Шанс переписать прошлое - Кэролли Эриксон

— Наверное, поэтому его так трудно застать. Еще раз спасибо.

— Приберегите свою благодарность до после интервью. Моя матушка вас до смерти заговорит. — Ангер помахал ей рукой и вышел.

Бет наполнила стакан льдом и газировкой из корнеплодов и взяла со стойки сэндвич. Надо будет поблагодарить Дюка за то, что помог ей договориться об интервью.

Когда она села за столик, в закусочную вошел Джейсон Фостер. Заметив ее, он подошел к ней.

— Эй, Бет! Как прошла встреча с моей кузиной?

— Ну, мы… поговорили.

— Она странная, да?

— Мне она понравилась.

— Кому‑то она нравится, кому‑то нет. Она вам что‑нибудь сказала? — Джейсон махнул стоявшему за стойкой парню. — Как там мой сэндвич с пастрами?

— Знакомство с вашей сестрой оказалось… полезным.

— Рад, что Скарлетт удалось вам помочь. Мне пора забрать обед и возвращаться на работу.

Он расплатился и вышел.

Она доела сэндвич и достала салфетку с телефоном миссис Ангер.

Но ее соединили с автоответчиком. Бет наговорила сообщение и решила долить себе газировки.

Зазвонил телефон, и Бет поспешила к столику.

— Алло!

— Это Бет Сент‑Реджис из «Хроник нераскрытых преступлений»?

— Да. Миссис Ангер?

— Можете звать меня Дороти.

— Дороти, спасибо, что перезвонили. Ваш сын сказал, что вы согласны побеседовать со мной о деле «Тимберлайнского трио», особенно о Брайсах, поскольку вы хорошо их знали.

— Такое печальное время. Буду рада поговорить с вами, Бет. А меня покажут по телевизору?

Бет невольно улыбнулась.

— Точно не знаю. Судя по тому, что говорил ваш сын, я подумала, что вас это не очень интересует.

— Пусть Коди говорит что хочет. Всем интересно помелькать на телеэкране!

— Мы можем встретиться у вас дома или там, где вам удобно.

— Если хотите, приезжайте. В три часа у меня вязальный кружок, но до трех я свободна.

— Отлично!

Дороти продиктовала Бет адрес, и Бет вбила его в навигатор.

Полчаса спустя Бет добралась до дома Дороти.

Прежде чем позвонить в дверь, она эсэмэской поблагодарила Дюка за то, что он договорился с Ангером.

Закинув сумку с камерой на плечо, она поднялась на крыльцо и позвонила. Дверь открыла невысокая, аккуратная старушка, которая идеально соответствовала маленькой аккуратной машинке на дорожке.

— Здравствуйте, Бет!

— Дороти… Спасибо, что согласились побеседовать со мной.

— Конечно! Заходите. Кофе? Воды? — Она подмигнула: — Чего‑нибудь покрепче?

Неужели все женщины в штате Вашингтон питают слабость к виски? Должно быть, дело в здешнем холодном, влажном климате.

— Нет, спасибо.

— Вам нужно настраивать камеру?

— Да. — Бет жестом показала на диван, где обложкой вниз на подушке лежал журнал: — Садитесь, где вам удобно.

Дороти села на диван и сложила руки на коленях.

Бет расставила штатив по другую сторону кофейного столика и установила настройки на дисплее.

Дороти назвала свое имя, адрес, сегодняшнее число, и Бет стала задавать вопросы.

Рассказ Дороти не слишком отличался от тех, что Бет уже слышала.

— Пропали трое детей! Те, у кого были маленькие дети, страшно перепугались. Я ни на секунду не выпускала своих мальчиков из виду еще много месяцев после похищения.

— А вы тогда дружили с Брайсами?

— У нас были хорошие отношения, мы общались. Тимберлайн в те дни был не таким многолюдным. С «Эвергрин софтвер» к нам приехало много новых людей.

— Вы помните Хизер?

— Милая маленькая девочка.

— У нее, кажется, были светлые волосы? — Бет намотала на палец прядь своих волос. — Я видела ее снимки в газетах, но они нечеткие.

— Светлые, как у ее матери. Правда, Патти была блондинкой с небольшой помощью парикмахера.

— Блондинкой? — В животе у Бет словно завязался тугой узел. — Миссис Брайс была блондинкой?

— Ну да, была раньше. Повторяю, она осветляла волосы. Кажется, на самом деле у нее были русые волосы.

Бет повертела цепочку на шее. Русые, не рыжеватые? Она прижала медальон к груди.

— А что? Появилась какая‑то улика в связи с цветом волос?

— Нет‑нет. Я просто вспоминала кое‑какие снимки из материалов дела.

Бет задала еще несколько вопросов о семье Брайсов, стараясь не возбуждать подозрений Дороти.

Бет закончила интервью с теплым чувством. Выключив камеру, она спросила:

— Когда Брайсы жили здесь, у мистера Брайса уже водились деньги?

— Они были богаты, потому что Чарли продал свой первый патент, но, конечно, с тем, что сейчас, не сравнить. — Дороти положила на колени журнал и разгладила глянцевую обложку. — Если бы малышку Хизер похитили первой, все бы ожидали записки с требованием выкупа.

— Вы поддерживали с Брайсами связь после того, как они уехали из города?

— Несколько раз обменялись рождественскими открытками, но, по‑моему, Патти и Чарльзу хотелось поскорее забыть о том, что случилось.

— У них столько денег… неужели они не могли нанять частного детектива для поисков Хизер?

— Не сомневаюсь, они так и поступили, только мне не рассказывали. Они уехали отсюда два года спустя. — Дороти встала с дивана. — Может, все‑таки принести вам чего‑нибудь?

— Воды, если вам нетрудно.

Дороти вышла на кухню и оттуда крикнула:

— Кажется, у меня есть фото Хизер с моими мальчиками, если вам интересно, только придется подождать!

Сердце екнуло у Бет в груди. Она видела лишь старые газетные снимки Хизер Брайс. Тогда она ничего не почувствовала, но это ничего не значит. Может быть, более четкие цветные снимки откроют ей больше.

— С удовольствием посмотрю, если вы их найдете.

Дороти вернулась со стаканом воды.

— Я поищу их попозже и позвоню вам, если найду. Бет отпила воды.

— Вы, случайно, не знаете, нет ли в окрестностях охотничьих домиков с красными дверьми?

— Сейчас — нет. Уже нет.

Бет замерла, не донеся стакан до рта.

— Что значит «уже нет»? Значит, раньше были?

— Да, и не один. Красные двери были в моде.

— Давно это было, Дороти?