Дракон и диковинка для драконёнка - Саша Винтер

бегу. Дверь на крышу хлопает от ветра, порыв бьёт мне в лицо, и я выхожу на старую аркаду.

Тиберий уже тут. Маленькая фигурка продолжает движение по обледенелым камням всё дальше, к выступающему над стеной замка балкону.

— Тиберий, стой! — кричу я.

Ледяной воздух рвёт лёгкие, ветер треплет волосы и плащ. Я хватаюсь за перила и продолжаю движение, опасаясь поскользнуться на каждом шагу. Боль разливается по всей грудной клетки и уже не прекращается на выдохе.

Тиберий доходит до упора и принимается взбираться на перила. По мне прокатывается волна мурашек, больше похожая на судорогу. Я пытаюсь бежать. Сквозь стиснутые зубы рвётся стон. Дыхание срывается.

Я бегу к нему. Он уже на парапете. Одно неверное движение, и он полетит с балкона. Со всей высоты замка. Вниз, на камни. Неминуемая смерть.

— Тиберий! — кричу отчаянно, понимая, что не успеваю его схватить.

Он двигается по перилам, будто слышит какой-то ритм, доступный только ему. Смотрит вперёд и не выражает ни единой эмоции.

Если бы сам хотел спрыгнуть, переминался бы с ноги на ногу, смотрел вниз, как все нормальные люди — готовясь прыгнуть, думают, куда.

Тиберий не в себе. Теперь я точно это понимаю. И вспоминаю, что он остался без амулета. Он отдал его мне.

— Ти, остановись! — кричу срывая голос.

Он делает ещё шаг. Будто идёт по ровной дороге. И впереди — обрыв.

Я больше не думаю, рвусь вперёд, забывая про боль и холод.

Нога срывается на мокром камне, резь вспыхивает в груди так, что перед глазами на секунду темнеет. Но я всё равно бросаюсь вперёд.

Я хватаю его за плечо и резко тяну назад, он падает на меня. Но камни слишком скользкие. Я скользу, мир резко переворачивается, и мы вместе отшатываемся к другим перилам. Камень под моим телом трещит и проламывается. Я падаю на спину, прижимая к себе Тиберия одной рукой. Мы выпадаем на крышу и на моей накидке, как на санях, скользим вниз.

А потом мы срываемся с края и летим вниз. Я переворачиваюсь в воздухе и умудряюсь схватиться за самый край крыши. Рука скользит по мокрому камню, но пальцы всё же цепляются за выступ.

Я повисаю, удерживаю Ти одной рукой, другой цепляясь за выступ. Под нами — пустота. Ветер ревёт в ушах.

Тиберий висит на мне, судорожно вцепившись в плечи.

— Держись… — хриплю я.

Пальцы уже начинают неметь. Камень ледяной. Рука медленно соскальзывает.

— Помогите! — кричу непонятно кому. Просто крик о помощи. — Мы тут! Помогите!

Силы заканчиваются. Пальцы перестают держать. Даже на упрямстве я уже удержаться не смогу.

Ещё несколько мгновений, и мы оба полетим вниз.

Я снова кричу о помощи, хотя понимаю бессмысленность. Меня никто не услышит. В замке все спят. Никто не знает, что мы сюда пошли.

— Ну что, Ти, — начинаю я, но не успеваю договорить. Резкий порыв ветра срывает меня со стены, и мы падаем.

28. Клочок ткани

Элина

Мы падаем.

Ветер вырывает воздух из лёгких. Я даже не могу вдохнуть.

Каменные стены замка мелькают рядом. Слишком быстро. Внизу темнеют камни двора, и холодная мысль всплывает в голове почти спокойно.

Вот и всё. Я не удержала его.

Тиберий вцепился в меня обеими руками. Его пальцы судорожно сжимают мой плащ. Ещё мгновение — и мы разобьёмся.

И вдруг рядом разрывается воздух. Глухой удар крыльев. Что-то огромное и белое врывается сбоку.

Мощные лапы хватают нас — меня за талию, Тиберия за одежду — и рывком выдёргивают из падения. Мир резко дёргается вверх.

Я даже не сразу понимаю, что произошло. Потом доходит. Нас спас белый дракон.

Он взмахивает крыльями, поднимая нас над стеной, и через секунду тяжело приземляется на один из балконов.

Мы падаем на каменный пол.

Я ударяюсь коленями и едва успеваю подставить руки, чтобы не треснуться лицом о камни. Тиберий прокатывается по площадке, встаёт на четвереньки.

Дракон приземляется рядом. Крылья складываются. Его тело вспыхивает светом. Через мгновение перед нами уже стоит Дэйнарин. Мокрые волосы падают ему на лицо, глаза темнее грозового неба.

Он смотрит на меня с холодной яростью.

— Вас, леди Элина, похоже, нужно держать на цепи, — произносит он резко, — чтобы вы перестали пытаться убить моего воспитанника.

Я даже не смотрю на него. Мне сейчас не до злого дракона. Я бросаюсь к Тиберию.

Он сидит на камнях, растерянно моргая. Ветер треплет его пижаму.

Я срываю с себя плащ и быстро закутываю сжавшуюся от холода фигурку.

— Ти… — голос хрипнет. — Ты в порядке? Ты не ударился?

— Что… произошло? — тихо спрашивает он.

Я вижу, что наваждение спало, но не до конца. Он оглядывается вокруг, словно только сейчас понимает, где находится.

— Элина? Что ты здесь делаешь?

Я замираю. Тиберий переводит взгляд дальше.

— Лорд Харлан? — спрашивает ещё более удивлённо.

Дэйнарин смотрит на него пристально, потом резко переводит взгляд на меня.

— Значит, — говорит он холодно, — вы решили встретиться с ним в обход моего запрета?

Я медленно поднимаюсь на ноги. Обхватываю себя руками, но это не помогает согреться. Холод такой, что даже боль в груди притупляется.

— Нет, лорд Харлан, — выговариваю я твёрдо.

— Не лгите, — обрывает он. — Вы давно облюбовали старую аркаду для вылазок. Вот и на этот раз вы вывели Тиберия на крышу. А потом что-то пошло не так, и вы сорвались.

Его голос становится жёстче.

— Может, вы мне во всём лжёте? И память вы не теряли? — он прищуривается и наступает на меня с видом палача.

Во мне вспыхивает злость.

— Я не выводила Тиберия на крышу! — выкрикиваю хрипло. — Он шёл сам! Я пыталась его остановить!

Дэйнарин делает шаг ближе.

— Плохо пытались, похоже, леди Элина, раз вы позволили Тиберию дойти до края и сорвались вместе с ним.

Ветер бьёт в арку балкона, холод пробирает до самых костей. Я дрожу не переставая. Тиберий сжимается в комок под моим плащом.

Дэйнарин это замечает. Его взгляд становится ещё мрачнее.

— Внутрь, — резко говорит, хватает Тиберия за плечо и поднимает его на ноги. — Немедленно.

Мы заходим с балкона в ближайшую комнату. Одна из спален в гостевом крыле. Здесь холодно, но всё равно лучше, чем на ветру.

Дэйнарин захлопывает дверь. Щелчок пальцами, и в воздухе повисает люкс-сфера. Я усаживаю Ти на кровать, сама опускаюсь рядом, обнимаю его.

— Теперь, — говорит Дэйнарин, оборачиваясь ко мне, — объясняйте.

Я глубоко вдыхаю, стараясь игнорировать боль в рёбрах.

— Я шла к вам, — говорю я. — Чтобы поговорить об обвале.

Он усмехается без