Те самые Сейморы - Саванна Роуз

Я теребила пальцы под столом, пока Руди и его братья возились с Гэри. Через мгновение появился уборщик с шваброй, ворча себе под нос. Брэдли принялся извиняться перед ним, прежде чем обнял Гэри за плечи и увел из зала.

— Королева драмы, — фыркнула Джулианна. — Не то чтобы это был яд.

Может, и не технически, но я была почти уверена, что это расценят как яд, если Гэри решит подать заявление. Он и правда выглядел очень плохо, и мне вдруг пришло в голову, что у него могла быть аллергия на что-то в креме для бритья.

— Тебе действительно не следовало этого делать, Джулианна, — тихо сказала я. — Что, если он расскажет отцу, и мистер Сеймор решит обратиться в полицию?

Она издала пренебрежительный звук и небрежно махнула рукой.

— У моего отца больше денег, чем у всей их семьи. Это был безобидный розыгрыш, вот и все. Любой, у кого есть хоть капля здравого смысла, не увидит в этом ничего другого.

Я была не уверена в этом. Я также не была уверена в том, что чувствовала — жирный аромат еды из столовой густо витал над ведром уборщика, но под ним я почти чувствовала запах крема для бритья, мыльный, слегка мужской и до боли знакомый.

— Где ты взяла крем для бритья? — спросила я ее, стараясь не вкладывать в голос и намека на обвинение.

Она ухмыльнулась мне.

— Я велела Томасу взять его из спортзального шкафчика Руди, — сказала она. — Неопровержимое доказательство.

У меня тошнотворно перевернулось в животе. Я была почти полностью уверена, что Руди не устраивал со мной этот розыгрыш. С какой стати? Но это не меняло того факта, что крем для бритья в моем шкафчике был тем же самым, что и на кексах, — и я точно знала лишь одного человека, который касался этого крема.

Я выбросила эту мысль из головы. Она не стала бы так поступать со мной, правда?

Я не дала себе шанса действительно подумать над этим вопросом, прежде чем сказать себе «нет», она точно не стала бы. Не потому что она была милой или верной, или что-то в этом роде. А потому что у нее не было причин.

— Крис и Гэри много шумят, но за Руди нужно следить по-настоящему, — многозначительно кивнула Мэйси. — Это всегда тихони делают самые жестокие вещи.

Джоан ухмыльнулась, и Мэйси кивнула ей.

— В подтверждение слов, — сказала она.

Беспокойство о Гэри — и о Джулианне, если ее поймают, — занимало большую часть моих мыслей между уроками. Я никогда не видела, чтобы кого-то рвало так быстро. И, что касается Джулианны, что ж, если ее поймают, я знала, что каким-то образом окажусь на крючке тоже, хотя не имела к ее дурацкому розыгрышу никакого отношения. Но вина по ассоциации была такой же реальной вещью, как и быть подставленной собственными друзьями.

Я лишь вполглаза искала Руди. Мне не хотелось видеть его, пока я не смогу поговорить с ним открыто. Я была уверена, что он будет в ярости на меня. Даже если бы он не думал, что это я намазала кремом маффины, он мог бы предположить, что Джулианна отомстила за то, что его братья сделали со мной. И, возможно, он мог бы подумать, что я это одобрила. Что было не так. Как бы я ни злилась, я уже перестала пытаться мстить им. Однако правда была в том, что его братья не могли же думать, что могут сделать что-то подобное, не получив ответа, верно?

Мне просто жаль, что это был Гэри. Он мог отвечать так же яростно, как и Крис, но никогда, казалось, ничего не начинал первым. Он всегда выглядел немного потерянным и обретал себя, только когда делал что-то с братьями. Правда, обычно это было за счет моей компании, но только в школе. Он, как и остальные, казался совсем другим человеком дома. Ну, не совсем другим. Гэри все равно делал то же, что и его братья, просто они также делали и другие вещи, в которых он не участвовал.

Ничто не могло вывести меня из задумчивого ступора, пока я не потянулась за своей спортивной формой и не коснулась лишь холодного металла. Нахмурившись, я встала на цыпочки и заглянула внутрь. Весь мой спортзальный шкафчик был пуст. Мои кроссовки, шорты, майка, спортивный бюстгальтер, нижнее белье и даже тампоны исчезли.

Я пошла искать мисс Роуч, но прежде чем я добралась до ее кабинета, шум снаружи привлек мое внимание. Звучало так, будто там был комедийный клуб, и каждый раз, когда дверь раздевалки открывалась, к громкому хохоту присоединялся новый голос.

Тошнотворное чувство скрутило меня в животе. Я убеждала себя, что это просто совпадение, но не могла заставить себя поверить в это. С тревогой я нехотя и осторожно побрела к выходу.

Едва я оказалась на улице, как мое раздражение взлетело до небес.

— Черт побери, — прорычала я сквозь зубы. — Надо отдать им должное за креативность, полагаю.

Моя спортивная форма развевалась на флагштоке вместе с моим нижним бельем и огромным плакатом с моим лицом, залитым красной краской. Или, по крайней мере, я надеялась, что это просто краска. Кто-то развернул все мои тампоны, тоже обмакнул их в краску и привязал, как бахрому, по краям плаката. Порыв ветра заставил мои потертые спортивные трусы развеваться на ветру, и, да, их тоже выкрасили.

Я отступила в раздевалку, прежде чем кто-либо заметил меня. Сделав три шага, я столкнулась с Джулианной и Мэйси, одетыми с иголочки в свои теннисные наряды, с заново причесанными волосами.

— Кеннеди! Почему ты не переодета? Ты опоздаешь! Давай, я уверена, ты можешь бегать и в этом. За опоздание снимают больше баллов, чем за неподходящую форму, поверь мне, я знаю.

Не дав мне возразить, они взяли меня под руки и повели обратно к выходу.

— Что это тут у нас? — громко спросила Джулианна.

Часть толпы обернулась на звук ее голоса, увидела меня и начала вопить. Щеки пылали, а глаза горели.

Я не хотела вырываться из хватки Джулианны и Мэйси, зная, что любая реакция лишь вызовет больше насмешек. Так что вместо этого я уставилась на свою майку, которая демонстрировала теперь уже постоянные пятна пота, гордо развеваясь на ветру.

— Боже мой, Кеннеди! — пронзительный визг Мэйси привлек оставшееся внимание к нам.

Я не отводила глаз от майки, делая все возможное, чтобы заглушить звуки смеха. Это было за гранью унижения. Я утешала себя мыслями о том, как сожму тощую шею