Отвергнутый наследник - Эрин Уатт

Хартли выглядит такой же растерянной, как и я.

– Доброе утро, – рассеянно отвечает она.

– Мисс Уортингтон, – окликает Фелисити учительница. – Что вы делаете в моем классе? Судя по моему списку, вы на этот курс не записывались. Кстати, как и вы, мистер Ройал.

– Я точно записывался, – отвечаю я, и она не возражает, потому как мы оба понимаем, что я никуда не собираюсь уходить.

Фелисити тем временем ослепительно улыбается пожилой женщине.

– Да, миссис Рэтклифф. Я просто заскочила, чтобы пожелать доброго утра своему парню.

Все девчонки в классе дружно ахают.

– Я уже ухожу! – Фелисити снова чмокает меня в губы и уходит.

Так, ладно, что за хрень только что произошла?

– Вы с Фелисити вместе? – сидящая передо мной Нора Хернандес разворачивается на стуле и чуть ли не исходит слюной.

Я уже собираюсь ответить: «Черт, нет!» – но вдруг замечаю, как Хартли слегка скривила губы, и застываю на месте. Она ревнует меня к Фелисити?

Стоп. Господи. Я же не встречаюсь с Фелисити. Даже думать об этом тошно.

– Нет, конечно, – говорю я Норе и прячу улыбку, заметив, как выражение лица Хартли немного смягчилось.

Все-таки ее задела новость о том, что мы с Фелисити типа «вместе». Ха.

Во время урока все ее внимание обращено на учительницу, а после звонка она уходит, не сказав ни слова. Я бегу вслед за ней, но чья-то рука хватает меня за пиджак.

Это Фелисити.

– Давай сегодня вечером сходим в «Бэзилс».

Ее повелительный тон действует мне на нервы. Я смотрю на нее.

– С чего это?

– Это хороший ресторан, и я хочу туда пойти.

Я продолжаю смотреть на нее.

– Фелисити.

– Да, милый?

– Что, по-твоему, сейчас происходит?

Мой вопрос приводит ее в замешательство.

– В смысле?

– В смысле, какого хрена я должен с тобой куда-то идти и почему ты называешь меня своим парнем?

Я вдруг умолкаю.

Воспоминания о событиях субботнего вечера обрушиваются на меня как цунами.

Я, пьяный в стельку, бреду вдоль побережья. Откуда ни возьмись передо мной оказывается Фелисити и тащит меня в их домик у бассейна. Я провел там какое-то время, и, хотя не помню всех деталей разговора, самое важное начинает всплывать.

Например, то, что я согласился на бутафорские отношения, чтобы заставить Хартли ревновать.

Вот черт!

Черт, черт, черт!

– Мы заключили сделку, – понизив голос, говорит Фелисити, не замечая моей нарастающей паники. – И я специально поцеловала тебя, чтобы Хартли увидела.

Господи. Мне нужно перестать пить. Просто необходимо.

– Э-э, – я глубоко вздыхаю, – Фелисити, послушай.

Она прищуривает голубые глаза.

– Эта сделка… – Проклятье, как же это все глупо и неловко! Я замечаю, что на нас смотрят, и веду Фелисити к шкафчикам, подальше от людного коридора. – Я был пьян, когда согласился на нее.

– Да неужто? – саркастично замечает она.

– Очень-очень пьян. Почти без сознания, – добавляю я, потому что это правда. Утром в воскресенье я проснулся, совершенно не помня о том, что видел Фелисити, что уж говорить о согласии стать ее «бойфрендом». – Так что, хм… что бы я там ни обещал… я вынужден отказаться от этих обещаний.

Надув губы, Фелисити изучает мое полное раскаяния лицо.

– Нет, – наконец отвечает она.

Я поднимаю плечи.

– Что значит «нет»?

– То и значит: нет. Ты не станешь брать свои слова назад. – Она крепко сжимает мою руку, в ее глазах полыхает огонь. – Мы заключили сделку, и я уже сказала своим девочкам пустить слух, что мы вместе. Слишком поздно.

Во мне вскипает гнев.

– Тогда пусти другой слух, – приказываю я. – Потому что мы не вместе.

– Нет, вместе, – как ребенок, спорит Фелисити, впиваясь ногтями мне в локоть. – Не зли меня, Истон. Тебе лучше не знать, что бывает, когда я злюсь.

Почему вдруг? Она превращается в Халка и пробивает стены? Но мне не удается спросить, потому что Фелисити уходит прочь, оставляя меня в полном недоумении.

Слух распространяется очень быстро. Фелисити и ее «девочки» не теряли времени зря и раструбили на весь «Астор-Парк», что мы с ней встречаемся. Каждый раз, как я пытаюсь переубедить очередного идиота, поднявшего эту тему, мне улыбаются, хлопают по спине и говорят: «Ну конечно, Ройал». Не имею понятия, что там болтает Фелисити, но никто не верит мне, как бы я ни настаивал на своем.

В любом случае важно лишь, что обо всем этом думают Элла, близнецы, Вэл и Хартли. Первые четверо отпускают сальные шутки, когда я присоединяюсь к ним за ланчем, а Хартли… она снова исчезла. Пропустила все наши оставшиеся совместные уроки. Я говорю «наши», потому что махнул рукой на собственное расписание.

Дождавшись последнего звонка, я заскакиваю в школьную администрацию и пишу официальное заявление на изменение расписания.

– Я передам это директору, – обещает мне мой методист мистер Миллер.

– Спасибо.

Он сухо улыбается.

– А если директор Берингер отклонит вашу просьбу?

Я пожимаю плечами.

– Я все равно буду ходить на эти занятия. Для учителей не имеет никакого значения, сижу ли я у них на уроке.

Мистер Миллер качает головой, а я направляюсь к двери.

– Ох уж эта школа, – бурчит он себе под нос.

Да, ох уж эта школа. Здесь нет ничего святого, здесь балом правят ученики, а учителям остается лишь беспомощно сидеть и смотреть. Богатые детишки – те еще сволочи.

Двигаясь к выходу, я отправляю Хартли сообщение.

«Ты пропустила половину уроков. Вызвали на работу?»

К моему удивлению, она отвечает почти сразу же.

«Да. Сделаешь мне одолжение?»

Я улыбаюсь, глядя на экран.

«Конечно, я займусь с тобой сексом».

Небольшая пауза и:

«Забудь».

Черт.

«Прости! Я же тебя предупреждал, это выходит само собой. Что тебе нужно, Хар-Хар?»

«Заметки по английской литературе, если у тебя есть».

«Конечно, целые листы».

И глазом не моргнув я печатаю эту ложь, но лекция запала в память, и, когда Хартли закончит смену, у нее будет полный конспект.