Между строк - Ирина Фуллер

не прочь поразвлечься, и ждал, что она забудет о своей ужасной стажировке, о безответной любви, с которой было так трудно справиться, об ощущении собственной никчемности, ненужности, некрасивости, и кинется ему в объятия?

Ну уж нет, ему придется потрудиться, если он хочет зайти дальше в их непростых отношениях. И она будет мучить его, пока он не готов будет достать сердце из груди и положить перед ней на блюдо. Он во всем был прав, кроме одного: ей не нужно было, чтобы к ее ногам пали все. Одного Артура Кинга было бы достаточно.

Если же все это было лишь мимолетным влечением с его стороны, то ему тем более не стоило ни на что рассчитывать. Констанция не станет так рисковать своим душевным покоем.

— Понимаю, — продолжила она, когда он не ответил.

Явно злился и просто пытался не взорваться.

— Опыт говорит вам, что девушки любят напор, приправленный вашим неправильным произношением. Но здесь другой случай.

— Хочу напомнить, это вы меня пригласили, — процедил он.

— И обозначила цель визита.

— Да, чтобы я раздражал вас, — кивнул он, изобразив, будто что-то припоминает, — и я, как и обещал, сделал все для этого. Не понимаю ваше неудовольствие.

— Недовольство, — поправила она.

— Fuck it. Если я вам так невыносим, вы должны были испытать сейчас много сильных негативных эмоций. Неужели не получилось?

Затем он обошел стол, спрятав руки в карманы.

— Ах, конечно. Теперь я понимаю проблему. Вы пригласили меня, чтобы я помог вам чувствовать хоть что-то, но даже это не сработало, так как чувствовать тоже надо уметь. Не все способны этим. Это.

Констанция закатила глаза и выразительно фыркнула.

— «На это».

Он опустил веки, явно перебирая в голове ругательства.

— Артур, не старайтесь. Подозрениями в бесчувственности, намеками на ледяное сердце и бездушность вы меня не заденете. Я так стремилась именно к этому, что ваши слова — практически комплимент.

— Глупо, Констанция, глупо, — покачал он головой и пошел прочь из кабинета.

Она обессиленно опустилась в кресло.

Действительно, глупо. Что если в нем только начали зарождаться какие-то светлые чувства, а она взяла и уничтожила их парой жестоких фраз? Проигрывая в голове все, что произошло в кабинете, Констанция уронила голову на деревянную столешницу. Где-то на пути в самую пучину страданий и жалости к себе, она услышала трель.

Пришло сообщение от Кинга. Она прочла его, и губы сложились в усмешку.

Эпизод 3. Глава 1

Эпизод 3. ' Незаконно быть такими тупицами '

— А кто это у нас тут такой хорошенький? Кто это у нас так рычит? Кс-кс-кс…

Констанция уже десять минут наблюдала, попытки Аврелия выманить из подвала то ли львицу, то ли пуму. Крупное кошачье животное песочного цвета с небольшой головой, но мощным телом, выглядело очень недовольным происходящим.

— Из какой она книги, а? — спросил стажер, когда особенно громкий рык сотряс стены старенькой панельки. — Маугли? Рикки-Тикки-Тави?

— Какая разница? — спросила Констанция, которая прислонилась к стене, сложив руки на груди.

— Ну, хотя бы понимать, это главный герой детской сказки или машина, обученная убивать.

— Если бы второе, она оттяпала бы тебе лицо сразу после того, как ты швырнул в нее наш ловец.

Книга без обложки сиротливо лежала на грязном бетоне за клыкастой кошкой.

Приехав на адрес, они обнаружили животное у входа в подвальное помещение, располагающееся снаружи дома. Успели выяснить, что оно являлось персонажем. Затем стажер решил проявить инициативу и продемонстрировать свою находчивость: чтобы не приближаться к львице, что действительно могло быть опасно, он кинул в нее ловцом. Увы, зверь увернулся, и теперь избегал прикасаться к книге, в то же время не позволяя к ней подойти книжникам.

— Кто ж знал, что так выйдет… — пробормотал стажер, прохаживаясь вдоль верхних ступеней лестницы, у подножия которой точно так же металось животное.

Констанция многозначительно прочистила горло.

— Ну, кроме тебя. Хотя, если честно, я думаю, что промазал именно из-за того, что ты под руку заорала «не кидай!». Небольшой мышечный спазм от испуга — и все. Я ведь и промахнулся-то вот настолько, — Аврелий показал расстояние между большим и указательным пальцем, в десятки раз преуменьшающее ошибку.

— Вернемся к тому факту, что она до сих пор не напала на тебя, — мрачно сказала Констанция. — Ты бросил в нее твердым предметом, а она даже не попыталась отгрызть тебе руку. Кое-что, что хотела бы сделать даже я, что уж говорить о диком животном.

— Твоя правда… Значит, она все-таки добрая? Думаешь, стоит рискнуть и подойти к ней ближе?

На это Констанция возвела глаза к небу.

— Ну, конечно, нет, как ты себе представляешь отчет для Ильи после такого? У нас всего один стажер в отделе, нужна замена Кингу. Если тебя сожрет львица, мне придется брать новичка, обучать его с нуля… Нет, Аврелий, так не пойдет.

— Блин, приятно, что ты так обо мне заботишься. Так что делать?

— Снимать штаны и бегать, что! Бесишь уже со своим «что делать».

Львица даже перестала крутиться в своем маленьком закутке, в который сама себя загнала, прислушавшись к их увлекательному диалогу.

Это не укрылось от внимания Констанции.

— Ты понимаешь, о чем мы говорим, да?

Львица, чуть помедлив, кивнула.

— О-о-о! — воскликнул Аврелий, ткнув пальцем в зверя. — Ты видела?

Смерив стажера взглядом, Констанция вновь обратилась к более разумному собеседнику:

— Мы хотим тебе помочь. Ты не знаешь, где оказалась, но мы знаем, как вернуть тебя назад.

Львица чуть склонила голову набок, явно размышляя. Затем снова кивнула.

— Тебе нужно просто прикоснуться к той книге, что лежит позади тебя, — сообщила Констанция.

Она уже ощущала привкус победы на кончике языка: персонаж пошел на контакт, был явно заинтересован в возвращении в свою вселенную, и оставалось просто направить его.

Однако, уже даже протянув лапу к обложке, львица вдруг отпрянула. Она поглядела на книжников и начала подниматься по лестнице, угрожающе надвигаясь на них. Констанция и Аврелий попятились.

— Эй, мы хорошие, — проблеял стажер. — И невкусные. Я еще ничего, а вот она пропиталась кофе как тирамису.

— Она нам не верит. Думаю, ее животные инстинкты мощнее человеческих, она ощущает опасность, исходящую от ловца сильнее обычных персонажей.

Они продолжали отступать. Львица оказалась наверху и принялась озираться.

Хорошо