Красный зайчик - Девин Риверс

— О боже, — простонала я.

— Не двигайся, или я тебя за это накажу, — произнес он напряженным голосом. Я задрожала и попыталась не шевелиться. Дыхание вырывалось короткими рывками, а все тело оживало от ощущений. Его пальцы ласкали мой сосок, и я скулила от нетерпения, когда удовольствие простреливало по телу. Я чувствовала, что становлюсь еще более мокрой вокруг его члена, и знала, что он тоже это ощущает: он тихо выругался сквозь зубы, и я почувствовала, как он пульсирует внутри.

Мы оставались в таком положении, пока мне не стало казаться, что я сейчас умру, если немедленно не получу трения. Меня трясло; я раздумывала, стоит ли наказание того. Я сжала свою киску вокруг него, и он шлепнул меня по бедру. Я зашипела, но даже это обострило удовольствие.

Я сделала это еще раз, и он снова шлепнул меня. Я видела, как на моей ноге проступает отпечаток его ладони, и мой разум снова закоротило. Я замялась и подавила стон.

Нет. Нет. Мне не могло это нравиться. Я не должна позволять ему делать это со мной. Он ущипнул меня за клитор, я взвизгнула и задергалась.

— Прекрати... прекрати, — взмолилась я, уткнувшись лицом ему в шею.

— Хватит думать, — рявкнул он.

— Хорошо, — ответила я, задохнувшись на этом слове.

Я расслабилась, и его пальцы начали двигаться медленными кругами, поднимая меня все выше. Я перестала думать и сосредоточилась на ощущении того, как его твердая длина заполняет меня изнутри. Его вторая рука скользнула вверх по моему животу и соблазнительно сомкнулась на горле. Я чувствовала, как мой пульс бьется о его пальцы.

Он до сих пор ни разу меня не поцеловал, но теперь его губы захватили мои. Это был властный поцелуй; он требовательно вовлек мой язык в игру, и я поймала себя на том, что не могу сопротивляться и отвечаю ему. Его рука сжалась на моей шее, а пальцы продолжали ласкать мой клитор, пока я не начала стонать прямо в его губы. Я ничего не могла поделать с тем, что мои бедра пытались двигаться, и в конце концов он позволил мне тереться об него; он нежно прихватил мою губу зубами и ускорил движение пальцев на моем клиторе. Я чувствовала, как стремительно приближается грань, но я не была готова. Напряжение было невыносимым, в голове царил хаос, хотя тело твердило, что мне пора сорваться в пропасть.

Он двинул бедрами, и с одним последним толчком внутрь меня все мое тело разлетелось на куски. Я терлась о него в оргазме, моя киска сжимала его член, пока его пальцы проводили меня сквозь волны разрядки. Я кричала, когда удовольствие пронзало меня насквозь, и прижималась к нему, пытаясь найти место, куда бы деться всем моим осколкам. Я не могла расшириться достаточно быстро, чтобы вместить все это.

Его рука снова сжалась на моей шее, удерживая меня на месте, пока я жадно глотала воздух, и я открыла глаза, чтобы увидеть, как он смотрит на меня пылающим взглядом. Как раз в тот момент, когда я достигла очередного ошеломляющего пика, я почувствовала, что он кончает вместе со мной; его руки обвили меня, он мощно толкнулся бедрами мне навстречу и застонал, отдаваясь собственному оргазму.

После этого мы оба откинулись на спинку кресла, моя голова упала ему на плечо, и он вышел из меня. Я все еще была в оцепенении и тихо простонала от потери его тепла. Его сперма вытекала из меня, и его рука скользнула по моему бедру, чтобы лениво подхватить ее и протолкнуть обратно внутрь.

Его пальцы погрузились в мою и без того чувствительную киску, и я попыталась свести ноги, спасаясь от переполняющих ощущений, когда по телу пробежала дрожь. Его пальцы задели какую-то точку внутри меня, и внезапно оргазм ударил меня сильно и быстро; я вскрикнула, вцепившись в подлокотники кресла, содрогаясь на его груди.

— Блядь, — выдохнула я. Я услышала его смешок; он поднес свои пальцы к моим губам и протолкнул их мне в рот.

— Что ж, это было неожиданно, — сказал он. — Соси.

Я обсосала его пальцы, чувствуя вкус нас обоих, смешанный воедино. Я ненавидела себя за мысль о том, что это было возбуждающе.

— Нагнись над кроватью, — приказал он.

Я соскользнула с его коленей и сделала то, что он велел. Он подошел сзади и раздвинул мне ноги. Я не понимала, что он делает, пока его руки не раскрыли меня, а палец не скользнул от киски выше, размазывая нашу сперму вокруг моей задницы.

Я замерла. Я никогда раньше этого не делала. Даже с Тайлером.

Я попыталась обернуться, но он шлепнул меня по заднице и положил руку на поясницу, чтобы я не вырывалась.

— Когда-нибудь делала это раньше? — спросил он.

— Нет, — нервно ответила я.

Мое тело было натянуто как струна, я едва могла дышать. Он взял смазку с тумбочки, и она капнула мне на ягодицы. Он провел большими пальцами вверх по моей киске, а затем по анусу, и я не могла не напрягаться каждый раз, когда он прикасался ко мне там.

— Тебе придется расслабиться, — тихо сказал он.

— Ты... ты сделаешь мне больно? — заскулила я, чувствуя, что вот-вот

расплачусь. Я до ужаса боялась делать это с кем-либо, не говоря уже о человеке, которому не доверяла.

— Если будешь делать то, что я говорю, я не буду груб.

Он продолжал массировать, и я пыталась расслабиться, но вздрагивала каждый раз, когда он проводил по мне пальцем. Его большой палец надавил на меня, и я зашипела от незнакомого ощущения.

— Расслабься, — пробормотал он.

Его большой палец погрузился до первой фаланги, просто потирая меня изнутри. Я пыталась расслабиться, но из-за страха это давалось с трудом, и я не была уверена, приятно мне это или нет. Через минуту он вытащил большой палец и заменил его двумя. Он медленно протолкнулся внутрь, и я пискнула от давления. Он добавил еще смазки, а затем начал двигать только этими двумя пальцами, почти полностью вытаскивая их и вталкивая обратно, в то время как большой палец массировал снаружи. Затем возникло невероятное давление.

— Нет, нет... — взвизгнула я, пытаясь вывернуться.

— Я собираюсь трахнуть тебя в задницу, девочка моя, но насколько больно это будет, зависит от тебя. — Я замерла, сжимая простыни побелевшими костяшками пальцев, парализованная его угрозой.

Он добавил третий палец и протолкнул их внутрь. Он сделал паузу, и когда я так и не расслабилась, он с силой толкнул руку вперед. Я вскрикнула, когда боль пронзила