Обманный бросок - Лиз Томфорд

С моих губ срывается стон, я выгибаю спину, когда он задевает мой клитор.

– Черт, – выдыхает Исайя, наблюдая, и повторяет это.

Мне никогда, ни разу не было так приятно к кому-то прикасаться. На самом деле, я никогда и никого не трогала так, как Исайю.

– Продолжай, – подбадривает он, убирая с моего лица выбившиеся пряди, а большим пальцем нежно касаясь скулы.

Я не спеша изучаю взглядом каждую впадинку, каждый изгиб на его груди и животе, а он терпеливо наблюдает, отстраняясь и давая мне возможность исследовать его тело.

– Это так приятно, Кенни.

Мне нужно подтверждение, что я могу продолжить прикасаться к нему.

Я наблюдаю, как Исайя прикрывает веки, когда мои ладони касаются его спины. Как раздуваются его ноздри при каждом вдохе и как напряжены руки. Как у него перехватывает дыхание, когда кончики моих пальцев опускаются вниз, чтобы нарисовать букву V, огибая выступ на его спортивных штанах.

Я испытываю острую потребность прикасаться к этому красавцу, который, кажется, свел меня с ума.

Раздвигая бедра, я прижимаюсь к Исайе всем телом и наблюдаю, как он сглатывает. Я наклоняюсь и прижимаюсь к нему губами.

– Господи, Кенни, сделаешь это еще раз, и я кончу в штаны, как несдержанный подросток.

Я улыбаюсь, приникая губами к его коже.

Исайя дрожит всем телом и прижимается ко мне. Его дыхание становится прерывистым, когда я еще раз провожу указательным пальцем, рисуя букву V и спускаясь к его члену.

– Прикоснись к нему, – отрывисто просит Исайя. – Черт возьми, Кеннеди, пожалуйста, просто прикоснись к нему!

Ух ты! Мне нравится, как звучит голос этого наглеца, когда он умоляет.

Я делаю, как он просит, и моя рука проникает под пояс штанов. Я пальцами провожу по теплой коже, по напряженным мышцам и выступающим венам, а затем скольжу еще ниже и касаюсь нежной кожи его члена.

Исайя стискивает зубы. Каждый мускул его тела напрягается, пальцы впиваются в мое бедро.

– Пожалуйста, – умоляет он. – Пожалуйста, обхвати его рукой.

– Ты очень вежлив, когда чего-то хочешь.

Он невесело усмехается.

– О, детка, я уже говорил тебе: я пай-мальчик, особенно когда чего-то хочу.

Я обхватываю его член, подушечкой большого пальца поглаживая головку, чтобы собрать капельку влаги.

– Это… – Он стонет мне в шею, и этот отчаянный звук посылает пульсацию прямо к моему клитору. – Это то, чего я хотел больше всего.

Я и не знала, что могу так на кого-то подействовать. Подействовать на него.

Исайя – опытный мужчина, а это всего лишь легкое прикосновение.

– Твоя рука, – выдавливает он. – Черт возьми, я мечтал об этом, Кенни. О твоих губах. О том, что у тебя между ног. Держу пари, там ты такая же идеальная, как и всё остальное в тебе, правда?

Исайя прижимается ко мне сильнее, и, только когда он проводит своим членом по всей длине моей ладони, я точно понимаю, какого он размера.

Господи Иисусе.

– Тебе нравится? – спрашиваю я.

– Заткнись, – напряженно смеется Исайя и снова отчаянно льнет к моей руке. – Из-за тебя у меня каменный стояк, и ты это знаешь. Ты это чувствуешь.

Мои щеки горят, но я не могу удержаться и отвечаю ему:

– У меня никогда не было возможности спрашивать, и я просто хочу убедиться, что тебе нравятся мои прикосновения.

Исайя замирает – перестает двигать бедрами, но не задает никаких смущающих меня наводящих вопросов. Он отрывает голову от моего плеча и внимательно смотрит. В его карих глазах светится понимание, а я при этом не чувствую себя глупой или неопытной.

– Я никогда по-настоящему не обсуждала подобные вещи, – продолжаю я. – У меня никогда не было мужчины, с которым я могла бы общаться.

– Ну, Кенни, ты с первого раза делаешь все идеально. Ты чертовски идеальна.

– Но скажи, что я могу сделать, чтобы тебе было еще лучше. Я хочу научиться.

Он качает головой, посмеиваясь надо мной: я ничего не могу с собой поделать, но хочу быть лучшей. И да, очевидно, это относится и к работе рукой.

– Ты могла бы обхватить чуть крепче, если хочешь.

Именно так я и поступаю.

– Что еще?

– Мне нравится, когда ты уделяешь внимание головке.

Я снова обвожу, распределяя влагу, потом смачиваю ею ладонь и провожу вниз.

– М-м-м, – стонет он. – Вот так, детка.

Тело Исайи напряжено, дыхание поверхностное. Кажется, он близок к финалу, но еще слишком рано. Я не хочу, чтобы все закончилось прямо сейчас.

Как бы мне ни нравилось прикасаться к нему, я хочу, чтобы и он прикасался ко мне.

Словно читая мои мысли, Исайя накрывает мою руку своей, останавливая.

– Так я кончу слишком быстро, а мне хочется доставить тебе такое же удовольствие, как ты даришь мне. – Его нежные губы встречаются с моими. – Разрешишь доставить тебе удовольствие, Кенни?

Я энергично киваю в ответ и получаю нежную мальчишескую улыбку в ответ.

Исайя обхватывает мои ягодицы, притягивая вплотную к себе. Его пальцы играют со швом на моих легинсах – до боли близко к тому месту, где они нужны мне больше всего, в то время как губы спускаются вниз по моей шее, ключице и груди и скользят по ткани лифчика.

– О, – выдыхаю я, когда он проводит языком по кружеву, создавая восхитительное трение на моем напряженном соске. – Да, мне это нравится.

Его тихий смешок раздается над самым ухом, и он повторяет это движение, накрывая ртом весь сосок.

Черт побери!

– Это нужно снять. – Он прижимает гладкую ткань к моей коже и, прежде чем засунуть руку в трусики, обхватывает мою ягодицу ладонью, слегка сжимая.

На мгновение я застываю в нерешительности.

Исайя переворачивает меня на спину и прокладывает по моему животу дорожку из поцелуев и касаний языком.

– Кен, скажи, чтобы я остановился.

– Нет.

Он улыбается и стягивает с меня легинсы впечатляюще плавным движением. Присев, снимает их с моих лодыжек и бросает на пол.

– Такого же цвета. – Его внимание сразу же возвращается к моим стрингам в тон. Он проводит большим пальцем по резинке.

Да, именно.

И теперь ему ясно, что, когда я пришла сюда, у меня был план.

Хотела ли я оказаться в его постели, когда постучала в его дверь? Да.

Была бы я не против, если бы мы не раздевались и просто ели спагетти у него на диване, как будто я пришла, чтобы просто провести с ним время? Определенно.

И в этом кроется огромная проблема.

Но прямо сейчас я не могу об этом думать, потому что огромный бейсболист в буквальном смысле отвлекает меня, покрывая мой живот страстными поцелуями,