Никогда больше - Дана Мари Белл

Мойра. Обе ее пары сосредоточенно смотрели на стол, но, судя по их трясущимся плечам, они общались друг с другом в привычной для них молчаливой манере.

Эйлин пристально посмотрела на обоих мужчин, прежде чем мило улыбнуться дочери.

— Шоколадный торт, яблочный крамбол с мороженом и…, — она посмотрела на Рейвена и Аманду, — …банановый пудинг.

Рейвен опустился пониже на сиденье, удобно прижавшись своим стояком к руке Аманды.

— Звучит заманчиво.

— Мм, яблочный крамбол. — Мойра радостно потерла руки. — Мне нравится твой яблочный крамбол, ма.

Эйлин расслабилась от похвалы дочери.

— Спасибо, милая. Я приготовила его, думая о тебе.

Мойра радостно заплясала на своем месте.

— Да!

Эйлин вышла из комнаты, и Дункан потерял самообладание. Он уронил голову на стол и покатился со смеху.

Джейден ухмыльнулся.

— Она не сказала тебе, почему любит яблочный крамбол, не так ли? — Он приподнял брови, не обращая внимания на то, как Шон Данн внезапно впился в него взглядом. — Видишь ли, в тот раз Мойра склонилась над…

— Парень, на твоем месте я бы на этом остановился. — Шон встал и пошел к жене на кухню, но Рейвен успел заметить искорки смеха на лице мужчины.

— Что? — Джейден всплеснул руками, когда Мойра ударила его. — Я не собирался вдаваться в подробности!

— Все идет не совсем так, как я планировала, — пробормотала Аманда, когда Мойра и Джейден начали препираться, как маленькие дети.

— Вот что ты получаешь за то, что сосешь мамину морковку. — Лео моргнул. — О боги, звучит как-то неправильно.

Весь стол разразился смехом, и Рейвен, сам того не желая, обнаружил, что присоединился к ним. Рука Аманды переместилась на более безопасное место на его бедре, но она высказала свою точку зрения. Не раскрываясь и ничего не говоря, она была готова к тому, что он ей предложил.

Рейвен позже покажет ей, каково это — заниматься любовью с Лордом Вороном, но сейчас у него был другой десерт, которым он мог поделиться с ней.

Вернулись Эйлин и Шон, каждый с тарелкой в руках.

— Что происходит? — Эйлин поставила банановый пудинг в нелепой близости от Аманды и Рейвена. — Хочу ли я знать?

Шон похлопал жену по спине, проходя мимо нее.

— Нет. Вовсе нет, дорогая.

— Хм. — Эйлин окинула всех одинаковым взглядом, прежде чем вернуться на кухню.

— Ради всего святого, передай мне этот чертов пудинг, — пробормотала Аманда.

Рейвен зачерпнул ложкой большую порцию и положил на свою десертную тарелку.

— Ешь, милая.

Она наклонила голову.

— Что бы ты сказал, если бы я сказала, что это выглядит как…

— Аманда! — Из кухни отчетливо донесся крик Эйлин, и смех, который начал было стихать, возобновился.

Аманда подмигнула ему и, откусив огромный кусок, принялась слизывать его с ложки со злобной ухмылкой.

***

Теперь, когда время пришло, Аманда обнаружила, что странно нервничает. И вот она здесь, поднимается вслед за Рейвеном по лестнице в свою спальню, готовая позволить ему закончить связывать их воедино, и ее сердце бешено колотилось от страха и желания.

Это было оно. Это был мужчина, с которым она проведет остаток своей жизни. Долгую жизнь, если верить Рейвену.

Только когда она почувствовала его руку на своей щеке, она поняла, что они стоят перед ее дверью.

— Нам пока не обязательно это делать.

Она подняла на него глаза, увидела искренность в его взгляде и улыбнулась.

— Да, конечно. — Она поцеловала его руку и, обойдя его, открыла дверь. — Заходи.

Рейвен кивнул и последовал за ней, тихо прикрыв за собой дверь.

— Иди сюда.

Она расслабилась, вздохнув, когда он крепко обнял ее, жажда его прикосновений была такой сильной, что она чуть не заплакала. Если это желание мучило Руби до того, как они с Лео сблизились, то это только раз и навсегда доказало, насколько сильной она всегда знала Руби, потому что это было ужасно.

Рейвен поцеловал ее, медленно соединяя их губы, стараясь, чтобы это было нежно и сладко, когда он задирал ее свитер. Он погладил кожу на ее спине и начал пятиться к кровати, осторожно ступая на ту сторону, на которой она спала с тех пор, как приехала. Он опустил ее на матрас, согнув колени и свесив ступни с края.

Рейвен прервал поцелуй и опустился перед ней на колени, чтобы снять с нее туфли. Он поцеловал верхнюю часть ее ступней, затем погладил икры, поднимаясь выше, пока не достиг коленей. Их он тоже нежно поцеловал, прежде чем склониться над ней и задрать юбку до талии.

— Ложись на спину, милая.

Аманда задрожала от решимости в его глазах, от того, с каким голодом он смотрел на ее прикрытую тканью киску. Когда он облизал губы, она застонала и, подчинившись его приказу, легла.

Он стянул трусики с ее ног, полностью снимая их с нее. Он осторожно раздвинул ее ноги и наклонил голову.

— Вот дерьмо, — проворчала Аманда. Черт, это было так приятно. Его язык был теплым и влажным, он ласкал ее киску медленными, легкими движениями. Он не забывал касаться ее клитора при каждом прикосновении, дразня ее тем, каково это было бы, если бы он сосредоточился исключительно на этой области. Но ощущение того, как он просовывал свой язык внутрь нее только для того, чтобы вытащить его, потянув вверх, сводило ее с ума.

Он даже не стал утруждать себя этой ерундой с «азбукой по буквам». Он просто лизал, и лизал, и лизал, пока она не начала извиваться на кровати, отчаянно желая, чтобы он взял в рот ее пульсирующий клитор и пососал.

Наконец с нее было достаточно. Она схватила его за уши и подвела туда, куда ей хотелось. Не обращая внимания на его мрачный смех, она села ровно настолько, чтобы снять свитер и отбросить его за спину.

Она выгнула спину, когда он, наконец, взял в рот ее клитор, посасывая его так, словно он был сделан из карамели. Она еще шире развела бедра и вздохнула, когда он сжал их и широко раскрыл ее.

Аманда вскрикнула, когда оргазм пронзил ее, и перед глазами у нее все потемнело от его силы. Она все еще дрожала, когда Рейвен отодвинулся от ее бедер, снимая обтягивающую футболку с длинными рукавами, открывая ее голодному взгляду свое восхитительное тело. На груди у него была большая татуировка в виде ворона. Он был в полете, расправив крылья и просунув голову между ними. Его когти были вытянуты, как будто он заходил на посадку. Татуировка была такой большой, что закрывала грудь, а нижнее крыло почти касалось пупка. Ей хотелось лизнуть его, прикоснуться к нему,