Герцоги Безумия - Саманта Ру

плитке рядом с ней. — Такие люди, как ты и он... вы думаете, что раз у меня беды с башкой, то я конченый идиот. Но я все понял, Винни.

Её взгляд буквально обыскивает меня, лихорадочно метаясь от одного моего глаза к другому в попытке разгадать, что у меня на уме.

— Понялчто?

— Что Король Баронов, — я прижимаю палец к черепу в центре ее татуировки мотылька, — мой отец.

Глава 32

Лавиния

Я смотрю на него, такого прекрасного, дикого и уверенного в своей правоте, и часть меня ломается от этого зрелища. Большая же часть парализована неверием.

— Ты совсем ебанулся.

Мне бы хотелось думать, что в такой момент с языка сорвется что-то более красноречивое, но нет, очевидно, нет. Я приветствую гнев, шок, волну абсолютного недоверия, потому что это лучше, чем боль. Это не значит, что боли нет. Она теребит рану, такую старую, что та давным-давно стала частью меня, и теперь я цепляюсь за нее, судорожно пытаясь удержать свои внутренности, чтобы они не вывалились наружу.

Гнев переносить легче.

Потому что я пиздец как уверена, что Реми только что объявил своего отца Королем Баронов только для того, чтобы оправдать то, что ему отсосала шлюхорезка.

— Это то, что вы все хотите заставить меня думать, — говорит он, снова тыча в меня пальцем — жестко, как ножом. — Но ты заключила сделку с моим отцом, и это ебаный факт.

Я действую на инстинктах, отбивая его палец и поднимая колено, тараня им его мягкие, незащищенные яйца. Бутылка вылетает из его руки, разбиваясь о твердую плитку, и он мгновенно сгибается пополам, втягивая воздух с тяжелым, шокированным вздохом.

Возникает мгновение тишины, а затем его сдавленное:

— Ебаный, нахуй, в рот!

— Клайв Кейс — Король Баронов. Все это знают! — Я не съеживаюсь при виде его горящих глаз, когда он поднимает их. Было время, когда эта смертоносная ярость напугала бы меня. Но не сейчас. Я наступаю на него, рыча: — Если хочешь трахать других девок, то имей хотя бы яйца признать это, конченый ты трус!

— Я трус? — шипит он, прижимая ладонь к паху. — Это не я пытаюсь скрыть содеянное!

Прижав пальцы к вискам, я кричу:

— Ты не соображаешь, Реми! — Но глаза, смотрящие на меня в ответ, совершенно безумны, зрачок расширен так, что почти не видно радужки, и от этого в животе сворачивается тугой комок тревоги. — Ты в хлам обдолбанный. На чем ты, блять, сидишь?

Его лицо искажено судорогой, пока он убирает свой член и застегивает ширинку.

— Не переводи стрелки на меня. Я не тот, кто заключал сделку.

Внутри все обрывается, потому что внезапно ответ оказывается прямо передо мной, подсказанный мне Саем.

«Р. склонен к катастрофизации и бреду. Не располагая всеми фактами, его разум пытается восполнить детали, которые часто принимают негативный и грандиозный масштаб».

Он так и не принял душ после своего боя. Его волосы отяжелели от пота, придавая Реми странный, изможденный вид, а впадины на щеках кажутся еще глубже в тусклом свете.

От безысходности на глаза наворачиваются слезы. Я яростно моргаю, чтобы сдержать их, не желая доставлять ему удовольствие видеть, как я плачу из-за всего этого. Когда я беру себя в руки настолько, чтобы говорить ровным голосом, я спрашиваю:

— Хочешь знать, о чем попросил Король Баронов? Хочешь знать, что мы с Ником сделали, чтобы получить этот череп? Оружие?

— Я уже знаю, — шипит он, играя желваками так же сильно, как скрежещет стекло под подошвой его ботинка. — Ты позволила ему наполнить тебя своей гнилью. Он смеялся надо мной из-за этого несколько недель!

Мне требуется мгновение, чтобы понять, что вообще значат эти слова, но одно из них вызывает воспоминание. В ту ночь, когда Ник выиграл меня в бою против Переса, когда Реми зажал меня в угол на балконе.

«Такая классная киска, как твоя, и вся будет пущена в расход на старческие члены этих Королей? Какая растрата. Они набьют тебя пятью оттенками гнили».

Я с отвращением отшатываюсь.

— Ты думаешь, я продалась Королю за информацию? — Мое сердце бешено бьется, и все, чего мне хочется, — это закричать ему в лицо, разодрать когтями это красивое лицо, которое затянуло меня, и обнажить демона, скрывающегося под ним. — Я бы никогда, — произношу я тихим голосом, — никогда не стала бы трахаться с кем-то ради информации о моей сестре. — Он все еще переносит вес на одну сторону, баюкая ладонью промежность. Как учил меня Сай, я пользуюсь его слабостью и обеими руками толкаю его в грудь. — Как ты смеешь обвинять меня в подобном!

Он оступается, но тут же возвращается в исходное положение с безумными глазами.

— Вот кем они тебя сделали, Винни. Теперь я это вижу. — Окинув взглядом мое тело, он усмехается: — Я знаю этот револьвер, Винни. Впервые я увидел его, когда мне было восемь, он висел на стене за столом моего отца. Я видел гравировку, букву «Б» на стволе. Я неделями был одержим им, таким охуительно блестящим и гладким. Это первое, из-за чего я захотел стать Герцогом! — Качая головой, он выглядит таким же возмущенным, как и я, его губы кривятся в злобной гримасе. — Бароны никогда бы не отдали тело просто так, а мой отец? Он коллекционер, и он не расстается со своими трофеями без умысла. И тем не менее, он отдал тебе и то, и другое!

— Ты себя вообще слышишь! — Я делаю глубокий вдох, мне уже плевать, сделаю ли я ему больно. — Представь себе это, Реми. Подумай о том, как мы с Ником приходим туда, вообрази, как я предлагаю свою пизду за информацию, и спроси себя вот о чем, — я развожу руки в стороны, пожимая плечами. — В какой, блядь, вселенной Ник — наш Ник, мой Ник — позволил бы этому случиться?

Реми смотрит на меня, тяжело дыша, но молчит.

На другом конце душевой вода капает из крана на плитку.

— Последние двое мужчин, которые дотронулись до меня без разрешения Ника, — говорю я низким голосом, полным яда, — мертвы, блять.

Реми начинает:

— Это не значит... — но его зубы клацают, челюсти сжимаются. — Он мог позволить...

— Он хотел, чтобы я сыграла в русскую рулетку с тем револьвером, — признаюсь я, и мои руки безвольно падают вдоль тела. Мой голос звучит глухо и безжизненно, когда я объясняю: — Король. Это была его просьба. Шансы пятьдесят на пятьдесят. Для него это была какая-то больная, извращенная игра.

Глубокая складка залегает между бровями