Высокомерный наследник - Мишель Хёрд

Боже, как мне будет этого не хватать. Его голос действует на меня магически, он единственный способен прогнать мой страх. Две недели назад я была полна решимости отдалиться от него, а теперь он для меня — всё. Будет так больно отпускать его, когда он решит вернуться к своему образу жизни плейбоя.

Мы поднимаемся на лифте на верхний этаж. Когда двери открываются, секретарь за стойкой приветствует нас.

— Мистер Рейес, мисс Уэст, мистер Катлер ждет вас в главном зале заседаний.

Джейс кивает ей. Он ведет меня по стильному коридору в комнату с огромным столом из красного дерева.

Мой отец тут же вскакивает со своего места рядом с мистером Катлером и быстро идет ко мне.

— Моя красавица, — он любяще улыбается, заключая меня в объятия.

Сердце начинает биться быстрее, но, натренировавшись за эти дни, я не даю тревоге прорваться наружу и обнимаю отца в ответ.

— Я скучала, — шепчу я ему в плечо.

Когда он отстраняется и держит меня за плечи, чтобы осмотреть, я улыбаюсь еще шире. Я вижу, как беспокойство исчезает из его глаз. Поняв, что одного родителя я убедила, я поворачиваюсь к маме и крепко обнимаю ее. Внутри всё сжимается, но я заставляю себя вести себя как обычно.

— Привет, мамуля, — шепчу я.

Она слегка отстраняется и, приложив руку к моей левой щеке, целует меня в правую.

— Как ты себя чувствуешь?

— Отлично, — вру я. — Я уже догнала всю учебную программу.

Мама бросает взгляд на Джейса, и он подтверждает.

— Миле гораздо лучше.

Я здороваюсь с мистером Катлером, пока Джейс общается с моими родителями, и мы садимся. Я оказываюсь между мамой и Джейсом, а папа и мистер Катлер сидят напротив.

Мистер Катлер указывает на камеру на столе.

— Ты не против, если мы запишем эту встречу, Мила?

— Нет, сэр. — Я поправляю одежду, пока он нажимает кнопку записи.

— Назови свое полное имя для камеры, пожалуйста.

— Мила Уэст. — Я облизываю пересохшие губы.

Мистер Катлер ободряюще улыбается. У него такой же спокойный характер, как у Ханы, и это немного меня успокаивает.

— Расскажи своими словами, что произошло в ночь на 25 сентября?

Сделав глубокий вдох, я расправляю плечи и сцепляю руки под столом, стараясь максимально отгородиться от собственных воспоминаний. Я прочищаю горло и монотонно, как робот, пересказываю события той ночи. Закончив, я медленно выдыхаю.

Мистер Катлер заглядывает в бумаги.

— Ты употребляла алкоголь в ту ночь?

Черт.

Я бросаю взгляд на отца и киваю.

— Я выпила один коктейль. Я не знала, что в нем был алкоголь, пока не попробовала. — Чувствуя необходимость объясниться, добавляю: — Это был напиток одного знакомого.

— Ты принимала какие-либо наркотические вещества?

Я качаю головой. Когда наши взгляды встречаются, твердо отвечаю: — Нет, не принимала.

Вопросы продолжаются, и мне становится всё труднее дистанцироваться от этого кошмара. Я тянусь к бутылке воды, делаю глоток, приказывая своему сердцу не дрогнуть. Мне просто нужно продержаться сегодня, чтобы никто не догадался, что всё это — лишь игра.

Ты сможешь, Мила. Ради Джейса и семьи.

ДЖЕЙС

Мила выглядит спокойной, отвечая на один вопрос за другим. Я смотрю на миссис Уэст и вижу на ее лице нескрываемое облегчение. У мистера Уэста, сидящего напротив, с лица не сходит любящая улыбка, он ни на секунду не отводит глаз от дочери.

Дядя Лейк бросает на меня взгляд, который заставляет меня нахмуриться. Кажется, он пытается что-то мне сообщить.

— Давайте сделаем перерыв, — говорит дядя Лейк. Он встречается со мной взглядом, прежде чем извиниться: — Я скоро вернусь.

Я отодвигаю стул и встаю.

— Я вернусь через пять минут.

Мила кивает и расслабляется в кресле.

Выйдя из зала, я иду за дядей Лейком по коридору, пока мы не оказываемся вне зоны слышимости.

— Что случилось? — спрашиваю я.

— Я уже поговорил об этом с родителями Милы. Семья Грин и их адвокат скоро будут здесь. Джастин попросил о разговоре с Милой. Он хочет извиниться.

— Блядь, нет! — рявкаю я, тут же осознав, что выругался при дяде. — Прости, дядя Лейк, но нет. Ни за что я не подпущу его к ней.

Дядя Лейк сжимает моё плечо.

— Джейс, это не тебе решать. Логан и Миа сейчас обсуждают это с Милой. Это ее выбор.

— Так вот зачем ты выманил меня из офиса? — злюсь я.

Я разворачиваюсь, чтобы влететь обратно в зал, но дядя Лейк преграждает мне путь. Прижав руку к моей груди, он заставляет меня остановиться.

— Это решение Милы, Джейс. Тебе нужно успокоиться. Речь не о твоих чувствах. — Он глубоко вздыхает. — И честно говоря, я думаю, это пойдет ей на пользу. Не каждый пострадавший получает извинения. Возможно, это поможет ей окончательно закрыть эту главу.

Я сверлю дядю взглядом, крайне недовольный. Черт. Но он прав. Решать должна Мила.

Возвращаясь в зал, я делаю глубокий вдох. Не знаю, что я натворю, если Мила согласится увидеть этого ублюдка.

Вхожу в кабинет, и мой взгляд тут же находит Милу. Она всё еще

спокойна. Интересно, заговорили ли родители с ней о Джастине? Я сажусь, накрываю своей ладонью ее руки, лежащие на коленях, и слегка сжимаю их.

Дядя Лейк садится на место и, глядя на Милу, говорит: — Грины будут здесь через пятнадцать минут. Ты решила, встретишься ли ты с ними, Мила?

— Нет, еще не решила. — Она высвобождает руки и тянется к воде.

Она реально об этом думает?

Я наклоняюсь к ней, ловя ее взгляд.

— Ты не обязана этого делать.

— Я знаю. — Она дарит мне успокаивающую улыбку. — Но я хочу оставить это испытание позади. Встречусь ли я с ним в суде или здесь — рано или поздно это придется сделать.

Черт. Это неправильно. Я качаю головой и откидываюсь на спинку кресла.

Мила выпрямляется, выше задирает подбородок и в этот момент выглядит как могущественная богиня.

— Я встречусь с Джастином, — произносит она.

И впервые в жизни я чувствую себя слабым на ее фоне.

ГЛАВА 24

МИЛА

Мое сердце, только что бешено колотившееся в груди, затихает до едва слышного шепота, когда мои глаза встречаются с глазами Джастина.

И я снова там — лежу, сломленная, на холодной земле.

Я