Вдох-выдох - Сара М. Росс

Не то чтобы он в Лос-Анджелесе или даже в Нэшвилле пытается сделать себе имя. Он не участвует в «Grand Old Opry» (одна из старейших американских радиопередач в формате концерта в прямом эфире) или что-то в этом роде. Он играет в забегаловках. Места, куда ходят грустные горожане-алкоголики, чтобы избегать своих жен. Как его заметят?

Я выдохнула. Мне нужно было много подумать, прежде чем я бы решила, каким будет мой следующий шаг.

— Я собираюсь прогуляться и немного подумать. — Я встала и скользнула в туфли.

— Джиллиан, знаю, что у тебя сейчас в голове. Но я хочу, чтобы ты помнила следующее: выберешь ли ты Кристиана, или того другого парня, или ни одного, что бы ты ни придумала, решение за тобой. Сейчас время быть эгоистичной, потому что это твоё будущее и твоя жизнь. И мы твои лучшие друзья, поэтому, несмотря ни на что, мы поддержим тебя.

Я вышла из комнаты, но не раньше, чем сделала еще один глоток. Независимо от того, к какому решению я приду, жидкая храбрость мне будет необходима.

Мой дом примыкал к начальной школе, поэтому я спустилась по небольшой грунтовой дорожке и направилась на спортивную площадку. Я села на центральные качели и осторожно оттолкнулась, выбрасывая ноги, пока не оказалась в воздухе. Я закрыла глаза и откинулась назад, так что моя голова оказалась ниже ног, перенеся весь свой вес на руки, которые цеплялись за звенья цепи.

Я раскачивалась взад и вперед, толкаясь всё выше и выше, пока мир, мои мысли и всё остальное не уплыли прочь.

— Подумал, что найду тебя здесь. — раздался в тишине голос Гранта.

Я села и остановилась. Грант подошел сзади и немного толкнул меня, всего несколько дюймов от земли.

— Откуда ты знал, что я буду здесь?

— Потому что ты рассказывала, что в детстве приходила сюда ночью, когда хотела побыть одна. Я запомнил. Я проезжал мимо твоего дома, пока твой телефон продолжал переключаться на голосовую почту. На крыльце стояли две девушки, но тебя там не было. Итак, я пришел сюда.

Я ухмыльнулся ему:

— Значит, ты пришёл сюда после того, как перепробовал всё остальное?

— Что-то в этом роде.

— А если ты знал, что я хочу побыть одна, почему ты здесь?

— Потому что я не очень хорошо соблюдаю правила.

Он остановил качели, нависая надо мной. Он стоял так, что его грудь касалась моей спины. Я запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Он наклонился и приблизил свои губы к моим. На мгновение я поддалась поцелую. Я позволила себе вложить в это всю себя и жить только настоящим моментом, к черту последствия.

Но только на минуту.

Я оторвала губы:

— Прости, Грант. Я не могу. Мне нужно время подумать. Нужно определиться, каким будет мой следующий шаг. И поцелуй с тобой искажает любое подобие нейтралитета, которое у меня есть при принятии решения.

Грант разочарованно выдохнул:

— Джиллиан, я пытаюсь понять, но не могу. Я тебе нравлюсь?

— Да.

— И ты хочешь посмотреть, куда нас это заведёт? Я и ты?

Я потерла виски.

— Всё не так просто.

— Почему? Из-за него? — Он выплюнул фразу, словно это был яд. — Он недостоин тебя. Он бездельник-неудачник, который никуда в жизни не продвинется. Ты должна знать это.

Моя кровь закипела:

— Ты ничего о нём не знаешь! Как ты можешь так высокомерно судить кого-то, кого ты никогда не видел?

— Но я видел! — Грант отошёл от меня и сел на карусель. — Я не хотел тебе этого говорить, но есть вещи, которых ты, по-видимому, о нем не знаешь. Он скрывает от тебя нехорошие вещи. Например, тот факт, что он закончил среднюю школу только после того, как заплатил мне, чтобы я изменил его оценки. Или то, что он продает травку нашим с тобой коллегам.

Я резко оттолкнулась от качелей, испортив резиновое покрытие на земле.

— Это просто смешно! Зачем тебе эта мелочность? Для чего придумывать про человека полнейшую чушь? Если ты действительно такой, то что ж, ты прав и нет никакого выбора. До свидания, Грант.

Я схватилась за край карусели, где он сидел, и толкнула её, вращая его по кругу. Быстро повернула обратно на грунтовую дорожку, ведущую к моему дому, но тут он перехватил меня за руки и остановил. Какое-то время ничего не говорил. Я видела бушующую войну в его глазах, как будто он хотел мне что-то сказать, но боялся. Я оттолкнула его руку и продолжила идти.

— Ревность тебе не к лицу, Грант. Мне жаль, что ты не добился своего, но я не собираюсь отказываться от четырехлетних отношений, поверив в твою ложь.

Он пнул землю, подбросил при этом несколько камней, и издал разочарованный гневный крик:

— Я не вру тебе, Кексик. Он кусок дерьма, неудачник. Он лжет тебе. Ты должна мне поверить.

Я повернулась к нему лицом, наши носы практически соприкоснулись. Я кипела:

— Он бы этого не сделал. Он не может лгать мне. И почему ты упорно называешь меня Кексиком? Меня зовут Джиллиан!

— Как скажешь, Кексик.

— Чёрт! Прекрати!

Он усмехнулся, как будто я была горьким привкусом у него во рту, и отвернулся.

— Хочешь знать, почему я продолжаю называть тебя Кексиком? Потому что, какой бы милой и соблазнительной ты ни была, в конце концов, ты не стоишь того, чтобы сводить на нет всю тяжелую работу, которую я проделал.

Я отпрянула, как будто он ударил меня. Ощущалось, будто ударил. Я увидела раскаяние в его глазах в следующее мгновение, но было слишком поздно. Он не мог взять слова обратно.

Я ничего не сказала и сдержала слезы, которые выступили. Я не позволю ему увидеть, как плачу. Он не заслужил моих слез. Я вырвалась из его рук и ушла, не сказав больше ни слова.

Глава 19

Грант

ТВОЮ МАТЬ!

Я мудак.

Грёбанный мудак!

Я хотел ударить себя по лицу.

Несколько раз.

Я это заслужил. Я заслужил гнев в её глазах и пламенные приступы вины, которые сейчас прожигали меня. Я не знаю, что заставило меня сказать эти вещи. Я был расстроен этой ситуацией, и злился на то, что она поверила этому придурку, а не мне.

Я не видел Джиллиан весь остаток вечера. И на следующий день. Она не пришла на работу ни во вторник, ни в среду. Я не знал, это из-за своей бабушки или из-за меня.

И я не знал, как всё исправить.

ТВОЮ МАТЬ!