Отвергнутый наследник - Эрин Уатт

– У нас есть мороженое.

Лорен проводит белую линию вдоль ногтя.

– Я такое не люблю.

Подняв руку, она дует на палец.

О господи. Лорен крутит мальчишками как хочет. Но я ничего не говорю и отправляюсь на поиски брата.

Сойер попадается мне навстречу, в руках у него фирменный пакет с логотипом «Гуччи». «Молчи, – советую я себе. – Это не твое дело».

– Не хочешь куда-нибудь съездить?

– Куда и зачем?

– Не знаю. Просто уехать из дома.

– Сейчас, узнаю, чем хочет заняться Лорен.

Он толкает дверь, но я уже знаю, каким будет ответ. Лорен не нравится тусоваться с близнецами вне дома. В школе она притворяется, что встречается только с одним из них. Близнецы считают это прикольным. Но когда-нибудь это начнет раздражать либо одного, либо обоих.

Сойер выходит ко мне меньше чем через минуту.

– Лорен пас.

– А что Сойер? – Другими словами, чем бы хотели заняться вы, вместо того что хочет делать Лорен?

Мой брат морщится.

– Я тоже пас.

– Да ладно тебе, – начинаю убеждать я. – Один-то раз можно куда-нибудь выбраться. Ладно, давайте останемся здесь и придумаем на вечер нечто грандиозное.

– Вечером Лорен тоже не хочет никуда идти. В последний раз, когда мы выбирались куда-то, нас начали донимать, и Лорен это не понравилось.

– Может, вам стоит встречаться с менее чувствительной девушкой? – предлагаю я.

Сойер скрещивает руки на груди и сердито смотрит на меня.

– Может, тебе стоит пойти и найти того, кому есть дело до твоего мнения?

– Но почему ты не найдешь себе кого-то, с кем можно выходить из дома?

– Да пошел ты. – Он пятится в комнату и захлопывает дверь у меня перед носом.

Отличная работа, Истон. Ты испортил отношения со всеми домашними.

Элла выбирает домашнюю работу. Близнецы выбирают свою избалованную, капризную девушку. Хартли взяла с меня обещание не беспокоить ее в эти выходные.

Так что, хотя еще только середина дня, мне остается лишь одно.

Прогулка к домашнему бару.

Я напился, напился и еще раз напился. И почему-то никто из моей чертовой семьи этого не заметил. Элла с папой уехали на встречу с окружным прокурором, едва плеснув… то есть едва взглянув на меня. Просто помахали рукой и ушли. Ну а где близнецы, я понятия не имею. Наверное, наверху, с Лорен. Готов поспорить, что один из них обмахивает ее веером, а второй кормит виноградом.

Нет уж, ни за что не позволю какой-нибудь девчонке вот так держать меня за яйца. Особенно Хартли Райт. Пошла она куда подальше. Рассердилась на меня из-за того, что мне нравится драться? Да что в этом такого? Парни дерутся. Мы вообще творим всякую фигню. У нее нет никакого права вот так, запросто осуждать меня.

Поверить не могу, что она не хочет тусоваться со мной в эти выходные. Думал, мы друзья.

Она хуже всех на свете.

Я соскакиваю с дивана, покачиваясь выхожу из гостиной и бреду в сторону папиного кабинета, где достаю из бара бутылку водки. Весь виски я уже прикончил. Хотя сомневаюсь, что он заметит.

Отпив прямо из бутылки, я устраиваюсь в потертом кожаном кресле. На столе лежат какие-то документы. Я небрежно листаю их. Похоже на отчет детектива о всех передвижениях Стива за последние несколько месяцев: Стив забирает вещи из химчистки, Стив в баре отеля, Стив, Стив, Стив. И куча фотографий старого доброго дядюшки Стива, жестокого убийцы.

Знаю, что должен сожалеть о том, что он убил Брук, но ничего такого не чувствую. Она была коварной дрянью. Но мне совсем не нравится, что потом он пытался причинить вред Элле. И не признался, когда арестовали моего брата.

Но не Стив хотел повесить убийство Брук на Рида – это все дело рук Дины. Она хотела отомстить Ройалам, нашептала кое-что на ушко прокурору и даже заплатила одной из официанток, которые обслуживали ужин у нас дома, чтобы та дала ложные показания и заявила, что Рид угрожал Брук до ее гибели. Дина сделала все возможное, чтобы уничтожить нашу семью. И Стив позволил ей. Он просто стоял и смотрел, как Рида хотят посадить в тюрьму, не признавшись в том, кто является настоящим убийцей.

Это невозможно простить.

Но больше всего меня это бесит потому, что Стив мне нравится. Нравился. Да, правильно. В прошедшем времени. Теперь он мне не нравится. Я даже видеть его не могу. И больше не хочу походить на него, когда вырасту.

А это легко, потому что я планирую никогда не взрослеть. Взрослым быть хреново. Нужно все время притворяться, что тебе есть дело до кого-то еще кроме себя. Значит, придется делать всякую фигню, чтобы кто-то другой был счастлив.

А если я буду несчастлив? Кто позаботится об этом? Никто. Никто, кроме меня самого.

Я запрокидываю голову и вливаю в себя еще немного водки, а потом набираю Рида. Матч уже, наверное, закончился. Интересно, выиграл ли он? Наверняка. У них неплохая команда.

– Ну, как дела? – отвечает брат.

– С утра стояло, – прикалываюсь я.

– Боже, Ист.

– Прости. Но когда Элла рядом, я прямо весь на взводе.

Рид тяжело вздыхает в трубку. Ухмыльнувшись, я снова присасываюсь к бутылке.

– Когда уже ты возьмешься за ум?

– А зачем оно мне?

– Потому что своим поведением ты скоро достанешь всех, кого любишь, – бесцеремонно заявляет Рид. – Заканчивай с этой фигней про Эллу. Это неуважение по отношению к ней.

– Точно! Мы же ничем не хотим расстроить нашу дражайшую принцессу!

– Да что на тебя нашло? И почему ты дома в субботу вечером?

– Никто не хочет составить мне компанию.

Это не совсем правда. За последний час меня уже пригласили на две вечеринки и три девчонки прислали мне фотки себя голых. Но я слишком пьян, поэтому мне лень двигать куда-то.

– И поэтому ты сходишь с ума от скуки, – догадывается брат.

– О, только посмотрите, как ты поумнел в университете!

– Да смотрю у тебя отличное настроение. – Повисает короткая пауза. – Сколько ты уже выпил?

Я поднимаю бутылку на свет. Она наполовину пустая.

– Недостаточно. Какие планы на следующий уик-энд? Где будет проходить игра?

– В Луизиане. Элла собирается прилететь в пятницу вечером.

– Ну еще бы. – Я даже не пытаюсь скрыть горечь в голосе. «Элла поцеловала первым меня! – хочется прокричать ему. – Я уступил ее тебе».

– Мы не стараемся избавиться от твоей компании. Может, прилетишь после своего матча? Или в субботу утром?