку через стол, гладя мою ладошку. — Я не хочу, чтобы твои эмоции и чувства зацикливались только на моих. Они будут перебивать твое восприятие остальных. И это будет не честно с моей стороны, — кивает он на Алрокха и Энодиана. — Но я рад, что я небезразличен тебе.

Какое безразличен⁈ Он мне очень нужен! Неужели он не чувствует? Не ощущает этого? Рокх кивает мне, мило улыбнувшись, сверкнув своими клыками. Он выглядит каким-то смущенным. Наверное, все же почувствовал меня и мои мысли, что не может не радовать.

Берусь за приборы и с наслаждением начинаю ужинать, запивая все вкуснейшим красным вином.

— А что на счет Эльфиры? — не могу не вспомнить об этой мегере.

Все мужики за столом вдруг переглядываются. А я в ожидании поднимаю брови.

— Мы нашли только Энроха, — начинает говорить Генерал, кинув свою вилку на стол и начал потирать свои виски. Вижу, что этот разговор дается ему нелегко. — Женщины рядом с ним не было.

— Ты сделал то, что должен был, брат. Это было нужно, он страдал, — касается его плеча Алрокх. — Она затуманила его разум своей темной магией. Эльфира смертельно ранила его, но успела сбежать, — говорит это он уже мне.

— Мне очень жаль! — шепчу я, прикрыв рот ладонью, чтобы не всхлипнуть. И ведь совсем не вру, пряча слезы в глазах. Мне жаль этого орка. Жаль, что он повелся на эльфийку, доверился ей. — Но откуда столько крови было на ваших одеждах? — не понимаю я.

— Дракан Энроха, — вижу, как каждое слово с трудом выходит изо рта Рокха. — Он тоже страдал, эта ведьма и с ним что-то сделала. Это просто невыносимые мучения потерять своего хозяина. Того, с кем ты был связан своей сущью. Нам пришлось сделать это. Пришлось…

— Господи Боже, — шепчу я, не в силах больше сдерживать свои слезы. — Дин, как так вообще получилось, что ты с ней связался? — с упреком гляжу на дракона.

— Она сама пришла. А мне было плевать, каким образом ты окажешься рядом со мной, — виновато говорит Энодиан, — поэтому я не стал отказываться от ее помощи, которую она сама мне предложила. Еще в лесу. Она хотела получить Алрокха.

— Почему он так нужен ей? — спрашиваю у всех. Тишина. Все молчат и смотрят на эльфа.

— Еще будучи в доме моего дяди меня сватали ей, — не хотя начинает свой рассказ Алрокх. — Мой дядя хотел расширить свои земли с помощью темных. Это было плохой идеей, но меня никто не спрашивал. И да, я согласился на те условия, что мне предлагали: свободу и новый дом, лишь подальше оттуда, где меня ненавидели и проклинали ежедневно за то, что я отличался от них. Но я был молод, Анна! — говорит он, обходя стол и усаживаясь рядом со мной. Он обнял меня и притянул к себе, поглаживая по плечам. — А потом случилось то, что случилось. Но я не думал, что тот помолвочный обряд привяжет ее ко мне каким-то образом. Меня-то к ней — нет. Поэтому я не понимаю ее одержимости.

— Это не привязка, придурок, — хмыкает дракон, отпивая