Солнце в зените - Шэрон Кей Пенман
"Солнце в зените" (The Sunne in Splendour) первая книга Шэрон Пенман, представляет собой отдельный роман о короле Ричарде III Английском и Войне Алой и Белой розы. Когда рукопись была украдена, она начала все сначала и переписала книгу. Ричарду, последнему сыну герцога Йоркского, не оставалось и семи месяцев до своего девятнадцатилетия, когда он пролил кровь в битвах при Барнете и Тьюксбери, заработав легендарную репутацию боевого командира в Войне Алой и Белой Розы и положив конец линии наследования Ланкастеров. Но Ричард был не просто воином, закаленным в боях. Он также был преданным братом, страстным поклонником, покровителем искусств, снисходительным отцом и щедрым другом. Прежде всего, он был человеком непоколебимой преданности, большого мужества и твердых принципов, который чувствовал себя неуютно в интригах двора Эдуарда. Те самые законы, по которым жил Ричард, в конечном счете предали его. Но история также предала и его. Не оставив наследника, его репутация зависела от его преемника, а у Генриха Тюдора было слишком многое поставлено на карту, чтобы рисковать милосердием. Так родился миф о короле Ричарде III, человеке, который ни перед чем не остановится, чтобы получить трон. Наполненный зрелищами и звуками сражений, обычаями и любовью повседневной жизни, суровостью и опасностями придворной политики и трогательными заботами самых настоящих мужчин и женщин, "Солнце в зените" представляет собой богато раскрашенный гобелен истории средневековой Англии.
- Автор: Шэрон Кей Пенман
- Жанр: Приключение
- Страниц: 402
- Добавлено: 9.02.2026
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Солнце в зените - Шэрон Кей Пенман"
Что она чувствовала сильнее всего, так это облегчение, - ей не надо разделять материнское заточение. Анна заметила, ранее возникшие у нее страхи крепко укоренились в действительности. Если Нед согласится лишить матушку владений, задабривая Джорджа, ему также легко будет принять ее замуровывание в монастырских стенах, позволив Кларенсу поступать с родственницей, как тому заблагорассудится. Между Анной и подобным жребием стоял Ричард. Только Ричард.
'Буду очень благодарна, если сможешь замолвить за матушку слово, Ричард', - ответила Анна, освобождаясь тем самым от дочернего долга, что леди Уорвик возложила на нее. 'Ты так добр, беспокоясь о человеке, к которому, насколько мне известно, никогда не испытывал горячих чувств...'
'Я делаю это не ради кузины Нэн. Я делаю это ради тебя, Анна'.
'Ох', - выдохнула девушка, глядя на их руки, переплетенные на сиденье, стоящем между ними, пальцы переплелись настолько, словно кости уже прошли стадию перелома. Милостивая Дева Мария, не поступай со мной так, пролетело в мыслях у Анны. Не позволяй мне поверить в его заботу, если она лишь показная или преходящая. Я этого не вынесу.
'Я часто думал о тебе в минувшие недели'.
'Правда, Ричард?' Анна поняла, что забыла, как дышать, понимая, - он сейчас может почувствовать, как участился ее пульс. Пальцы Ричарда скользнули к запястью. Большим пальцем он проводил по ее ладони, пробуждая отвлеченные чувства, пугающие своей неизвестностью. Она хотела вырвать руку и, в то же время, продолжать ощущать его прикосновения, оказаться тесно притянутой к сердцу, услышать, как Ричард называет ее 'любимой', будто и думает также.
Понятно, о чем он думает. Кисть обвилась вокруг талии. Ричард улыбнулся Анне как всегда, когда старался уговорить ее действовать вопреки своим лучшим намерениям.
'Иди сюда и присядь рядом, Анна'.
Улыбка до сих пор не исчерпала очаровывающего воздействия. Анна нервно рассмеялась, преодолевая разделяющие их дюймы, отговариваясь: 'Смилуйся, Ричард, если я сяду ближе, то буду уже у тебя на коленях!'
