Рядом со мной - Брук Монтгомери

— Но это не значит, что нельзя найти пару минут, Ноа, — его взгляд пронзает меня.

Я засовываю руки в карманы, чтобы не врезать ему по самодовольной физиономии.

— Помочь найти стенды?

Мы арендовали огромную белую палатку рядом с тренировочным центром — её невозможно не заметить. Каждая компания обозначена табличкой. Чем быстрее он установит всё и уйдёт, тем лучше.

— Конечно. Мне нужно кое о чём с тобой поговорить.

Я стискиваю зубы, сожалея, что предложила помощь.

— Ладно.

Ищу глазами Магнолию — она закатывает глаза и делает жест, будто её сейчас стошнит.

— Ну пошли, — говорит Джейс, хватает меня за руку, переплетает наши пальцы и ведёт по центральному проходу.

Оглянувшись, я вижу, как Магнолия качает головой.

— Спаси меня, — беззвучно шепчу я.

Не успеваю понять её реакцию, как Джейс притягивает меня ближе, пока мы выходим на улицу. Я не хочу быть грубой или вызвать подозрения, но он никогда не был таким ласковым. Он не держал меня за руку с тех пор, как мы расстались.

— Ноа, — говорит он, привлекая моё внимание, когда мы останавливаемся у белой палатки. — Я хочу извиниться за своё поведение в ресторане и за то, как разговаривал с тобой в нашем последнем переписке.

У меня поднимаются брови — он никогда раньше не просил прощения. Джейс вообще не был из тех, кто признаёт ошибки.

— Я стараюсь сделать себе имя в недвижимости, и давление оказалось сильным. Я срывался на тебя, и это было неправильно. — Он берёт мою руку в свои ладони и смотрит мне в глаза с притворной искренностью. — Надеюсь, ты понимаешь, как я ценю нашу дружбу и всё, через что мы прошли. Я сильно изменился и не всегда обращался с тобой правильно. За это мне стыдно.

Я сглатываю, сердце колотится, и я выдергиваю руку из его потной хватки. Что-то с ним не так.

— Вау… эм… спасибо? Даже не знаю, что сказать. Я тоже рада, что мы остались друзьями, Джейс.

— Возвращение моего отца заставило меня задуматься о важности семьи. У нас с ним ещё долгий путь, но ты никогда меня не предавала. Ты единственная, с кем я могу представить своё будущее. Ты красивая, настоящая, открытая. И я знаю — если сейчас ничего не скажу, то потеряю тебя. Ни один мужчина не будет тебе по-настоящему подходить. Я не идеален, но готов каждый день становиться лучше ради тебя.

Обычно мне удаётся перевести разговор в другую сторону, когда становится неловко, но к такому признанию я была не готова на все сто.

— Так что… как тебе идея, Ноа? Дадим нам второй шанс? Сейчас у меня стабильный доход. Я только что купил дом. Могу дать тебе всё, чего ты хочешь, и даже больше.

Я морщусь от его пафоса, в горле пересыхает, и я лихорадочно ищу слова, чтобы не обидеть.

— Джейс… эм… с чего вдруг? Мы за два года ни разу не говорили о том, чтобы сойтись снова. Ты застал меня врасплох. — Я отхожу ещё дальше.

Он кивает и пытается приблизиться, но я не позволяю.

— Я знаю, но всё время думаю о тебе. Мы были счастливы вместе. Всё испортили моя незрелость и эмоциональные загоны. Мне нужно было повзрослеть и чего-то достичь. Сейчас я готов к серьёзным отношениям. С тобой.

— Почему именно со мной?

— Ты — единственная женщина, которую я когда-либо любил. Все мои свидания были сущим кошмаром, и после нескольких провальных попыток я понял, почему так происходит. Потому что мы с тобой должны быть вместе. Ты — моя родственная душа.

Родственная душа? Он вообще о чём?

— Это очень мило, Джейс. Такие слова мечтает услышать любая женщина. Я... Просто боюсь, что я — не та, кому они адресованы.

— Я не понимаю, — его голос становится ниже, ноздри раздуваются. — У тебя кто-то есть? Как ты можешь так просто выкинуть за борт все наши годы?

— Ты свалил на меня слишком много, Джейс. Я вообще не ожидала всего этого. Ты не давал ни малейшего намёка, что хочешь всё вернуть.

Он хватает меня за плечо и прижимает к себе.

— Малышка, мы созданы друг для друга. Дай мне второй шанс доказать это.

Я пытаюсь вырваться, но он только сильнее сжимает.

— Ты делаешь мне больно.

— Скажи, что ты моя, и я отпущу.

— Я не скажу этого, — я ставлю ногу между его ступнями, готовясь — одно движение, и колено встретится с его яйцами.

— У тебя кто-то есть, да? — выдает он с яростью, в голосе звучит угроза.

— Это не имеет значения! Я не хочу с тобой сходиться, — твёрдо говорю я, резко отталкиваясь.

Он сжимает мне вторую руку, и я вздрагиваю от боли.

— Кто он, мать твою? Ты его в Twisted Bull нашла? Или он работает в ретрите? Кто этот неудачник? — Он оглядывается по сторонам, словно надеется, что тот самый загадочный мужчина вот-вот появится. Если Фишер увидит, как его сын так со мной обращается, это вполне возможно.

— Отпусти меня! — кричу я.

— С кем ты трахаешься, мелкая шлюха? Пусть выйдет, я с ним разберусь, и посмотрим, кто достоин тебя на самом деле. — Он прижимается ко мне лицом, облизывает кожу под ухом.

Я не даю ни предупреждения — он этого не заслужил. Просто бью коленом вверх изо всех сил.

Он тут же отпускает меня, сгибается пополам, прижимая ладони к паху, и сипло матерится.

— Ты, блядь, охренела! Что за нахр... — пищит он.

Сердце колотится так, будто сейчас выпрыгнет из груди. Я наклоняюсь, стараясь восстановить дыхание.

— Я просила тебя отпустить. Ты должен был понять, что нельзя трогать женщину, если она просит не трогать.

— Ебанутая... — шепчет он, едва выговаривая слова.

— Не трогай женщин, которые не хотят, чтобы их трогали, и не придётся огребать, — пожимаю плечами.

Магнолия подбегает, хватает меня за руку и оттаскивает.

— Что, чёрт возьми, случилось?

— Джейс усвоил урок. На собственном опыте, — ярость всё ещё пульсирует во мне, когда к нам подбегают мои братья и Фишер.

— Джейс! — Фишер помогает ему подняться, но тот сгибается, тяжело дыша.

— Пусть идёт. Теперь он наша проблема, — Уайлдер встаёт между мной и Джейсом, хрустя костяшками пальцев.

— Я сам разберусь, — говорит Фишер моим братьям и хлопает Джейса по плечу. — Пойдём, я отвезу тебя домой.

— Отвали от меня, — Джейс сбрасывает его руку, и я вижу в глазах Фишера боль.

— Захотел подраться с серьёзными ребятами? — насмешливо произносит Уайлдер, закатывая рукава.

— Уайлдер, прекрати! — обхожу его и встаю перед Джейсом. — Уходи. Пока мои братья не начали