Высокомерный наследник - Мишель Хёрд

— Скоро Хэллоуинский бал, — замечает Фэллон. — Есть добровольцы помогать с декорациями?

— Ни за что на свете! — тут же протестует Джейд. — Я видела, как ты мучилась с балом первокурсников. Я на такие пытки не подпишусь.

Фэллон переводит взгляд на меня, и я указываю на Джейд.

— ППКС (подпишусь под каждым словом).

— Привет, Мила! — вдруг возникает рядом Джессика. — Просто хотела сказать, что я была в абсолютном ужасе, когда узнала, что с тобой случилось. Надеюсь, ты скоро поправишься.

Я изо всех сил стараюсь не смотреть на нее волком, но получается плохо.

— Как мило с твоей стороны.

Чтоб ты провалилась, дрянь.

На мгновение Джессика ухмыляется, прежде чем переключить внимание на парней.

— Привет, ребята, выглядите как всегда отлично.

Ноа смотрит на нее пронзительно и холодно, а Као даже не поднимает головы.

— В общем, — тянет она, — Фэллон, увидимся на собрании комитета по декору, ладно?

Прежде чем Фэллон успевает ответить, Джейд подается вперед и говорит: — Если ты закончила подлизываться и портить мне обед, можешь быть свободна. Я бы хотела спасти остатки своего аппетита.

Фальшивая улыбка сползает с лица Джессики.

— Джейд, общение с тобой — это всегда такое «удовольствие».

— Кто-нибудь, держите меня, — рычит Джейд.

Я инстинктивно тянусь к ней и кладу руку ей на предплечье.

Только через секунду до меня доходит, что я сделала. Мои глаза медленно опускаются к месту, где я касаюсь Джейд. Губы приоткрываются, и меня затапливает волна невероятного облегчения.

Я только что вернула себе что-то драгоценное.

Еще одно простое прикосновение.

Я смотрю на Джейд и вижу, что она наблюдает за мной очень внимательно. Широкая улыбка расплывается по моему лицу, и я легонько сжимаю ее руку, прежде чем убрать свою.

Я даже не замечаю, как уходит Джессика. Мне плевать на нее, я смотрю на своих друзей. Они все видели это прикосновение, и у всех на лицах такие же огромные улыбки.

Маленькие победы, Мила. Каждая из них на счету.

ГЛАВА 23

ДЖЕЙС

Прошло четыре дня с тех пор, как я вернулся к занятиям, и Мила, кажется, с каждым днем чувствует себя лучше. Она чаще улыбается, к ней вернулся аппетит. Каждый ее маленький шаг на пути к прежнему «я» — это победа, от которой в моей груди растет гордость.

Я решил повременить пару дней, прежде чем возобновить свои еженедельные визиты к деду. Сегодня пятница, и обычно мы бы отправились в клуб, но это последнее место, куда мы вернемся в ближайшее время. Вместо этого мы решили провести тихий вечер дома и поиграть в «Pictionary» (игру, где нужно угадывать слова по рисункам). Хана устанавливает доску, а Ноа и Као приносят закуски и напитки.

Мы разбились на пары. Ухмыляясь Миле, я спрашиваю: — Насколько хороши твои навыки рисования?

Она качает головой.

— Я рисую просто ужасно. По полной программе.

Я усмехаюсь, обнимаю ее за шею, притягиваю к себе и целую в висок:

— Мы всех порвем.

Когда все готовы, начинают Фэллон и Као. Я переворачиваю песочные часы, и Фэллон начинает рисовать круг.

— Мяч? — гадает Као.

Фэллон качает головой и продолжает рисовать разные круги, от которых словно откушены куски.

— Друг, ну же, — подначиваю я Као.

— Луна! — орет он так, будто открыл лекарство от рака.

Фэллон исполняет победный танец и передает маркер Джейд.

Когда наконец настает очередь Милы, она секунду смотрит на доску, а затем мои глаза округляются, потому что она рисует нечто, чертовски похожее на член в момент оргазма.

— Серьезно? — спрашиваю я. Я заглядываю в коробку с игрой. — Это какая-то версия «18+»? Потому что всё, что я вижу — это член, который кончает.

— Что?! — вскрикивает Мила. — Не-е-ет!

Она начинает лихорадочно добавлять точки над «головкой».

Я смеюсь.

— Всё равно похоже на оргазм.

— Время! — кричит Хана.

Мила смотрит на свой рисунок, а затем переводит на меня возмущенный взгляд.

— Это фейерверк!

Я взрываюсь хохотом.

— В принципе, одно и то же, детка.

Качая головой с широкой улыбкой на лице, она садится рядом со мной, бормоча: — Вечно у тебя одни пошлости на уме.

Придвинувшись ближе, я шепчу ей: — Ага, и все они ведут к тебе.

Мила резко вскидывает глаза на меня, и я вижу в них замешательство — она пытается разгадать смысл моих слов. Весь этот за неделю она часто так на меня смотрит: будто собирает пазл, в котором не хватает одной важной детали.

Скоро, детка. Скоро.

Влечение вернулось, и оно в миллион раз мощнее, чем до нападения. Каждый раз, когда я касаюсь ее, мне приходится концентрироваться, чтобы не сжать руку слишком сильно. Когда я целую ее, мне требуется вся сила воли, чтобы не поддаться желанию буквально поглотить ее. Эти «легкие и нежные» нежности убивают меня, но я не отступлю, пока Мила не будет готова.

МИЛА

Мне кажется, я теряю связь с реальностью. Из-за того, что все взгляды прикованы ко мне, узел в груди затягивается с каждым днем всё туже. Впрочем, притворяться становится легче, и это работает — мои друзья вернулись к своим обычным делам.

Даже Джейс снова стал прежним. Ну, почти.

Вместо того чтобы целовать меня в лоб, он теперь целует меня в губы, и я не знаю, как к этому относиться. Не хочу накручивать себя, но каждый раз задаюсь вопросом: не делает ли он это из жалости? Я не хочу, чтобы Джейс меня жалел.

А остальная «Тринити»? Они продолжают пялиться и шептаться. Прошла неделя, а у них до сих пор не появилось новой темы для сплетен. Это изматывает. А еще Джессика с ее вечными взглядами и всезнающей ухмылкой на глупом лице.

Я вздыхаю, сидя рядом с Джейсом в машине. Мы едем в головной офис «CRC Holdings» на встречу с мистером Катлером, отцом Ханы. Он ведет дело против Джастина и должен меня опросить. От этой мысли узел в груди сжимается еще сильнее.

Там будут мама и папа. Во время их ежедневных звонков я чувствовала их тревогу и всё это время избегала встреч. Надеюсь, сегодня мне удастся убедить их, что я полностью поправилась.

Джейс паркует машину на VIP-стоянке. Я выхожу и обхожу автомобиль. Он берет меня за руку, и я впитываю ощущение его сильных пальцев.