Двор зверей - К. А. Найт

Ухмыляясь, я поворачиваюсь обратно, покрывая поцелуями ее грудь и останавливаясь на ее упругих, красивых грудях, чтобы уделить им особое внимание. Мой язык обхватывает ее вишневые соски, облизывая и посасывая их, пока она выгибает спину, засовывая их глубже мне в рот, пока ее когти вонзаются в мою спину, удерживая меня на месте.

Я слышу, как стучит ее сердце напротив моего рта, и сладкий мускусный аромат ее желания обволакивает меня и становится только сильнее, когда я отпускаю ее сосок и скольжу вниз по ее подтянутому животу, облизывая выступы пресса, прежде чем запечатлеть поцелуй над поясом ее шорт.

— Не смей, — предупреждает она, когда я собираюсь сорвать с нее шорты, и она снимает их, оставаясь в крошечных черных стрингах.

Прежде чем она успевает запротестовать, я срываю их и отбрасываю в сторону, мы оба наблюдаем, как Джей ловит их и со стоном запихивает в рот.

— Видишь, что ты с нами делаешь? — Шепчу я, обдувая теплым дыханием ее киску, когда она вздрагивает, ее подтянутые бедра раздвигаются, чтобы показать мне свою красивую, влажную киску. — Сводила нас с ума всю ночь, не так ли? Тебе нравилось дразнить нас до тех пор, пока мы почти не сходили с ума от желания, и теперь твоя очередь.

— Вейл… — Ее голос переходит в крик, когда я сжимаю рот вокруг ее киски и сосу так, как только могу, пробуя сладкий вкус ее желания. Я опускаюсь ниже, протискивая свои плечи между ее бедер, а затем провожу языком по ее прелестной киске, не обращая внимания на ее набухший клитор. Вместо этого я облизываю и посасываю ее губы, прежде чем подразнить ее пульсирующую дырочку.

Скользя языком по нему, я впитываю ее сущность, когда она вскрикивает, крепко прижимаясь своим влагалищем к моему лицу. Я мучаю ее, растягивая удовольствие до тех пор, пока она не обезумеет от него, пока ее ноги не затрясутся.

— Вейл, клянусь луной, — шипит она, когда я отстраняюсь, прежде чем она успевает кончить снова. Посмеиваясь, я кладу подбородок на ее киску, когда она поднимает голову, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. — Хорошо. Люсьен, приди и сделай то, чего не может твой брат...

Я закрываю рот на ее маленькой дерзкой киске, посасывая ее твердый бугорок, когда ее спина выгибается, и крик срывается с ее губ. Просовывая в нее два пальца, я сжимаю их и тру, и через несколько секунд она кончает.

Наслаждаясь ее освобождением, я с ухмылкой высвобождаю пальцы и облизываю их. — Что ты говорила, волчица?

— Мудак, — рычит она, растягиваясь на полу.

— Если ты продолжаешь называть меня так, то, возможно, мне действительно стоит так продолжать. — Ее глаза сужаются от угрозы в моем голосе, и прежде чем она успевает протестующе мяукнуть, я переворачиваю ее на четвереньки.

Мы с парнями работали вместе достаточно долго, чтобы говорить без слов, и когда я вонзаю свой член в ее влагалище, Джей двигается в нашу сторону, скользя под ее телом, пока я вонзаюсь в нее, прежде чем резко выйти.

Я раздвигаю ее пухлые ягодицы и провожу своим истекающим членом по другой ее дырочке. — Вейл, ты, блядь, не смей... — Я толкаюсь в ее маленькую попку, которая сводит меня с ума с тех пор, как мы впервые встретились.

Я проскальзываю мимо ее цепких мышц. — Расслабься, волчица, — требую я, мой голос тверд и не оставляет места для протеста. Ее волчица скулит для меня, даже когда ее тело расслабляется, и я двигаю своим членом дюйм за дюймом.

Теперь моя очередь тяжело дышать, но когда я погружаюсь по самые яйца, я наклоняюсь над ней и прижимаюсь губами к ее уху. — Кто теперь мудак, волчица?

— Все еще ты, — огрызается она, прижимаясь головой к груди Джея, но, несмотря на раздражение в ее голосе, она отстраняется, принимая меня глубже в свою тугую задницу.

Предупреждающе прикусываю ее плечо, хватаю за бедра и отклоняюсь назад. — Джей, войди в ее влагалище, пока я не кончил ей в задницу. Она такая чертовски тугая.

Она обращает на меня свои сверкающие глаза, на ее губах играет ухмылка. — Я думала, охотникам полагается иметь терпение.

— Ни у кого не хватило бы терпения смотреть, как ты растягиваешься перед ними, а их член глубоко засаживается в твою дерзкую задницу. Даже гребаному богу, волчица, — выдавливаю я, и она ухмыляется, виляя задницей, поэтому я шлепаю ее по пухлой ягодице, заставляя ее застонать.

Вскоре ее стон переходит во всхлип, и я откидываюсь назад, наблюдая, как член Джея медленно растягивает ее киску. Я вижу и чувствую это. Она крепче сжимает мой член, и я почти чувствую его сквозь тонкий барьер между нами.

— Хорошая девочка, у тебя все хорошо получается, волчица. Черт, видела бы ты, как ты принимаешь нас обоих. Ты так широко растянута для нас, твоя маленькая жадная пизда обтекает его. Тебе хорошо, Куинн?

Она кивает, но я хватаю ее за голову и с рычанием дергаю вверх. — Используй свои слова, волчица.

— Да, да, мне хорошо. — Она стонет. — Так хорошо, пожалуйста.

— Думаю, в следующий раз мы поиграем с тобой используя какие-нибудь из моих игрушек, — бормочу я. — Я бы хотел увидеть тебя связанной, как нашу жертву, чтобы наши лезвия скользили по этой коже. — Она сжимается вокруг нас, выдавая себя. — О, ей это нравится, братья. Наша маленькая волчица хочет быть нашей жертвой.

— Мне нравится, когда она истекает кровью ради нас, — рычит Джей, приподнимая бедра, чтобы войти в нее. Мы работаем вместе в быстром, жестком ритме, от которого она вскрикивает, набитая нашими членами.

— Конечно, это так. — Люсьен фыркает. Я ожидаю, что он потянется ко рту нашей девушки - в конце концов, нас трое, и у нее три дырочки, - но он, кажется, доволен наблюдением, и в его глазах есть что-то темное, как будто он планирует что-то еще.

Я оставляю его наедине с этим, мои глаза возвращаются к моей девушке. Я смотрю, как мой толстый член выскальзывает из ее задницы. Моя волк воет от нужды и голода, и мои клыки жаждут погрузиться в ее кожу, мои когти прокалывают мои пальцы, чтобы пролить ее кровь.

Я позволяю им удлиниться, зная, что она может исцелить все, что мы с