Алиби для любимой - Синди Майерс

Скотт нахмурился.

– Работы копа.

– Он пытается найти человека или группу людей, которые устраивали теракты во время гонок, – объяснила она.

– И он думает, что я имею к этому отношение.

– Конечно нет!

– Не лги мне. У тебя это плохо получается. Кроме того, я знаю расклад. Во всем всегда обвиняют сумасшедших.

– Не говори так. Ты не сумасшедший.

– Хорошо. Я больной. Неполноценный.

Эти слова были еще хуже.

– Больные люди могут поправиться, – возразила она. – Все можно исправить. Ты ведь стал лучше себя чувствовать после новых препаратов, не так ли?

Он пожал плечами:

– Прошло всего два дня.

– Но тебе уже стало лучше и станет еще лучше.

– Они собираются отпустить меня завтра? Это ведь положенное законом задержание – три дня, не так ли? И его срок истекает завтра.

– Да, семьдесят два часа. – Максимальный срок, в течение которого могли задержать человека для психиатрического освидетельствования. Ну а после этого выйдет ли Скотт на свободу? Ему не было предъявлено никаких обвинений. – Думаю, тебе стоит подождать и послушать, что скажет твой врач, – сказала она. – Если он назначит тебе амбулаторное лечение, ты можешь остаться жить со мной. Или же с папой и Николь. Они будут тебе рады.

– Я разговаривал с ними вчера вечером по телефону. Николь расплакалась. И у папы был такой голос, словно он вот-вот заплачет.

– Они так о тебе беспокоились.

– Не думаю, что выдержу их постоянную опеку, – сказал Скотт. – Я сам в состоянии о себе позаботиться.

– Мы что-нибудь придумаем.

В палату заглянул санитар.

– Вы готовы, мистер Уэстфилд?

Морган закинула на плечо сумку с ноутбуком и поцеловала Скотта.

– Увидимся после обеда.

– Ты не обязана это делать.

– Мне все равно необходимо посмотреть гонку. Это же часть моей работы. А смотреть ее с комментариями профессионала гораздо интереснее.

– Пока я считаю, что американская команда вернет себе желтую майку лидера. У них большое преимущество.

– Из тебя получился бы хороший спортивный аналитик, – заметила она.

– Несомненно. Люди выстраивались бы в очередь, чтобы нанять меня.

Он встал и вышел следом за санитаром, но его слова прочно засели в голове Морган. А что, если кто-то действительно наймет Скотта, чтобы проводить анализ или комментировать велогонки? Ей не составит труда позвонить кое-кому из своих знакомых и обсудить этот вопрос. Возможно, кто-то из них даст Скотту шанс.

Размышляя таким образом, Морган поспешила к машине. Она шла по парковке, когда зазвонил сотовый.

– Мисс Уэстфилд? – раздался в трубке резкий женский голос.

– Да?

– Это медсестра Адкинс. Не могли бы вы вернуться в палату вашего брата?

Ключи выпали у нее из рук, и Морган едва не выронила телефон.

– Что-то не так? Что случилось?

– Он очень возбужден и просит позвать вас.

– Уже иду. – Морган убрала в карман телефон и ключи и поспешила обратно в больницу. Палата Скотта находилась на девятом этаже. Морган нажала кнопку вызова лифта и ждала, скрестив руки на груди, нетерпеливо постукивая ногой.

Наконец двери лифта распахнулись. Когда кабина добралась до девятого этажа, она выскочила наружу и бросилась к палате Скотта, едва не поскользнувшись у входа. То, что она увидела в палате, заставило ее резко остановиться.

Крупный мужчина-санитар и не менее дородная медсестра склонились над больничной койкой, на которой лежал Скотт. Он пытался избавиться от ремней, которыми его пристегнули к кровати, и выкрикивал ругательства, его лицо было перекошено от ярости. Медсестра взглянула через плечо на Морган.

– Поговорите с ним, – сказала она.

Морган осторожно приблизилась к Скотту и повысила голос, чтобы он мог услышать ее сквозь свои крики.

– Скотт! Это я, Морган! Все будет хорошо. Скажи, что случилось.

Он затих и посмотрел прямо на нее. Его глаза были полны ужаса, он напрягся, натягивая ремни, которые крепко держали его, не давая встать с постели.

– Я видел его, – хрипло произнес он.

– Кого? – спросила она.

Он перевел взгляд на медсестру, а затем поджал губы и покачал головой.

Морган обернулась к медсестре и гневно уставилась на нее. Она не могла смириться с тем, что с ее братом обращались, как с животным.

– Зачем его связали? Что произошло?

Однако гнев Морган не произвел впечатления на медсестру.

– Мы вели его к доктору Чандре, и внезапно он сильно разволновался, – объяснила она. – Пытался сбежать. Когда Карлос попытался успокоить его, мистер Уэстфилд бросился на него. – Она обернулась к лотку с лекарствами, стоявшему рядом с кроватью. – Его врач приказал ввести ему успокоительное.

Морган с трудом сдержала дрожь при виде шприца.

– Позвольте мне сначала с ним поговорить. – Не дожидаясь ответа, она склонилась над неподвижной фигурой Скотта, который теперь не издавал ни звука. – Что тебя так расстроило? – спросила она, положив руку ему на плечо.

– Я видел его, – прошептал он так тихо, что она едва смогла разобрать слова.

– Видел кого?

– Это был один из санитаров, мы прошли мимо него по коридору, – подал голос санитар, у которого на бейдже значилось имя Карлос.

Морган посмотрела в глаза Скотту, и он покачал головой, словно пытаясь предупредить, чтобы она была начеку.

– И что это за санитар? – спросила она.

– Один из временных сотрудников из агентства. Кажется, его зовут Рики или Рик. Он прошел мимо нас, нес пакет с грязным бельем, и ваш брат стал кричать, что ему надо бежать.

– Ты должна забрать меня отсюда, – взмолился Скотт и снова дернулся, пытаясь освободиться.

– Ну все, хватит, мистер Уэстфилд. – Медсестра стиснула его руку и аккуратно ввела иглу. Сделав инъекцию, она взглянула на Морган, но в ее глазах не было ни капли сочувствия. – Это его успокоит.

Морган поняла, что противиться бесполезно.

– Могу я побыть с ним, пока он не заснет? – спросила она.

– Хорошо. – Медсестра Адкинс взяла лоток для лекарств. – Оставьте дверь открытой и зовите меня, если вам что-нибудь понадобится.

И они с Карлосом вышли из палаты. Морган присела на край постели, поглаживая руку Скотта.

– Они не верят мне, – произнес он. – Никто мне не верит.

– Я тебе верю. Но почему ты так разволновался, увидев этого санитара? Он обидел тебя раньше?