Его губы очутились вблизи от ее виска, появилось греющее ощущение дышащего смехом дыхания, окутывающего тихие слова: 'В конце концов, любовь моя, я вовсе не возражаю!'
'Как и я', - прошептала Анна, не уверенная, надеется она, что Ричард ее услышит, или боится этого, чувствуя сжимание кольца его рук вокруг себя все сильнее. Как странно, проскользнула мысль, тело Ричарда может казаться таким знакомым и чуждым одновременно. Камзол ненавязчиво манил ароматом фиалкового корня, соединенного с шафраном. Свежая и достаточно глубокая царапина на челюсти служила ярким свидетельством, молодой человек взял труд побриться, прежде чем идти навещать предмет интереса. Возникло внезапное побуждение прикоснуться к пятну губами. Анна нашла приемлемое замещение, приложив тонкокожую подушечку пальца к доказательству спешки поторапливаемого цирюльника. Локоны прически лежали на воротнике камзола блестящими волнами, и девушка отметила их мягкую воздушность, как у только что вымытых собственных волос.
'Можно тебя поцеловать, Анна?'
Едва ли можно было удивиться, разве что предварительному вопросу. Внезапно Анна решила, Ричарду соприкосновение с ее страхами способно представляться столь же сложным, как и ей самой. Она робко кивнула, запрокинув лицо для поцелуя. Ричард больше не издавал аромат тимьяна, но его губы остались теплыми, какими девушка их и запомнила. Анна очень хотела, дабы сердце перестало так колотиться, нет сомнений, перебои слышны и Ричарду!
'Анна, ты не боишься? Не боишься меня, любимая?'
'Нет, Ричард', - прозвучало в ответ. 'Ты меня никогда не испугаешь...'
Их взгляды встретились и сомкнулись друг на друге. 'У меня кое-что для тебя есть', - заинтриговал молодой человек и полез в кисет, свисающий с пояса, вытаскивая оттуда крохотный сверток, упакованный в зеленый бархат.
'Сначала я надеялся, вручить его тебе на день рождения, потом на день ангела, но сейчас кажется, я и его тоже пропущу'.
Некоторое время Анна молча смотрела вниз на лежащий в ее ладонях, искусно созданный медальон, сделанный в форме правильного золотого овала. Он являл собой прекрасное произведение искусства, но дыхание перехватило именно из-за переплетенных инициалов, отчеканенных так близко друг к другу, что нельзя было точно определить где заканчивается инкрустированная А и начинается R. Как Ричарду удалось отыскать время на заказ подобной вещицы среди разрывавших его в последние недели разнообразных обязанностей, не получалось даже предположить. Анна оцепенело подумала, он, скорее всего, заставил золотых дел мастера работать сутками напролет, если подарок был завершен в столь короткий промежуток времени, что Ричард смог подарить его сейчас, подразумевая объяснение в любви.
Девушка мучилась с защелкой, пока медальон не открылся, протянув затем безделушку Ричарду.
'Вложи сюда для меня прядь твоих волос...пожалуйста'.
Ричард ничего не ответил, просто вынимая из ножен кинжал и передавая Анне. Она поднялась и очень осторожно обернула несколько локонов темных волос вокруг лезвия. Пока Анна возвращала оружие в ножны, молодой человек взял у нее медальон и застегнул на ее шее.
'Чтобы ты обо мне вспоминала', - сказал Ричард и только потом улыбнулся. Анна хотела ответить, что каждая ее мысль будет связана с ним, но вместо этого попросила: 'Поцелуй меня на прощанье'.
Они сидели так близко, что юноше понадобилось только наклонить голову и прижаться своими губами к ее. Поцелуй был нежным и больше говорил о ласке, чем о страсти. Когда он завершился, молодые люди посмотрели друг на друга, и Ричард обнаружил в глазах Анны свое собственное нежелание разговаривать и подвергаться опасности