Скамейка грешников - Анастасия Уайт

– Нет никаких нас, Колтон, – сердито повторяет она, и на ее лицо падает первая капля дождя. – Я не хочу иметь ничего общего с таким эгоистом. Я сама со всем разберусь.

– Я эгоист, – бормочу я недоуменно. – Как только я узнал о твоей беременности, в моей голове начали рождаться возможные решения. Я собирался в Сан-Хосе, чтобы подписать контракт, но все еще не был на сто процентов уверен, как все произойдет. Что-то могло не сложиться, и мне бы пришлось искать другой вариант, в том числе работу на отца.

Ава насупливает брови.

– Только не говори, что ты хотя бы допустил мысль о том, чтобы работать не отца.

– Не только допустил, но и задал ему вопрос на случай, если с хоккеем что-то не получится. Я хотел быть уверен, что смогу поддержать тебя. Это единственное, что имеет значение.

Капли дождя становятся все тяжелее, все сильнее. На ее прекрасном лице столько эмоций сменяют одна другую, и я не могу отвести глаз. Ава потрясающая, даже когда злится или смущается, грустит или радуется. Красивее нее я девушки не встречал.

– Ты любишь хоккей, – шепчет она. Складка между ее бровями залегает глубже. – И ненавидишь своего отца…

– На самом деле я не ненавижу, – признаюсь я, протягивая руку и стирая капли дождя с ее кожи. – У нас на самом деле сложилась даже приятная беседа, в некотором роде поучительная. У нас все хорошо.

В ее глазах стоят слезы, она кусает нижнюю губу. Я причинил ей боль и ничем не могу это исправить. Но могу стараться, меняться, и она это знает. За те месяцы, что провел с ней, я стал совершенно другим человеком. Ради нее и благодаря ей. Я не боюсь открыться, показывать привязанность и, наконец, признаваться в своих чувствах. Слово на букву «л» уже не кажется таким бесполезным. Прежний я рассмеялся бы, только подумав о нем, но новый я отчаянно нуждается в ее любви. Как будто иной причины для существования у меня нет.

– Я все испортил, и мне невероятно жаль. Я не должен был скрывать от тебя новости. Не должен был оставлять тебя, ничего не сказав. Решив озаботиться финансовой поддержкой, я почти разрушил то, что у нас есть.

– Почти? – И тут я понимаю, что со мной говорит моя Ава. Моя девочка, мой единственный источник счастья.

– Почти, – повторяю я, глубоко вдыхая. – Я люблю тебя, Ава. Люблю больше, чем гребаный хоккей, и для такого человека, как я, это звучит как бред сумасшедшего. Если уж на то пошло, я одержим тобой, потому что каждый раз, когда пробую тебя на вкус, я жажду тебя еще больше. Ты – единственная девушка, которую я хочу, единственная, которая мне нужна. И я сделаю все, чтобы ты дала мне еще один шанс. Пожалуйста, Ава.

Она опускает глаза в землю, не говоря ни слова. После признания в любви я ждал уж точно не пустого или стеклянного взгляда. Вспоминается визит в ее родной город, и в голове всплывает образ ее отца. Когда я уезжал в субботу, Декс сказал быть терпеливым. Он велел не сдаваться. Дать ей пространство и время, чтобы она поняла, чего хочет. Я лишь надеюсь, что она хочет того же, что и я. Нас. Вместе. Всегда.

– У тебя сегодня тренировка? – спрашивает Ава, устремляя свой взгляд на меня.

– Да, через час. Я освобожусь около семи.

– Хорошо. – Она делает шаг назад, и я тут же чувствую себя одиноким. – Тогда увидимся у тебя дома.

Ава разворачивается и направляется в свое общежитие. Я продолжаю смотреть ей вслед, сжимая в кулаке эирпод. Начинается ливень, отчего моя одежда и волосы насквозь промокают, но во мне теплится надежда, пускай наш разговор и прошел не по плану.

Я открываю входную дверь и ловлю взгляд Авы. Она стоит в коридоре и прижимает к груди рюкзак, изучая мои лицо и тело. И еще я замечаю, как она слегка закатывает глаза. Ну, я решил играть нечестно, надев только спортивные штаны. Волосы все еще влажные после душа.

– Привет. – Я отхожу в сторону, пропуская ее внутрь. – Я боялся, ты передумала.

– Нет, просто нужно было кое-что сделать. – Она пожимает плечами и проходит внутрь. – Где мы можем поговорить?

– В гостиной. – Взяв рюкзак Авы, я удерживаю ее взгляд. – Он слишком тяжелый.

– Да, сэр, – дразнит она меня, закрывая за собой дверь. – Что ты сделал с Джордан? Она сказала, что ей запрещено со мной разговаривать.

– Разве она не говорила тебе несколько месяцев назад, что быть моим врагом паршиво для репутации? – спрашиваю я, и Ава медленно кивает. – Я доказал, что она права. Слухи распространяются быстро. Весь колледж будет держаться от нее подальше, особенно парни. Никто не захочет иметь ничего общего с такой любопытной прилипалой.

Она улыбается, ее глаза блестят.

– Спасибо.

Я ставлю ее рюкзак на пол, и мы идем в гостиную. Как только усаживаемся на диван, я поворачиваюсь к ней лицом.

– Ава, мне очень жаль, что все так получилось. Я не должен был откладывать наш с тобой разговор о «Громовержцах». Это была ошибка. Но я думал, что поступаю правильно, позволяя тебе наслаждать своим…

Она меня перебивает.

– Отношения так не строятся, Колтон. По крайней мере, не со мной. Если мы вместе, мы делим все хорошее и плохое. Если тебе грустно, я хочу знать причину и помочь тебе справиться. Если ты счастлив, я хочу радоваться вместе с тобой, праздновать твои достижения. В тот день у нас обоих были потрясающие новости, и было бы просто замечательно отпраздновать их вместе. Я понимаю, к чему ты клонишь, но ты все сделал неправильно.

– Я думал, ты расстроишься, потому что подписание контракта означает, что я перееду в Сан-Хосе. Я не хотел портить момент.

– Ты бы ничего не испортил. Я знала, что это произойдет. И не сомневалась, что тебя подпишут. – Она смотрит на меня. – Ты от природы хорош в хоккее. Это твоя страсть, твоя движущая сила, это твое будущее. Я бы только порадовалась за тебя, и нам бы пришлось перейти к разговору, который мы все время откладывали. Мы не обсуждали наше будущее, ни разу, и, если бы ты рассказал мне о «Громовержцах», я бы спросила, что это значит для нас с тобой. Мы могли бы все прояснить.

– Я слишком привык держать все в себе, поэтому, когда у нас не было времени