Королевские клятвы - Люси Дарлинг

понимаю, что торчу возле дамской комнаты, словно какой-то преследователь, но мне всё равно.

— Я ищу свою невесту. Вы случайно не видели её там? — спрашиваю, не желая называть Мэйбл «девушкой». Мы гораздо больше, чем просто пара. — Зелёное платье, с…

— Колдуэлл, — перебивает меня женщина, вежливо улыбаясь. — Думаю, и я, и все остальные на приёме прекрасно знаем, с кем вы сегодня пришли, — я понимаю, что она меня дразнит. — Её там нет, но это мило, что вы её разыскиваете.

— Не уверен, что согласен, — говорю, качая головой. — Вообще не следовало позволять ей отходить так далеко, чтобы мне пришлось её искать.

Женщина смеётся, и я снова думаю о Мэйбл. Направляюсь в противоположную сторону, к террасе. Двери из тяжёлого стекла, и я выхожу через них в ночной воздух.

Меня тут же охватывает облегчение, когда вижу стоящую там Мэйбл. Я долго смотрю на неё. Каждый раз, когда её нет рядом, мне кажется, что она не может быть настолько прекрасной, какой я её представляю. Но, чёрт возьми, она именно такая.

Мэйбл стоит у каменных перил спиной ко мне, обхватив себя руками. Внизу разбивается о берег океан, ритмично и бесконечно. Она не поворачивается, когда дверь с щелчком закрывается.

— Эй, — тихо говорю я. Подхожу к ней сзади и ставлю руки по обе стороны от неё.

Она не отвечает. Я прижимаюсь грудью к её спине и только тогда чувствую лёгкую дрожь её тела. Она плачет. Беззвучно, сдержанно, но плачет.

— Красавица, — выдыхаю я.

— Прости, — шепчет она, крепче обнимая себя. — Я просто… я не…

— Поговори со мной. Пожалуйста, — наклоняюсь и целую край её уха.

— Ты ничего не можешь сделать. Дело во мне.

Я разворачиваю её в своих объятиях, потому что мне нужно видеть её лицо.

— Всё, что тебя расстраивает, касается и меня.

— Это мои собственные загоны. Ну, знаешь, ощущение, что я никуда толком не вписываюсь. Что я здесь лишняя, — она едва заметно пожимает одним плечом. — Твоя мама меня ненавидит, а Корделия вписывается в вашу семью так, словно родилась в ней. Может, тебе стоит…

Я крепко целую её, не желая слышать все причины, по которым нам не следует быть вместе.

Моя милая девочка тает в моих объятиях и отвечает на поцелуй.

— Послушай меня, — говорю, прерывая поцелуй и сжимая её подбородок, чтобы она не могла отвести от меня взгляд. — Мне плевать на Корделию. Мне плевать на одобрение матери, подходящую семью и всё остальное. Мне важна ты. Толькоты.

— И надолго? — тихо шмыгает она носом, и я уверен, что сегодняшний день дался ей нелегко.

— На все минуты, — напоминаю я. — На каждую до единой.

— Ты всё время это повторяешь.

— Потому что я говорю серьёзно и буду повторять, пока ты не поймёшь, — обхватываю её лицо ладонями и наклоняюсь ближе, проводя большими пальцами по её мокрым щекам. — У меня всё это плохо получается, Мэйбл. Я не знаю, как строить отношения, разбираться в чувствах и во всём остальном. Но я стараюсь. Ради тебя я стараюсь.

Она всматривается в моё лицо, ища ложь. Но не найдёт её.

— Поцелуй меня ещё раз, — шепчет она, и на её губах появляется мягкая улыбка.

Я целую. Сначала нежно, затем глубже, вкладывая в поцелуй всё, что не могу выразить словами. Она отвечает, вцепившись в мой пиджак и притягивая меня ближе. Когда мы отрываемся друг от друга, она снова тяжело дышит, а её взгляд становится яснее. Я вернул её и хочу, чтобы так и оставалось.

— Давай уедем отсюда, — говорю я.

Хочу остаться с ней наедине. Мне нужно, чтобы она оказалась подо мной, чтобы я знал, что она не пытается от меня сбежать. Чтобы унять подступающее чувство паники.

— Нет, — качает она головой. — Мы не можем. Это свадьба твоего брата.

— Мне всё равно, — беру её за руку и переплетаю наши пальцы. — Кто-кто, а Джулиан поймёт. Два месяца назад он ушёл с собственного дня рождения, чтобы погнаться за Эмери через три страны.

Из неё вырывается тихий смех, ещё влажный от слёз, но искренний.

— Через три страны?

— Долгая история, — убираю волосы с её лица. — Суть в том, что он бы понял. Он бы хотел, чтобы я выбрал тебя.

Она внимательно изучает моё лицо, выискивая неуверенность, но не найдёт её. Если я хоть в чём-то уверен, так это в том, что хочу быть с ней.

— Хорошо, — наконец говорит она.

Я веду её обратно через двери террасы, мимо толпы, к столу моей семьи, где Корделия смотрит на нас широко распахнутыми глазами, а лицо матери остаётся тщательно бесстрастным. Я не останавливаюсь. Ничего не объясняю. Мне это не нужно, и я не обязан. Им придётся привыкнуть к тому, что всё меняется. Всем. Особенно Корделии, с которой я намерен поговорить позже.

Мы находим Джулиана у бара. Он уже успел выпить три бокала и смеётся над чем-то, что Эмери прошептала ему на ухо. Увидев нас, он, должно быть, понимает всё по моему лицу.

— Сбегаете? — спрашивает брат без всякого удивления.

— На сегодня я закончил делить её с остальными, — отвечаю я.

Улыбка Джулиана медленно расширяется, словно он всё понимает. Он притягивает меня к себе одной рукой и крепко хлопает по спине.

— Я рад за тебя и, охренеть как благодарен, что мама не втянула тебя в какую-нибудь херню, — он поворачивается к Мэйбл, берёт её свободную руку и галантно целует костяшки пальцев. — Было очень приятно познакомиться, Мэйбл.

— Мне тоже было очень приятно познакомиться с тобой, — отвечает она, и я слышу улыбку в её голосе. — Особенно с твоей женой.

— Ах, — смеётся Джулиан, — не могу тебя за это винить.

Эмери быстро и тепло обнимает её, вкладывая что-то ей в руку.

— Мой номер, — тихо говорит она. — На случай, если тебе когда-нибудь понадобится путь к отступлению.

— Спасибо, — говорит ей Мэйбл, и они снова обнимаются, на этот раз крепче.

Мы незаметно уходим, оставляя позади музыку и наблюдающие взгляды.

Двери лифта смыкаются, и атмосфера сразу меняется. С меня хватит того, что весь вечер мне приходилось сдерживаться и не прикасаться к ней так, как хочется. Я покажу ей, насколько сильно её желаю. Насколько она нужна мне сегодня ночью и каждую последующую.

Спина Мэйбл ударяется о зеркальную стену, мои руки находят её талию, а губы накрывают её ещё до того, как двери лифта успевают полностью закрыться. Из её горла вырывается тихий звук, пальцы запутываются в моих волосах, притягивая ближе. Я чувствую, как бешено колотится её сердце у моей груди. Или, может