Жаждущий мести - Мишель Хёрд

Она кивает и уходит, оставляя меня одного на кухне. Внутри меня бушует ярость, как лесной пожар.

Я набираю номер Кристиано, и как только он отвечает, рычу в трубку:

— Сразу предупреждаю. Я убью Танаку.

— Почему?

— Сейчас его дочь борется за свою жизнь, потому что он морил ее голодом.

— Господи, Аугусто, — рявкает он. — Ты в больнице?

— Нет, доктор Милаццо лечит ее у меня дома. Он говорит, что в ближайшие пару дней ее состояние будет критическим.

— Мне жаль это слышать. Хочешь, я приеду?

Я качаю головой.

— Нет. Моя мама здесь. Я просто хотел предупредить тебя. Как только Юки поправится и вернется к нормальному образу жизни, я поеду в Токио и убью этого ублюдка. Он не только подверг ее жизнь опасности, но и оскорбил меня, отдав мне жену в таком состоянии.

— Я услышал тебя. — Он тяжело вздыхает. — Мы разберемся с Танакой, как только Юки поправится. А пока сосредоточься на своей жене. Я свяжусь с тобой завтра.

— Буду признателен.

Мы заканчиваем разговор, и, желая выпить что-нибудь покрепче кофе, я иду в гостиную и наливаю себе стакан виски.

Выпив алкоголь, я пытаюсь обуздать свой гнев.

Я убью не только Танаку, но и его сторожевого пса.



Юки

Я начинаю просыпаться, чувствуя скованность во всем теле, а когда пытаюсь повернуться на бок, чтобы устроиться поудобнее, чья-то рука касается моего виска.

— Все в порядке, милая. Скоро тебе станет лучше.

Я открываю глаза и, увидев Саманту, смотрящую на меня с чем-то вроде нежности, мгновенно начинаю плакать.

Осторожно наклонившись надо мной, она нежно обнимает меня.

— Ш-ш-ш... Все в порядке. Я здесь, и мы поможем тебе выздороветь. Я не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое.

Меня никогда не обнимала женщина. Это так приятно и безопасно, что хочется попросить Саманту остаться со мной, но прежде чем я успеваю произнести хоть слово, меня снова затягивает в сон без сновидений.

Я теряю чувство времени, и каждый раз, просыпаясь, вижу Саманту рядом. В какой-то момент я крепко сжимаю ее руку, а когда окончательно прихожу в себя, то замечаю, что комната наполнена теплыми солнечными лучами, льющимися на ковер.

— Привет, милая. Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Саманта, сжимая мои пальцы.

Такое ощущение, будто я проспала целую неделю. Все мышцы моего тела напряжены, а кожа липкая.

— Лучше, — бормочу я, принимая сидячее положение. Что-то тянет меня за тыльную сторону ладони, и, опустив взгляд, я вижу иглу, исчезающую в моей коже.

— Капельница обеспечит тебе все необходимые питательные вещества. Не переживай об этом.

— Который час? — спрашиваю я.

Саманта смотрит на свои изящные наручные часы.

— Чуть больше десяти утра.

Kuso!

Тревога захлестывает меня, когда я вспоминаю обо всех домашних делах, которые пропустила. Особенно меня беспокоит, что я не приготовила завтрак для Аугусто.

— Что такое? — спрашивает моя свекровь.

— Я не выполнила свои обязанности. — Я смотрю ей в глаза. — Аугусто разозлится.

— Милая, ты больна. Аугусто точно не разозлится. Честно говоря, он очень беспокоился о тебе последние три дня.

Нахмурившись, я шепчу:

— Три дня?

— Ты то приходила в себя, то теряла сознание почти семьдесят часов. Но доктор Милаццо говорит, что ты восстанавливаешься быстрее, чем ожидалось. Ты – маленький боец, и я горжусь тобой.

Потрясенная до глубины души, я пристально смотрю на Саманту.

Затем до меня доходят ее слова. Она гордится мной.

У меня в груди возникает странное ощущение, но прежде чем я успеваю его проанализировать, в спальню заходят Аугусто и доктор.

— Ты очнулась, — говорит Аугусто, останавливаясь у изножья кровати. — Тебе лучше?

Я киваю, переводя взгляд с него на доктора.

— Анализы крови Юки выглядит хорошо. Нам нужно не торопиться и продолжать делать анализы.

Зачем?

Аугусто замечает вопрос на моем лице и объясняет:

— Тебя морили голодом, и ты чуть не умерла из-за еды и алкоголя, которые употребила на приеме. Доктор Милаццо будет постепенно возвращать тебя к нормальному питанию, поэтому ты сможешь есть только то, что он одобрит.

— Это продлится всего несколько недель. Возможно, меньше, учитывая скорость вашего выздоровления, — говорит доктор. — А пока вам нужно оставаться в постели и как можно больше отдыхать.

Страх пробегает по моему телу, когда я перевожу взгляд на Аугусто.

— Но у меня есть обязанности.

— Давай оставим их наедине, — говорит Саманта доктору, и я почти умоляю ее не уходить, но проглатываю эти слова.

Аугусто подходит ближе и садится на край кровати, а я подтягиваю ноги и прижимаю колени к груди.

— Забудь обо всех обязанностях, которые, по-твоему, ты должна выполнять.

Я перевожу взгляд на него и пытаюсь понять, не играет ли он со мной.

Возможно, он захочет наказать меня, когда я поправлюсь.

Аугусто некоторое время пристально смотрит мне в глаза, а потом говорит:

— Ты меня напугала. В будущем, если тебе станет плохо, ты должна мне об этом сказать.

Kuso! Он точно накажет меня, как только я поправлюсь.

— Прос...

Он резко качает головой, бросая на меня предупреждающий взгляд.

— Прекрати извиняться за все.

Съежившись, я киваю, устремив взгляд на смятые покрывала.

— Мне нужно на работу, но моя мама останется с тобой.

Я снова киваю, и когда он встает, наблюдаю за ним из-под ресниц. Он идет к двери, но останавливается, чтобы еще раз взглянуть на меня.

— Просто сосредоточься на выздоровлении, Юки. Я ничего другого от тебя и не жду.

Когда он исчезает в коридоре, я продолжаю смотреть на дверь, снова задаваясь вопросом, не играет ли со мной Аугусто.

Глава 15

Юки

С каждым днем я чувствую себя все сильнее, и доктор Милаццо, похоже, очень доволен моим прогрессом.

Аугусто большую часть времени проводит на работе и заглядывает ко мне только поздно вечером и рано утром. Я всегда притворяюсь, что сплю, поэтому мы не разговаривали почти три недели.

Саманта принесла мне удобную одежду и проводит со мной каждый день. Думаю, она здесь только для того, чтобы присматривать за мной, и именно поэтому я так редко вижусь с Аугусто. Не скажу, что это плохо. Я начинаю привязываться к ней, хотя пока и не могу полностью довериться.

Жизнь в Нью-Йорке отличается