Что-то в тебе - Дж. Натан

Нелегко отталкивать его, но в наших отношениях плохое перевешивало хорошее, а я просто не могла возиться с этим в своей жизни.

— Все хорошо?

Я отвернулась и уставилась в окно, пытаясь сдержать слезы, готовые скатиться по щекам.

— Сказала все, что хотела.

— Тебе легче? — В голосе Кендалл слышалось замешательство.

— У меня оранжевые волосы, я могу оказаться в тюрьме, и только что попросила парня, в которого начала влюбляться, держаться от меня подальше.

На мгновение она замолчала, наверное, обдумывая мои слова.

— Так это «да»?

Я взглянула на нее.

Кендалл разразилась смехом, понимая, какие дерьмовые выходные у меня выдались.

Я тоже рассмеялась, потому что вторым вариантом оставалось падать духом, а Шей Миллер не падала духом. Она шла с высоко поднятой головой и смелым выражением лица, несмотря на то, как было больно в душе.

ГЛАВА 32

Кейсон

В тошнотворно плохом состоянии я сидел на краю кровати, заламывая руки. Какого хрена только что произошло? Слова Шей по кругу воспроизводились в моей голове, ударяя меня под дых так же, как и она ударила Кору. Она может сесть в тюрьму. Господи, ее волосы. Ее чертовы оранжевые волосы. Как все так вышло из-под контроля?

Тайер встал в дверях в мою комнату. Он точно слышал все, что произошло. Черт, он-то и впустил Шей. Ему пришлось увидеть ее волосы. Ему пришлось услышать ее слова. Ему пришлось увидеть ярость, которую я создал.

— Ну, теперь ты знаешь.

— Что? — рявкнул я.

— Как выглядят последствия твоих действий, — прояснил он.

Я нахмурился — не нравилось мне, к чему он вел.

— Ты хоть раз задумывался о людях, которых использовал все эти годы, чтобы добиться желаемого?

— Чувак, следи за собой.

— Я твой лучший друг, Кейсон. Если я не могу такое сказать, то кто может?

Хоть и противно такое слышать, я не знал, что еще делать, кроме как выслушать его. Как бы сильно Шей ни считала, что мир вокруг нее рушился, я ощущал то же самое.

— До сих пор эгоизм помогал тебе, — сказал Тайер. — Но в этом году ты перешел все границы. А теперь ты ранил ту, которая совершенно не заслуживает быть раненной. Она попала под перекрестный огонь битвы, которую не начинала. Бро, это нечестно. Просто нечестно.

Мои щеки горели, стиснув зубы, я скрежетал ими так сильно, что челюсть заболела.

— Ты думаешь, я, черт возьми, этого не понимаю?

Мою злость вызвало не то, что Тайер влез не в свое дело, а то, что он прав. Шей не из тех, кем можно пользоваться. С ней это уже сделала жизнь. А что при первой возможности сделал я? Твою мать, я шантажировал ее и потом использовал, чтобы побесить Кору. Я должен был включить голову, но видел перед собой только способ получить то, чего сам хотел. И хотя наши с Шей отношения изменились, она все равно расплачивалась за то, что я натворил ранее. Тайер попал в точку. Я кусок дерьма.

— Знаю, отстойно такое слышать, — продолжил он. — И я даже не виню тебя, потому что до сих пор тебе помогало такое отношение. Но, бро, серьезно. Как долго ты бы смог ставить себя превыше других людей?

— Я больше так не делал. Я делал все ради Шей.

— Ты рассказал ей, что Кора приехала в Солт — Лейк — Сити?

— Нет.

— Тогда ты ничего не делал ради нее. Ты скрыл это от нее. А такое никогда хорошим не заканчивается.

— Она бы обиделась, или расстроилась, или даже не знаю что. Черт, лучше казалось просто не говорить.

— Ты и сейчас так считаешь? Судя по всему, так и есть.

Я запустил пальцы в волосы.

— Ну и что мне теперь делать? — спросил я, пытаясь избавиться от осознания, что я не только потерял Шей, но и просрал ее будущее — единственное, что волновало ее в этом мире. Вскочив на ноги, я подошел к комоду и натянул на себя черную толстовку и темные джинсы.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Мне нужно туда.

— Она сказала оставить ее, — прокричал он, когда я бежал вниз, понимая, что необходимо делать.

Да. Именно так.

Я запрыгнул в джип и поехал к общежитию Шей, проносясь мимо знаков остановки, поскольку в час ночи улицы пустовали и мне нужно многое сказать. Я понимал, что Шей не захочет видеть меня. Я понимал, что она считала меня виноватым во всем.

С визгом затормозив перед общежитием, я припарковал джип, забив на то, что стоял он в неположенном месте. Это меньшая из моих проблем. Выпрыгнув из машины, понял, что у меня нет пропуска, а это значит, что я не зайду.

Твою мать.

Я подошел к окну комнаты на первом этаже. Шторы задвинуты, свет выключен, но я все равно постучал и стал ждать, оглядываясь, чтобы удостовериться, что со стороны это не выглядело так, словно я полезу в окно. Да и окно откидное, так что я не пролезу. Я снова постучал, надеясь, что стук разбудил живущего в комнате. Наконец, шторы раздвинулись, и на меня посмотрела девушка. Я догадался, что был не первым, кто стучал в ее окно, чтобы им посреди ночи открыли дверь.

— Сможешь открыть мне дверь? — Я одарил ее улыбкой, которая обычно давала мне желаемое.

Она пристально смотрела на меня — по выражению лица казалось, что девушка готова убить меня, — но потом закатила глаза и скрылась.

Это еще что значит? Она впустит меня?

Спустя пару секунд я услышал, как открылась входная дверь. Я поспешил к ней.

— Спасибо, — поблагодарил я, а она отвернулась от меня и отправилась в комнату.

Перешагивая через две ступени за раз, я поднялся на третий этаж, заколотил в дверь и стал ждать, схватив руками дверную раму. Пульс участился, пока я ждал. Вдруг я услышал шаги и задержал дыхание, обуздывая бурлящие во мне эмоции.

Замок щелкнул, и дверь приоткрылась. Я протиснулся в комнату и закрыл за собой дверь.

— И почему ты так долго? — спросила Кора с повязкой на носу и густым макияжем, которым пыталась скрыть черные синяки под глазами.

ГЛАВА 33

Шей

Я прогуляла пары в понедельник. Услышав историю о произошедшем, мама Кендалл оплатила мой поход в салон, где моим волосам вернули их естественный цвет. В обычных условиях я бы отказалась от такой дорогой помощи, но отчаянные времена требовали отчаянные меры. И как бы сильно мне не нравилось доказывать, что я могу ходить